Елена Райдос – Сказка о смерти (страница 63)

– Но чем же могло помешать воспоминание обо мне? – удивился Сабин. – Что в этом плохого?

– А знаешь, что является самым мощным фактором для формирования личности? – Антон продолжал игнорировать истерические реплики Сабина. – Это осознанное намерение. Так вот, ты своим вмешательством побудил сознание Ани сформировать осознанное намерение воплотиться.

– И что в этом плохого? – Сабин уже начал раздражаться. – Ведь она бы всё равно сформировала это намерение. Без этого воплощение невозможно.

– Правильно,– Антон одобрительно кивнул,– только она бы это сделала, основываясь на объективных, так сказать, внутренних факторах. А ты подкинул ей постороннюю идею. И в результате её личность сформировалась непредсказуемым образом. Если её намерение воплотиться основывалось на желании снова увидеть любимого человека – это одна личность, а если на желании снова оказаться в комфортной обстановке, вроде мира ангелов – то совсем другая. Ты понимаешь, в чём разница?

Сабин ненадолго задумался, но вскоре он снова поднял глаза на брата.

– Неужели сам ты ничего не делал, когда умерла Алиса? – спросил он. – Ты, конечно, не был демиургом мира Земли, но возможность повлиять на её реинкарнацию у тебя была, я уверен.

– Да была,– согласился Антон,– и я её использовал. Я очень сильно постарался загнать свою тоску по любимой в самый дальний уголок моего сознания, чтобы она никак не мешала её перевоплощению. Вот только я, наоборот, убрал посторонние факторы влияния и сделал это исключительно для неё. А ты вмешался ради себя самого, брат, без соответствующих расчётов, чисто на эмоциях. О своей любимой ты в этот момент не особо думал.

Сабину на мгновение показалось, что внезапно наступили сумерки. Но нет, оба солнца ещё вовсю сияли в вечернем небе. Просто та темнота, что окутала сознание демиурга, как бы выплеснулась наружу. Брат был прав, он действовал эмоционально и, что греха таить, эгоистично. А ведь хотел как лучше. Вот только для кого?

– Что ж, согласен,– Сабин понуро опустил голову,– я совершил ошибку и готов за неё отвечать.

– Ответишь,– Антон положил руку на плечо брата,– даже не сомневайся. Прощай, братишка, лети к своей малютке. А мне пора заняться Максом, он меня уже заждался.

Фигура Антона растворилась в сиреневой закатной дымке, а Сабин продолжал стоять с опущенной головой и тяжёлыми мыслями. От его радости не осталось и следа. Немного погодя, он поднял глаза к небу, как бы прося не то прощения, не то поддержки. Его взгляд случайно упал на соседний холм. Там Вертер и Волк сидели, прижавшись друг к другу, и любовались, как два солнца Райдо, опускаясь за горизонт, превращают раскинувшийся внизу город в загадочный мираж, как будто явившийся из мира грёз.

– А ведь я уже видел эту картину,– удивился Сабин,– именно её рисовала Ани, когда я забрался в её мастерскую. Что это за мистика? Что же ты задумала, Игра в Реальность? Ты шаг за шагом отнимала у меня всё: брата, Кору, любимую женщину, друга. Даже собственное тело мне не принадлежало, его захватил пришелец. И когда осталось последнее – забрать мою жизнь, вдруг, как из рога изобилия, на меня посыпались подарки. Брат вернулся в мою жизнь, сам я стал демиургом Земли, Вертер называет меня другом. Но мне этого показалось мало, захотелось использовать своё демиурговское могущество в личных целях. Не слишком ли я разогнался, приняв тупиковую тропинку за главную дорогу? И как бы вовремя понять, когда стоит остановиться, чтобы не свалиться в пропасть, а то и в выгребную яму?

Тонкий луч голубого солнца коснулся отполированной рукоятки меча, выглядывавшей из-за плеча воина, и голубой зайчик прыснул в глаз Волку. Тот тряхнул головой и раскрыл пасть, словно улыбнулся.

***

Зрелище шторма было захватывающим. Величественные чёрно-синие валы, увенчанные белыми шапками пены, надвигались на остров словно лапы морского чудовища. У са́мого берега волны слегка замедляли свой бег, вздымаясь над отмелью кипящей разверстой пастью, и с грохотом обрушивались вниз, слизывая пенными языками мокрый песок с пляжа. Антон очень любил наблюдать за подобным буйством стихии и время от времени устраивал маленький армагедон на своём острове.

Алиса не особенно одобряла брутальные вкусы своего любимого Создателя, но относилась к его выходкам снисходительно. Разумеется, это не означало, что она считала своим долгом присутствовать на продуваемом всеми ветрами острове во время светопреставления. Если кому-то по душе ураганный ветер и грохот волн, то это его дело, а хрупкой женщине не пристало участвовать в этих оргиях. Вот примерно так рассуждала Алиса, отправляясь в гости к Лике пережидать непогоду.

Антон не стал удерживать свою милую, ему сейчас как раз нужно было побыть в одиночестве, чтобы ещё раз не торопясь осмыслить недавние трагические события без эмоций и по возможности объективно. Резоны бывшего демиурга были ему понятны, хотя Создателю и трудно было принять его подход к решению вопроса защиты своего мира. Неужели для его спасения действительно нужны были жертвы, да ещё в таком количестве? Ведь обошлось же без жертв на Райдо.

Антон невольно поморщился, вспоминая свой давний разговор с веннским мстителем. Да, его любимая избежала ужасной участи буквально чудом. А ведь если бы этот сумасшедший пришёл к выводу, что Антон тоже виновен в гибели веннов, то Алисы уже не было бы в живых. Нет, её вообще бы больше не было. А значит, не было бы и его самого. Жить без своей любимой Антон не смог бы, даже если бы и попытался для общей пользы. Нашёл бы какого-нибудь демиурга, чтобы управлять миром Райдо, и развоплотился бы. А значит, без жертв всё-таки не обошлось бы. Просто повезло. Так что осуждать бывшего демиурга Земли, пожалуй, не следует. По крайней мере, его план сработал.

Апокалиптические раздумья Антона внезапно были прерваны самым беззастенчивым образом.

– Привет тебе, Создатель,– раздался за его спиной голос Атан-кея,– не помешал?

– Привет, Атан-кей,– отозвался Антон, пряча свою досаду за дружеской улыбкой.

– Вижу, что помешал,– Творец добродушно ухмыльнулся,– я тебя надолго не задержу. Может быть, пойдём в дом, здесь очень шумно, а у меня к тебе разговор есть.

– Не сто́ит,– Антон покачал головой,– я сейчас сделаю потише.

И действительно через пару минут ветер стих, лапы морского чудовища превратились в мягкие лапки игривых котят, а из-за туч выглянуло голубое солнце.

– Что у тебя за любовь к разгулу стихии? – посетовал Атан-кей, опускаясь рядом со своим коллегой на песок пляжа. – Ты ведь и в мире Дачи постоянно устраивал непогоду.

– Люблю разнообразие,– улыбнулся Антон. – О чём ты хотел поговорить?

– Мы недавно встречались с Тарсом,– начал издалека Атан-кей. – Он, как и я, не стал создавать мира Творца на Райдо. В общем, нас тут ничто не держит.

– Хотите вернуться на Землю,– проницательно заметил Антон. – Я предполагал, что рано или поздно один из вас захочет вернуться. Оказывается, оба решились. Если честно, я не понял, зачем вы вообще покинули наш старый мир. Там у вас было полезное занятие, Школа, Совет, в конце концов. А здесь всё чужое, ангелочкам Школы сроду не сдались, про Совет я вообще молчу.

– Если ты думаешь, что это время прошло для нас с Тарсом впустую, то ошибаешься,– возразил Атан-кей. – Лично я очень многое для себя понял, хотя вопросы, конечно, остались.

– Это какие, например? – Антон хитро подмигнул коллеге.

– Вот гляжу я на тебя и не в силах понять, зачем тебе всё это нужно,– Атан-кей неодобрительно покачал головой. – Ты ведь в своём же мире просто гость, даже не можешь вмешаться, чтобы его спасти от разрушения. Твои ангелочки делают всё, что им вздумается, а ты только наблюдаешь. Зачем же нужно было становиться Создателем? Да, ты можешь позволить себе немного подкрутить погоду или поменять ландшафт, и только. Но это же твой мир. Ты его хозяин.

– Знаешь, Атан-кей, почему ты до сих пор не стал Создателем? – задумчиво произнёс Антон.

– Потому что не хочу,– отрезал тот. – Сотворять миры я и без того могу.

– Нет, хочешь,– Антон посмотрел в глаза собеседнику,– но тебе кое-чего не хватает.

– И ты знаешь чего,– скептически усмехнулся Творец.

– Знаю,– подтвердил Антон. – Тебе нужно понять одну очень простую вещь. Только не интеллектуально понять, а прочувствовать, чтобы проняло до глубины души.

– Не тяни,– одёрнул его Атан-кей. – Что же это за вещь?

– Дело в том, что мы сотворяем наши миры вовсе не для себя, а для других Игроков,– Антон перестал улыбаться и в упор посмотрел на Атан-кея. – Миры вообще вторичны. Они просто среда обитания для сотворяемых сознаний. Именно Игроки и есть главный объект творения. Если ты сумеешь осознать этот факт, то уже очень скоро я буду приветствовать своего нового коллегу.

– Ты считаешь, что Творцы в нашем старом мире выбрали ошибочный путь? – спросил Атан-кей после небольшой паузы.

– Ты и сам так считаешь,– подтвердил Антон,– иначе не отправился бы со мной на Райдо. Вот ответь, почему ты не сотворил себе здесь маленький уютный мирок, наподобие того, что был у тебя в старом мире? Наверное, ты и сам себе не раз задавал этот вопрос, правда? А ответ прост. Ты понял, что зашёл в тупик. Кстати, Тарс разобрался в этом вопросе лучше остальных Творцов. Недаром Школа появилась именно в его Убежище.