Елена Райдос – Сказка о смерти (страница 18)

Так или иначе, через три часа аксель наконец затормозил у кованых ворот, за которыми виднелся довольно большой и не особо ухоженный парк, а в глубине – старый респектабельный особняк. Эйвис сильно удивилась. По её представлениям человек столь загадочной профессии должен был бы обитать в каком-нибудь заброшенном замке или, ещё того круче, в пещере. Однако особняк выглядел вполне цивильным, хотя и слегка запущенным.

Ворота открылись автоматически, видимо, на них была установлена какая-то следящая аппаратура. Как только аксель затормозил у дверей, к ним подскочили двое здоровых парней, экипированных так, словно намеревались идти в бой, а не встречать своего хозяина. Они быстро подхватили закоченевшего Зандера под руки и потащили его в дом. На Эйвис никто не обратил никакого внимания, словно она была просто шофёром, доставившим драгоценного пассажира до места назначения. Лишь через десять минут ожидания из дверей вышла пожилая женщина и жестом пригласила её войти.

Наверное, если бы не депрессия, в которой пребывала несчастная девушка, она бы уже давно устроила скандал нерасторопным слугам или просто укатила на Зандеровом акселе куда подальше. Однако сейчас происходящее было ей настолько безразлично, что она только кивнула и последовала за провожатой. Комната на втором этаже оказалась светлой и просторной, даже больше, чем её спальня в родном доме. В бывшем родном доме. И эта комната была явно предназначена для женщины. Светло-зелёные обои с розовыми цветочками, обтянутые розовым шёлком креслица на тонких резных ножках, изящный столик с огромным зеркалом в серебряной раме и кучей каких-то пузырьков и баночек. Кровать своими размерами больше напоминала посадочную площадке для коптера, чем место для сна.

Провожатая молча открыла дверцу рядом с кроватью и зажгла свет в соседней комнате, которая вполне ожидаемо оказалась ванной. Интерьер ванной, естественно, был под стать спальне. Тоже всюду розовые тона, хрустальные светильники и золочёные краники. Эйвис в своём боевом комбинезоне, перемазанном кровью и грязью, выглядела среди этого розового великолепия абсолютно чужеродным элементом. Провожатая, видимо, пришла к тому же заключению, её губы скривились в глумливой усмешке. Однако никаких замечаний не последовало, женщина просто молча вышла за дверь.

– А мне плевать,– громко бросила Эйвис куда-то в сторону кровати, когда дверь за прислугой закрылась.

Она с остервенением содрала с себя комбинезон, бросила всё своё добро, включая оружие, прямо на ковре посреди спальни и голышом отправилась в душ. Горячие тугие струи немного успокоили её ярость, непонятно отчего вспыхнувшую в душе воинственной сиротки при виде неуместно роскошной спальни. Эйвис и сама не понимала, что это на неё нашло. Но гнев был явно более здоровой реакцией, чем чёрная тоска, в которой она пребывала последние несколько часов. Молодой организм инстинктивно включил защиту психики, помогая девушке излить свою боль через пусть негативные, зато сильные эмоции.

Напарившись вволю, Эйвис влезла в тёплый халат, предусмотрительно повешенный на двери ванной, и отправилась в постель. Только забравшись под одеяло, девушка осознала, насколько же она вымоталась. Всё тело ломило от усталости, глаза закрывались сами собой, но сон почему-то не шёл. Сцены боя и смерти родных крутились перед её внутренним взором, не давая уплыть в объятья морфея.

Когда бедняжка уже в сотый раз прокручивала в уме произошедшие события, тщетно пытаясь вообразить иной, более позитивный финал, дверь в спальню тихо отворилась. Пожилая прислужница тенью проскользнула к кровати и протянула Эйвис стакан с какой-то прозрачной жидкостью. Девушка с подозрением уставилась на неприветливую тётку. Она и не подумала взять предложенное питьё.

– Это снотворное,– бесстрастно проговорила прислужница,– вам сейчас нужно.

– Надо же, она, оказывается, говорящая,– зло подумала Эйвис,– кто бы мог подумать.

Однако отказать вредной тётке в логике было невозможно. Сон девушке был просто необходим. Она одним глотком осушила стакан со снотворным и через пять минут уже спала безмятежным сном без сновидений. Проснулась Эйвис под вечер, когда за окном уже сгустились сумерки, и сразу же ощутила зверский голод. Ну конечно, у неё же за целые сутки маковой росинки во рту не было, если не считать снотворного. Сначала был жестокий ночной бой, который плавно перетёк в погоню с перестрелкой, а потом бесконечная гонка от собственных горьких мыслей на красном акселе и наконец сон под действием снотворного зелья.

– Интересно, меня тут кормить планируют? – хмуро подумала голодная гостья розовой спальни.

Словно услышав её безмолвную мольбу, давешняя прислужница проскользнула в комнату и зажгла свет. Она повесила на кресло длинное бледно-розовое платье и повернулась к затаившейся под одеялом Эйвис.

– Ужин будет накрыт в библиотеке,– надменно проговорила старая тётка,– одевайтесь, я провожу.

Эйвис не заставила просить себя дважды, урчание в её пустом животе не вызывало ни малейшего желания покапризничать. Платье оказалось великовато, но это девушку ничуть не смутило. Сейчас она готова была влезть даже в свой грязный боевой комбинезон, лишь бы поскорее оказаться рядом с едой. Кстати, комбинезона на ковре не оказалось. Всё её оружие было аккуратно разложено на столе у окна, а комбез бесследно исчез, видимо, отправился в чистку.

– Ладно, будет ещё время поискать свою амуницию,– подумала девушка, примеряя розовые туфельки.

Увы, туфли оказались безнадёжно велики. Эйвис обескураженно уставилась на свои ноги раздумывая, не пойти ли ей босяком. В это время дверь опять открылась, и предусмотрительная прислужница протянула ей пару толстых шерстяных носков.

– Простите, обуви Вашего размера в доме нет,– сочувственно вздохнула она.

Эйвис бодренько натянула носки и пошлёпала вслед за странно проницательной для простой прислужницы тёткой. В библиотеке жарко пылал камин. Столик, накрытый на двоих, располагался в небольшой нише у окна. В мягком кресле, укрытый тёплым пледом сидел хозяин дома. При виде гостьи он радушно улыбнулся, но даже не сделал попытки подняться.

– Извини, что не встаю, милая,– проворковал он. – Силы пока не восстановились. Ты ешь, не стесняйся. Меня накачали горячим шоколадом до такой степени, что я, наверное, неделю есть не смогу.

Упрашивать гостью не пришлось. Она без всякого стеснения наложила себе полную тарелку и принялась насыщаться. Зандер одобрительно улыбался, но сам не ел, только прихлёбывал какой-то напиток из кружки.

– Ну что, тебе уже лучше? – участливо спросил он, когда девушка сытая и довольная откинулась на спинку кресла с бокалом сока.

– Спасибо за гостеприимство,– вежливо поблагодарила она.

– Ты можешь жить у меня сколько захочешь,– заверил свою гостью хозяин,– места много. Думаю, тебе сейчас придётся некоторое время скрываться.

– Я не собираюсь прятаться,– Эйвис горделиво выпрямилась. – Мой долг – отомстить этим мерзавцам и вернуть назад наш родовой замок. А ещё я должна отыскать тела моих родных и похоронить их по-человечески.

– Я знаю, милая, как тебе больно,– вздохнул Зандер,– но будь благоразумна. Одной тебе с этой задачей не справиться, а мне потребуется не меньше недели, чтобы прийти в себя.

Эйвис промолчала. Она уже не пылала праведным гневом из-за того, что её спаситель не принял участия в сражении. Понимала, что в бою от обессиленного Некроманта толку бы всё равно не было. Но стрелять же он мог, да и попытаться спасти отца тоже. Почему же он явился так поздно? И как можно полагаться на такого непредсказуемого помощника?

– Ты, наверное, гадаешь, почему я не подоспел на помощь раньше,– проницательно заметил хозяин. – Не вини меня, я очнулся, когда вы с Торином уже сидели под куполом, окружённые бандитами.

– Хочешь сказать, что взрыв во флигеле тебя не разбудил,– с жаром набросилась на него гостья, разом забыв про правила приличия.

– Нет, не разбудил,– Зандер грустно улыбнулся,– потому что это был не сон, а обморок.

– Извини,– Эйвис покраснела до кончиков ушей.

Ей стало очень стыдно за свои подозрения в отношении человека, который спас ей жизнь, истратив на это свои последние силы. Только было совершенно непонятно, почему ритуал вызова брата отнял у него столько энергии. Как же он может работать медиумом, если каждый сеанс буквально выпивает из него все жизненные соки? Кстати, он ведь что-то такое говорил про материализацию. Это-то тут при чём?

– Почему ты сказал, что все твои силы ушли на материализацию? – спросила Эйвис в лоб.

– Ты же не думаешь, что можно взаправду вызвать дух умершего? – Некромант насмешливо прищурил глаза.

– Так это был просто трюк,– разочарованно отозвалась Эйвис.

– Окстись,– замахал на неё руками Зандер,– Торин был моим другом. Мне бы такое и в голову не пришло. Просто мне пришлось создать для сознания твоего брата временную Реальность, чтобы он смог визуализировать своё тело.

– Выходит, ты вовсе не медиум,– догадалась Эйвис.

– Нет, я ур,– улыбнулся Зандер,– правда совсем слабый.

У девушки перехватило дыхание. Урами или Управляющими Реальностью называли людей, способных материализовать свои мысли. Встретить живого ура было необычайной редкостью. Во всём мире их было едва ли больше десятка, даже слабых.