Елена Райдос – Путь (страница 32)

Днём ранее его родители заявились в офис сыскного агентства в сопровождении целого отряда охраны. Это была очень странная парочка, если не сказать, экзотичная. Обоим было сильно за сорок. Мужчина с «благородной» сединой в чёрных как смоль длинных волнистых волосах, статный, но с едва наметившимся животиком был одет в тёмно-серую тройку и плащ из мягкой серой замши. Шляпу из того же материала он небрежно бросил на рабочий стол Вертера. Женщина, пришедшая с ним, была едва ли моложе своего спутника, но её прикид подошёл бы, скорее, двадцатилетней вертихвостке. Кожаные брючки в обтяжку были заправлены в ковбойские сапоги, полупрозрачный обтягивающий джемпер какого-то люминесцентного лимонного цвета висел на одном плече, на шее болталось с десяток всевозможных цепочек с кулончиками, бессчётные браслеты на её тонких руках позвякивали каждый раз, когда она двигалась. Женщина была огненно-рыжая, постриженная под мальчика. Удивительно, но держалась эта перезрелая нимфетка с уверенностью и манерами знатной дамы, что абсолютно не вязалось с её внешним видом.

История, рассказанная этой странной парочкой, словно бы вышла из-под пера Шекспира, прямо-таки война между Монтекки и Капулетти. Их единственный сыночек Давидик (Ромео) влюбился в несовершеннолетнюю дочь их старого врага и конкурента по бизнесу. Как водится, влюблённая парочка надумала сбежать, но не тут-то было, парня застукали в доме новоявленной «Джульетты», и с тех пор о нём не было ни слуху, ни духу. Усугублялась ситуация тем, что обе семьи принадлежали к высокородным индийским кланам и практически владели всем, что находилось в местности, где они жили, включая представителей закона. Так что надежды на официальную помощь полиции родители Давидика не питали от слова совсем.

Ищейка быстро обнаружила местонахождение пропавшего Давидика в Кашмире, на границе с Пакистаном. Вот только одну неприятную деталь Вертер обнаружил уже на месте, когда отступать было поздно, а именно, что дом «Капулетти» сильно смахивал на Форт-Нокс. Впрочем, бравого вояку эти мелочи ничуть не смутили, он вообще к любым препятствиям относился как к азартной игре. План по спасению «Ромео» был прямолинеен и незамысловат: пробраться в подвал, где держали пленника, освободить и довести его до ближайшей рощицы, в которой прятался Даня. Всего делов-то.

Первая часть плана была выполнена на отлично. Несмотря на внешнюю неприступность дома, охрана его была организована из рук вон плохо. Вертер пробрался в подвал без особых сложностей, замо́к двери в камеру пленника тоже сдался практически без сопротивления. А вот за дверью спасателя ждал неприятный сюрприз, даже два. Объект спасательных работ лежал на каменном полу подвала без движения, мимолётного взгляда было достаточно, чтобы понять, что в ближайшую неделю передвигаться без посторонней помощи он не сможет. Били его профессионально и без всякой жалости. То, что парень находился без сознания, скорее, можно было счесть удачей, неизвестно, как бы иначе он перенёс транспортировку. Всё тело парнишки представляло из себя сплошной синяк, и целые кости можно, наверное, было пересчитать по пальцам двух рук. Такое случалось в практике спасателя время от времени, и Вертер не сомневался, что справится, но перспектива тащить на себе бесчувственное тело весом под восемьдесят кило радости не прибавляла.

Однако на этом неприятные сюрпризы не закончились. Голова избитого бедолаги покоилась на коленях молоденькой девушки, одетой в глухое чёрное платье. Она сидела, низко склонившись над своим неудачливым воздыхателем, гладкие тёмно-каштановые волосы полностью скрывали её лицо. Можно было только догадываться, как эта малышка сумела пробраться к своему «Ромео», но главная странность была не в этом. Правая рука девушки лежала у парня на груди и слегка светилась мягким жёлтым светом. Вертеру и раньше доводилось видеть подобное, но столкнуться с продвинутым Игроком в этой глуши он не ожидал. Эта малолетка вполне профессионально накачивала энергией своего искалеченного поклонника.

Пока спасатель в ступоре обозревал эту романтическую сцену, девушка, видимо, почувствовала присутствие постороннего и подняла голову. При виде её лица из горла спасателя невольно вырвался удивлённый возглас, это была Дэвика, вернее, так она могла бы выглядеть в пятнадцать лет. Отличия от его погибшей возлюбленной были несущественны: чуть более мягкие черты лица, пухлые губки, немного вздёрнутый носик, да ещё глаза не голубые, а чёрные. В темноте подвала радужка совершенно сливалась со зрачком, отчего глаза казались огромными и бездонными, словно колодцы, ведущие в иную Реальность.

– Ты пришёл убить моего Давида? – без всякого выражения проговорила девушка, не прекращая своего занятия.

– Нет, я пришёл его спасти,– прошептал Вертер. – Дэвика, ты меня не узнаёшь?

Она равнодушно оглядела нежданного спасателя и опустила глаза.

– Меня зовут Амрита,– её голос был совсем безжизненный, движения вялые, словно она смертельно устала, что было явным признаком серьёзной энерго потери.

– Перестань перекачивать в него свою энергию,– приказал Вертер,– ты уже сама на грани обморока.

Амрита снова подняла глаза на навязчивого мужика, раздававшего дурацкие приказы, и уже было собралась сообщить ему, куда он может их засунуть, но тут её взгляд зацепился за крестообразную рукоятку меча, что выглядывала из-за его плеча. Такого мгновенного преображения Вертер никак не ожидал. Вялая апатия на лице девушки вдруг сменилась ядерной смесью страха и вожделения. Чёрная молния сверкнула в её глазах и тут же померкла, скрытая густыми ресницами, но не осталась незамеченной.

– Тебе знаком этот меч,– усмехнулся Вертер,– я так и знал, что это ты убила Сабина.

Амрита с недоумением посмотрела на обвинителя, но всё-таки оторвалась от своего занятия и подошла к нему, меч притягивал её как магнитом. Рука девушки словно в трансе потянулась к крестообразной рукоятке, но в это мгновение за дверью камеры раздался шум приближающихся шагов. Она испуганно вздрогнула и отдёрнула руку. Затравленно оглянувшись на распростёртое на полу тело, Амрита судорожно вздохнула, и её фигурка растаяла в сгустившихся сумерках.

– Ох, уж мне эти Мастера,– проворчал Вертер.

В прошлом воплощении Дэвика тоже любила вот так же эффектно исчезнуть прямо на глазах у изумлённых зрителей. Путешествия по альтернативным Реальностям были любимым коньком Мастера Игры.

– Вот ведь бестолковая девчонка,– посетовал спасатель,– нет чтобы предложить помощь по доставке своего поклонника в рощу. А мне теперь тащи его на своём горбу.

Он вжался в угол за дверью, где лежала густая тень, его рука автоматически потянулась к мечу, но на полпути остановилась. По раздававшимся из-за двери звукам Вертер понял, что за пленником явилось всего-то два человека. Оружие тут было излишним. Через минуту один из пришедших уже валялся без сознания, а второй с ужасом хлопал глазами, стараясь не шевелиться, чтобы не пораниться о прижатое к горлу лезвия его собственного ножа. После недолгих, но убедительных переговоров второй, кряхтя и ругаясь, взвалил себе на спину бесчувственного пленника и потопал вверх из подвала, подгоняемый Вертером. Похоже, с транспортировкой всё складывалось очень удачно.

Увы, без перестрелки всё-таки не обошлось. Прямо в середине двора невольному носильщику вдруг вздумалось поднять тревогу. В итоге, он же первый схлопотал пулю от своих коллег, правда Вертеру тоже досталось, но он отделался лёгким ранением в плечо. К счастью, во дворе стояла хозяйская машина с ключами в замке зажигания, так что отступление в заветную рощу было стремительным и комфортным. Даня быстренько перенёс отца с пленником в офис и занялся восстановлением их подраненных тел. Это занятие ему пришлось освоить в первую очередь и весьма основательно, редкая спасательная операция обходилась без членовредительства.

Пока сын возился с бывшим пленником, Вертер внимательно разглядывал юного поклонника Дэвики. Парень был по-настоящему красив, причём вовсе не той слащавой красотой героев Болливуда, что напоминает приторные индийские сладости, а мужественной красотой воина. Вертер цокнул языком, по достоинству оценив вкус своей бывшей возлюбленной. Однако стоило красавчику открыть глаза, как впечатление кардинально поменялось. Это были глаза жестокого, испорченного и к тому же самовлюблённого мальчишки. Как могла Дэвика связаться с этим конченным эгоистом, оставалось только гадать.

Как только Даня вернул своего пациента из бессознательного состояния, из его рта посыпались вопросы с таким напором, словно прорвало плотину. Впрочем, это как раз было неудивительно, последние осознанные воспоминания Давидика, скорее всего, были связаны с моментом экзекуции. Удивительно было то, что парень совершенно не испытывал страха, и в его голосе явственно слышались повелительные нотки. Видимо, привык командовать прислугой, не иначе. Вертер в довольно грубой форме оборвал этот поток сознания и в двух словах обрисовал герою-любовнику ситуацию. Услышав про то, что через несколько минут ему предстоит встреча с родителями, парень откровенно задёргался. Впервые в его глазах промелькнуло что-то, похожее на страх. Неожиданно он сорвался с места и кинулся к выходу. Вертер аккуратно сшиб его с ног, достал наручники и приковал беглеца к батарее.