Елена Райдос – Охота на дракона (страница 42)

Дело в том, что Даня был поздним и очень желанным ребёнком. Его родители много лет не могли разобраться со своими чувствами, а потом долго не решались создать семью, хотя Марго устроила свою лечебницу в доме Тарса, и жили они под одной крышей лет сорок как минимум. Когда Марго забеременела, это событие отмечали всей Школой. Данечка родился в срок, но был очень слабеньким, как будто недоношенным. Тарс по каким-то своим причинам не пытался вмешиваться в естественные процессы развития ребёнка. Возможно, Марго ему не позволила, ей хотелось, чтобы всё было «как у людей». Но у Творцов всегда была своя особая жизнь, как правило, они вообще не заводили детей. Их детьми становились сотворённые ими миры. Наверное, если бы не Марго, Тарсу бы даже в голову не пришло обзавестись потомством. Но он любил свою жену, и ему очень хотелось видеть её счастливой. Что ж, умерли они в один день и даже час, да и жили вместе довольно долго. Наверное, это можно было назвать счастьем.

Убежище встретило нашу весёлую компанию ярким солнцем и довольно сильным морозцем. За окном всё утопало в снегу, а на ветвях деревьев распустились мохнатые иголки инея. Они стояли посреди каминного зала и смущённо оглядывались. В доме было очень тихо и как-то стерильно. Ни тебе цветочных венков по стенам, ни забытой кем-то книги или кружки чая. Сразу было видно, что здесь уже давно никто не жил. Внезапно тишину прорезал низкий гул, а за ним последовал жуткий грохот. Пол дома заметно дрогнул под ногами.

– Что это было? – с тревогой спросила Алиса.

Даня по своему обыкновению покрепче прижался к Вертеру, и тот на всякий случай взял мальчика на руки.

– Вы пока побудьте в доме,– распорядился Антон,– я пойду посмотрю.

Вертер было дёрнулся, чтобы последовать за другом, но, повинуясь умоляющему взгляду Дани и Алисы, остался. Антон накинул куртку и вышел на открытую галерею. Как только дверь за ним захлопнулась, снова раздался грохот на этот раз чуть тише и вроде бы дальше от дома. Разведчик вернулся буквально через пять минут, и вид у него был виноватый.

– Ничего страшного,– успокоил он остальных,– просто мир Тарса начал разрушаться после смерти Творца.

– И это называется «ничего страшного»,– возмутился Вертер. – Нас тут сейчас накроет медным тазом, а Даня даже уйти не сможет.

– Не паникуй, дядюшка,– насмешливо одёрнул его Творец. – Во-первых, Убежище – это и моё творение, а я пока ещё жив. Разрушения затронули только ту часть, которую сотворил Тарс. В доме вообще безопасно. А во-вторых, я всё исправлю. Просто возьму Тарсову часть творения под свой контроль. Идёмте, на той стороне ущелья, где расположена могила, всё тихо.

– А что это гремело? – на всякий случай уточнила Алиса, застёгивая пуховик.

– Просто лавины,– отмахнулся Антон. – Ну ещё есть проблема с рекой в ущелье. Там обвалился кусок скалы и перегородил поток ниже по течению. Это не опасно, просто не смотрите с мостика вниз, если страшно.

Объяснение, если честно, прозвучало не особо ободряюще. Им предстояло перейти взбесившуюся реку по узкому подвесному мосту. Утешало лишь то, что сам мостик был сделан Антоном и, следовательно, должен был быть достаточно надёжным. Дорога до переправы оказалась действительно безопасной, да и противоположная сторона ущелья, где Антон в своё время прокладывал прогулочные дорожки, тоже выглядела вполне мирно. Зато подпруженный водный поток, который обычно вообще невозможно было разглядеть на дне ущелья, вздыбился чуть ли не до кромки моста. Бешеная река крутила водовороты, ворочала огромные куски скал и обрушивалась вниз мощным водопадом, поднимая целую тучу брызг. Зрелище завораживало. Если бы не Даня, Вертер бы не преминул постоять на шатком мостике и полюбоваться на буйство стихии. Но, увидев расширившиеся от ужаса зрачки мальчика, не стал задерживаться. В целом, они добрались до могилы Даниных родителей без приключений, если не считать звукового сопровождения. Лавины сходили в районе горной гряды постоянно, так что грохот почти не прекращался.

– Тоха, смотри,– Вертер указал на скалу, где располагалась копия ритуального зала.

Остроконечная крыша круглого строения покосилась, половина окон была выбита, и дым из отверстия в крыше не шёл. Видимо, очаг завалило снегом.

– Я всё починю,– виноватым голосом пообещал Творец. – Со всей этой войнушкой я совсем забыл про Убежище. То, что оно должно начать разрушаться, было очевидно. Просто было не до того.

Они немного постояли у могилы Тарса и Марго, помянули погибших. Пора было возвращаться назад. Даню заметно трясло то ли от холода, то ли на нервной почве. Вертер взял мальчика за руку, Алиса пристроилась вслед за ними, а Творец остался чинить разрушения. По дороге Даня указал на остроконечную пирамидку, стоявшую чуть в стороне от могилы его родителей.

– А это тоже могила? – спросил он.

– Да, милый,– ответила Алиса,– это могила Вертера, даже две. Его ведь уже дважды тут похоронили.

У Дани перехватило дыхание, его зрачки расширились, он вцепился в Вертера, словно боялся, что тот сейчас превратится в призрак и нырнёт в свою могилу. Алиса с опозданием поняла, что сморозила чушь, но было уже поздно. Вертер присел на корточки и крепко взял мальчика за плечи.

– Эй, парень, ты чего так испугался,– он слегка встряхнул своего племяша,– это тётя Алиса так пошутила. Ты ведь знаешь, что мы умираем не насовсем. Через какое-то время мы снова рождаемся, и у нас начинается новая жизнь.

Даня неуверенно кивнул. Видимо, Тарс не слишком заморачивался, чтобы поведать своему отпрыску о том, как устроена наша жизнь.

– Это меня в прошлой жизни там похоронили,– продолжал объяснение Вертер,– а в этой я живее всех живых. Ты же не думаешь, что я привидение?

Даня отрицательно покачал головой и обнял Вертера за шею.

– А ты не умрёшь? – спросил он тихо, и на его глаза навернулись слёзы.

– Ну что ты! – самоуверенно заявил дядюшка. – Я всегда буду с тобой. Пойдём в дом, ты весь дрожишь.

Даню усадили в кресло перед камином с кружкой горячего шоколада, Алиса расположилась напротив, а Вертер по своему обыкновению уселся прямо на ковёр в позе лотоса. Огонь быстро разгорелся, стало тепло и уютно. Даня прихлёбывал шоколад, и слезинки подсыхали на его щеках. Где-то в отдалении был слышен шум сходящей лавины, но это уже не вызывало беспокойства. Творец занялся своей работой, и теперь всё будет в порядке. Алиса поначалу чувствовала себя неловко из-за глупого инцидента с могилой Вертера, который так напугал Даню. Но посиделки у камина расслабляюще подействовали на всю компанию, и вскоре её потянуло на серьёзные разговоры.

– Вер, ты действительно думаешь, что Дэвика могла навести Сабина на дом Тарса? – осторожно спросила она.

Вертер смотрел в огонь и молчал. Его лицо ничего не выражало, даже досады на неуместное вмешательство в его личную жизнь.

– Извини, я не хотела тебя расстраивать,– смутилась Алиса.

– Ну что ты, милая, ты меня вовсе не расстроила,– отозвался Вертер.

Алиса вздрогнула, настолько его интонации напомнили Антона. Тот же спокойный голос, та же теплота и мягкость.

– Да они не друзья, а самые настоящие братья,– подумала она.

– Я просто не знаю, что и думать,– закончил свою мысль Вертер. – Могла ли она предать чисто теоретически? Думаю, могла. Её зависимость от Сабина просто ужасает. За несколько месяцев в его доме мне не удалось даже малейшего сомнения поселить в её душе. Если б он приказал, она бы меня убила собственными руками, хотя и любила по-своему, наверное.

– Антон поверил в то, что она изменилась,– заметила Алиса,– а он редко ошибается в людях.

– Шутишь? – Вертер невесело усмехнулся. – Тоха вообще видит в людях только хорошее, даже в своём брате, который просто мечтает свести его самого в могилу.

– Значит, ты думаешь, что Дэвика виновна? – Алиса нервно пригладила свои волосы.

– То, что она могла это сделать, вовсе не означает, что действительно сделала,– Вертер повернулся к Алисе и посмотрел ей в глаза. – Тот факт, что Сабин оставил ей жизнь, вообще ни о чём. Просто она ему нужна для каких-то его планов. Возможно, он рассчитывает снова заманить меня в ловушку с её помощью.

– А ты её всё ещё любишь,– Алиса не спрашивала, это была скорее констатация факта.

Вертер спокойно и открыто улыбнулся, в его словах не было сожаления или боли.

– Я всегда её любил и буду любить. Это, наверное, карма у меня такая. Но ты не беспокойся, Лиса, свою зависимость от Дэвики я переболел. Она больше не имеет надо мной власти. Веришь?

Алиса опустилась рядом с Вертером на ковёр и положила голову ему на плечо. Он ласково обнял её, как когда-то давно обнимал свою бесшабашную младшую сестрёнку, чьё тело совсем недавно поглотило пламя погребального костра.

– Я же был совсем один тогда,– продолжал Вертер,– и потому беззащитен перед её манипуляциями. А теперь у меня есть вы с Тохой и Данечка тоже есть.

Услышав своё имя, мальчик встрепенулся, отставил полупустую кружку и тоже подполз к Вертеру, приютившись с другой стороны от Алисы.

– Только Волка не хватает для комплекта,– подумал Вертер. – Родные мои, как же мне с вами повезло. И чем я заслужил такое счастье?

Со стороны второго этажа, где располагались комнаты учеников Школы, раздался приглушённый стук. Возможно, кому-то из обитателей Убежища тоже пришло в голову навестить могилу Учителя на сороковой день. Чужих здесь быть не могло, поэтому шум никого не встревожил, но проверить всё же стоило. Вертер высвободился из тёплых объятий и бесшумно поднялся по лестнице. Третья дверь по левой стороне коридора была приоткрыта, и из комнаты были отчётливо слышны мужские голоса. Вот это уже было странно. Никому из учеников Школы не пришло бы в голову выбрать в качестве точки выхода чужую комнату. Скорее компания договорилась бы встретиться в каминном зале. Вертер прокрался к приоткрытой двери и заглянул в щёлочку. Двое Охотников в чёрном стояли посреди комнаты и тихо переговаривались. Прямо из воздуха появилась ещё троица. В середине стоял Амар и держал двух других за руки. Всё стало предельно ясно: Мастер занимался переброской отряда карателей.