Елена Райдос – Круг Офира (страница 15)

Проклиная свою невезучесть и пробки на дорогах, Влад направился к своей машине, но по пути на стоянку наткнулся на ещё одного потенциального информатора – соседа Вильгельмины Оскаровны. На этот раз мужик был хоть и в подпитии, но значительно дальше от состояния зю, в котором пребывал в свою прошлую встречу с детективом. Влад не преминул воспользоваться сим благоприятным обстоятельством и показал ему фотографию, на которой был запечатлён тот самый пресловутый блондин.

– А, так это ж Витёк,– обрадованно заявил неожиданный свидетель. – Классный парень. Давеча выручил меня с ремонтом у Оскаровны. Труба у ней потекла в кухне, а я был того, не в форме. Так Витёк сам всё исправил и даже денег не взял.

Как выяснилось из дальнейшего допроса свидетеля, сей белобрысый слесарь-любитель уже давно ухлёстывал за Соней. Более того, сосед полковничихи не без оснований подозревал, что ухажёр частенько ночевал в мансарде, где располагалась спальня его пассии, о чём и сообщил детективу с похабной улыбочкой.

– Эх, жаль девку,– вздохнул он. – Должно быть, Витька с ней вчера не было. Уж он бы точно не позволил тем грабителям пристрелить свою бабу. Небось, теперь расстроится.

Версия с грабителями, которых якобы застукала Соня, была откровенно бредовой. Ну чего им было делать в мансарде, когда все ценности находились внизу? Ладно ещё, если б тело девушки было обнаружено в гостиной. Услышала шум, спустилась и словила пулю от запаниковавших любителей поживиться чужим добром. Но в том-то и дело, что Соню застрелили в её мансарде, и кроме белобрысого Витька, сделать это было просто некому. Впрочем, делиться своими соображениями с наивным соседом Влад не стал и, поблагодарив пьянчугу за помощь, залез в свою машину. Вот тут-то его и накрыла паническая атака.

– А что если Сонечка была не единственной, кто общался с убийцей? – пришла в голову детективу запоздалая мысль. – Вдруг Ксения тоже его видела? Даром что ли этот бугай крутился около её загородного дома. Одну свидетельницу убийца уже устранил, и ничто не помешает ему устранить вторую. Так ведь была ещё и третья,– от снизошедшего на него откровения тело Влада покрылось холодным потом,– Елизавета тоже видела этого брутального блондина.

Не тратя больше времени на фрустрации, паникёр вдавил педаль газа в пол и, игнорируя жалобный писк антирадара, помчался в город.

Глава 6

Запах свежего сена был терпким как молодое вино и пьянил ничуть не хуже. В сарае было темно, хотя сквозь дырявую крышу внутрь то и дело заглядывали любопытные звёздочки. Похоже, непоседам очень хотелось подсмотреть за играми странных двуногих, злостно нарушавших ночной покой на сеновале. Увы, чтобы рассеять эту кромешную темноту, собственного сияния звёздочек не хватало, и им приходилось довольствоваться лишь звуковым рядом. Впрочем, сей ряд был достаточно информативным, чтобы у слушательниц сложилось верное впечатление о сути сарайного действа. В шуршание сухих стеблей то и дело вклинивались звуки прерывистого дыхания, жаркий шёпот и томные стоны, так что ошибиться насчёт того, что скрывалось под покровом ночи, было просто невозможно.

Собственно, ничего необычного в сей забавной сценке не содержалось, в деревнях испокон веков сеновалы пользовались спросом у жаждущих интимной близости парочек. Единственное, что показалось звёздочкам заслуживающим внимания, так это неутомимость той конкретной парочки, что оккупировала сеновал в сарае с дырявой крышей. Наконец любовники всё-таки притомились и затихли. Ночь тут же вступила в свои права, и стало слышно, как за тонкой стенкой сарая стрекочут кузнечики. Правда, длился этот перерыв недолго, буквально через пять минут Вит почувствовал, как тёплая девичья ладошка легко пробежалась по его плечам и животу, а потом решительно направилась ниже, вызывая горячую волну возбуждения. Прямо у его уха раздался тихий смех, видимо, ладошка нащупала то, что искала.

– Давай ещё разочек,– заискивающе прошептала Агата,– ну пожалуйста. А потом будем спать до утра.

Это была её любимая присказка, которую Вит слышал по многу раз за ночь, и давно уже перестал покупаться на обещания своей юной любовницы соблюдать хоть какую-то меру в сексуальных утехах. Он совершенно точно знал, что Агата угомонится, только когда окончательно лишится сил и провалится в сон буквально во время соития. В плане секса эта чертовка была совершенно ненасытной, и аэр не раз с благодарностью поминал создателей своей игровой оболочки за то, что те сделали её такой безотказной. Но это сейчас, когда он уже худо-бедно научился контролировать это коварное аватарское тело, а в тот первый раз, когда оно неожиданно взяло верх над рациональным аэрским умом, для Вита это стало воистину шокирующим откровением.

Дело в том, что сам по себе факт потери самоконтроля был для жителя Аэрии чем-то совершенно немыслимым, что и не удивительно, ведь свои тела аэры создавали сами, причём вполне осознанно. Эти тела подчинялись им полностью и безоговорочно, а потому Виту даже в голову не могло прийти, что его игровая оболочка, оказывается, обладала своей собственной волей, причём настолько сильной, что была способна подавить волю своего хозяина. Аэры привыкли относиться к своим телам как к неодушевлённым предметам, вроде инструментов или одежды, то есть прагматично и без пиетета. Но аватарские тела были другими, и люди, судя по всему, осознавали их власть и могущество, а потому приручали свои тела подобно тому, как приручают диких животных.

Увы, Вит пока был дилетантом в Игре, причём дилетантом, не удосужившимся пройти даже элементарного подготовительного курса, который помогал аэрам адаптироваться к новым непривычным условиям иной реальности, а потому он никак не мог ожидать такой подлянки от своей игровой оболочки. Согласитесь, кому может прийти в голову, что ваша одежда вдруг обретёт самостоятельность и станет управлять вашими действиями. Впрочем, сам по себе шок от утраты самоконтроля оказался для самонадеянного аэра всего лишь прелюдией к тому кошмару, который его накрыл, когда он наконец пришёл в себя и обнаружил, что натворил.

Изнасилованная девочка лежала на спине, раскинув руки, и не шевелилась. Её задранная юбка почти полностью скрывала лицо, были видны только закрытые глаза и ореол рыжих кудряшек, словно нимб над головой невинной мученицы. Естественно, Виту тут же померещилось, что он ненароком убил малышку. Он ведь понятия не имел, на что была способна вышедшая из под контроля сознания игровая оболочка. Сила-то в ней содержалась немеряная. Ужас содеянного мгновенно погрузил невольного насильника в когнитивный транс, и вместо того, чтобы попытаться реанимировать мёртвую девочку, Вит застыл над её неподвижным телом эдакой апологией скорби.

Он даже не заметил, как рыжие реснички задрожали, и на парализованного ужасом насильника уставились глаза его жертвы, сияющие подобно двум маленьким солнышкам. Казалось, этот восторженный взгляд был способен рассеять спустившиеся на землю сумерки, тем не менее пробудить погрузившееся в бездну отчаяния сознание аэра ему не удалось. В тот момент Вит тупо был не в состоянии адекватно отреагировать на столь откровенный знак. Взгляд Агаты наткнулся на мрачную физиономию насильника, и свет в её глазах сразу померк.

– Тебе не понравилось? – губы девушки задрожали, и в уголках её глаз заблестели слёзки. – Это же в первый раз,– принялась оправдываться жертва насилия, шмыгая носом,– я научусь.

Неимоверное облегчение, которое затопило сознание Вита, когда он обнаружил, что малышка всё-таки не умерла, было похоже на наркотическое опьянение. Но потом аналитический ум аэра вычленил из слов Агаты фразу про первый раз, и его совсем переклинило. А чего он, собственно, ожидал? Чтобы пятнадцатилетняя деревенская девчонка уже имела опыт сексуальных отношений? Девственность в этой дикой локации была товаром, и потому будущих невест держали под жёстким контролем. А какой-то залётный ландскнехт взял и походя сломал бедняжке жизнь, хорошо хоть вообще не убил.

– Я всегда хотела, чтобы в первый раз было с таким, как ты,– Агата жалобно всхлипнула, подползла к застывшему в трансе мужчине и с отчаяньем утопающей обхватила своими тонкими ручками его шею. – Ты же не бросишь меня ради Белинды? – она заискивающе улыбнулась, но поскольку Вит никак не ответил на её заигрывания, хитрюга сменила тактику. – Я понимаю, что она старше и опытней, но я быстро научусь, вот увидишь. Ну давай хотя бы ещё разок, пожалуйста,– для пущей убедительности она подпустила в свой голос эдакие умоляющие нотки,– а потом можешь отправляться к своей Белинде.

Вит наконец сбросил оцепенение, опрокинулся на спину и захохотал как безумный. Оказывается, никакого насилия и не было, девчонка сама хотела, чтобы её лишил девственности брутальный вояка без моральных принципов. Так что ещё вопрос, кто кого изнасиловал. Агата приняла смену настроения своего первого мужчины за добрый знак и шустро просунула ладошку в его расстёгнутые штаны.

– Ты же хочешь, я чувствую,– выдала она результат своего анатомического обследования с детской непосредственностью. – Только разочек, и пойдём в деревню.

Вот с этой сюрреалистичной сценки и начался их странный роман. В тот вечер Вит насчитал не менее пяти «пожалуйста», так что до деревни Агату пришлось нести на руках, потому что с непривычки её уже ноги не держали. Разумеется, к тётке Белинде они не пошли, зато прямо на околице им встретился дед Ламар и отчего-то очень обрадовался тому, что спасённый им висельник вернулся в деревню. Он тут же предложил Виту альтернативу Белинденых апартаментов в виде покосившейся сараюшки, где летом складировал сено. В благодарность арендатор взялся подновить хозяйский дом, чем и занимался практически каждый день. А по ночам к нему приходила Агата.