Елена Райдос – Когда солнце взойдёт на западе (страница 2)

Она заплыла уже довольно далеко, отсюда береговая линия казалась просто тёмной размытой полоской на фоне ярких огоньков курортного променада. На глубине волнения практически не чувствовалось, так, плавное покачивание, не более. Кира улеглась на спину и подставила своё обнажённое тело млечному потоку лунного света.

– Интересно, а как может выглядеть лунный загар? – лениво подумала она. – Наверное, это должно быть похоже на матовое серебро или алебастр.

Кирины медитативные размышления были внезапно прерваны самым варварским образом. Совсем рядом раздался негромкий плеск воды, недвусмысленно свидетельствовавший о том, что у неё появилась компания. Кира быстренько приняла вертикальное положение и оглядела тёмное пространство, откуда прилетели звуки. Так и есть, метрах в двадцати ближе к берегу можно было отчётливо видеть быстро приближающуюся фигуру пловца. Разглядеть детали в такой темноте не представлялось возможным, но Кира почему-то ни на секунду не усомнилась в том, что это был тот самый настырный мужик, который подглядывал за ней на пляже. Впрочем, столь откровенное преследование незнакомца её не испугало. Здесь, в этом городке ей вообще ничего не грозило. Скорее, Кира ощутила досаду и раздражение из-за беззастенчивого вмешательства в её планы какого-то тупого курортника.

– Неужели не понятно, что если женщина целенаправленно уединяется на ночном пляже, то у неё нет ни малейшего желания с кем-либо знакомиться,– процедила сквозь зубы жертва преследования.

Взяв себя в руки, Кира прикинула направление и нырнула так, чтобы уйти в сторону с траектории движения пловца. Похоже, тот не заметил её манёвров, так как продолжил плыть прочь от берега в прежнем темпе.

– Что ж, спасибо за фору,– Кира злорадно усмехнулась и бесшумно поплыла обратно на пляж,– будет время спокойно одеться и занять место в первом ряду партера, чтобы понаблюдать, как этот плывун будет голышом выбираться из воды. Роли, похоже, поменялись, и охотник превратился в дичь. Так ему и надо, чтобы неповадно было подглядывать.

Полотенца у Киры с собой не было, так что пришлось натягивать одежду прямо на мокрое тело. Это немного испортило настроение в предвкушении задуманного развлечения, но никак не умерило решимость обиженной женщины поквитаться с обидчиком. Она уже застёгивала последние пуговки на блузке, когда из прибрежного ресторанчика зазвучала протяжная задумчивая мелодия из старого фильма Франко Дзеффирелли «Ромео и Джульетта». Кира выпрямилась и невольно повернулась лицом к источнику музыки. Это была та самая песня, их с Семёном заветная мелодия.

Они познакомились шесть с половиной лет назад в таком же приморском городке, куда Кира с компанией сокурсников с мехмата МГУ отправилась отдохнуть после весенней сессии. Было самое начало июля, стояла такая жара, что вообще не хотелось вылезать из моря под беспощадные солнечные лучи. Кира загорела дочерна, отчего в темноте её лицо стало сливаться с исходно каштановыми, но сейчас совершенно выгоревшими волосами. И только светло-серые глаза сияли на сплошном коричневом фоне как две капли утренней росы.

В тот памятный вечер Кира выбралась одна из душной кафешки, где вся компания отмечала день рожденья её подруги. На улице тоже было жарко, но слабенький ветерок с моря всё же давал шанс на глоток свежего воздуха. Она уселась на парапет, отгораживавший пляж от набережной, и с удовольствием вдохнула порцию освежающего морского бриза. Как раз в этот момент зазвучала мелодия из фильма Дзеффирелли. Кира видела этот фильм и не раз слышала эту грустную балладу, повествующую о том, что юность и красота преходящи и быстротечны, но почему-то раньше слова песни не трогали её душу, и только сейчас она услышала её по-настоящему.

Удивительно, но депрессивное, в сущности, содержание баллады отчего-то не вгоняло в тоску, а напротив, вызывало желание жить полной жизнью. Кира внезапно ощутила себя свободной от любых ограничений: от условностей, от обязательств, даже от привычек. Ей показалось, что она обладает могуществом совершить любое чудо, например, превратиться в чайку и улететь к морю. Ощущение лёгкости и вседозволенности было настолько реальным, что девушка невольно ухватилась руками за каменный парапет, чтобы убедиться в материальности этого мира.

– Вы позволите? – раздался мужской голос за спиной размечтавшейся студентки.

Семён стоял совсем рядом и протягивал ей руку, как бы приглашая на танец. На фоне ярких огней кафешки его фигура казалась сплошной чёрной тенью и выглядела не то чтобы устрашающе, но довольно мрачно. Мужчина был совершенно незнакомый, а мелодия вовсе не танцевальная, но Кира, как зачарованная, доверчиво оперлась на его руку и поднялась. Медленный танец показался девушке больше похожим на полёт той самой чайки, она закрыла глаза и бездумно отдалась плавным движениям. Ей было так спокойно в крепких уверенных объятьях незнакомца, как бывало только в детстве, когда папа брал её на ручки и принимался баюкать свою маленькую дочь.

Закончилась песня из фильма и много других песен, а они продолжали танцевать под тихую щемящую мелодию, что звучала у обоих в душе. В какой-то момент Кира поняла, что они остались одни, кафешка закрылась, её сокурсники почему-то не решились вмешаться и отправились домой без неё, да и редкие одинокие прохожие тоже старались обходить странную парочку стороной. Полуночные танцоры не сговариваясь взялись за руки и побрели прямо по песку к морю.

Город засыпа́л, убаюканный тихим шелестом волн. Один за другим гасли огоньки в разбросанных по склону горы домиках, и чем меньше огней оставалось на земле, тем ярче разгорались звёзды на чёрном бархате небосвода. Было новолуние, от луны остался совсем тоненький ободок, но у воды было светло и от света звёзд. Наверное, именно с той ночи Кира так полюбила ночные купания. Мокрый шёлк кожи, солёные губы и этот полёт в невесомости в прохладных объятьях морских волн.

Наутро Кира боялась просыпаться. Было невыносимо увидеть, как рассеются ночные чары, и прекрасный принц превратится обыкновенного курортного повесу. Но она боялась напрасно, утро не принесло разочарования. Они пили кофе в той же кафешке, около которой познакомились, и говорили без умолку. Или им только казалось, что это были слова, а на самом деле общались их души. Сейчас Кира уже не могла вспомнить, как было на самом деле, осталось только ощущение тепла и покоя.

После завтрака они забрали Кирины вещи, и она поселилась в домике Семёна на склоне горы. Пару дней они вообще не выходили на улицу, было незачем. Всё, что им было нужно – это они сами. Неделя пролетела как один день, а потом Семёну нужно было уезжать, дела не позволяли ему задержаться на море. Кира вернулась к своим друзьям, но больше была не в состоянии наслаждаться каникулами. Все её мысли были в далёкой дождливой Москве, где сейчас обитал любимый. Да, она очень хорошо знала, как обычно заканчиваются курортные романы, знала с первой минуты их знакомства с Семёном, но жалела только о том, что у них было так мало времени. Кира старалась не думать, как она будет жить без своего таинственного возлюбленного, ей было страшно до дрожи даже допустить мысль, что она его больше не увидит.

Семён встретил её на вокзале, хотя она никогда не говорила ему, как будет возвращаться в Москву, так как и сама этого тогда не знала. Билеты были куплены в последний день по случаю. Прямо с поезда они поехали к Семёну домой и с тех пор не расставались. Волшебная сказка продолжалась долгих шесть лет, а потом кончилась в одночасье. Они уже были женаты, дочке Тиночке как раз исполнилось четыре года, Кира нашла интересную работу в известной международной корпорации, и ничто не предвещало беды. Только однажды, вернувшись домой с работы, она обнаружила на столе прощальный подарок от мужа, больше напоминавший не подлежавший обжалованию приговор.

В пухлом бумажном конверте обнаружился весь джентельменский набор для расставания: дарственная на квартиру, документы о разводе, отказ от отцовства и дебетовая карта с солидной суммой. Больше ничего, ни строчки, ни звонка, которые могли бы объяснить поступок любимого мужа. Его вещи исчезли, его телефонный номер оказался заблокирован, никто из общих знакомых не знал, куда он подевался. Единственное, что Кира знала о своём бывшем – это то, что он жив, так как каждый месяц на оставленную им карту падала определённая сумма денег. Да, курортный роман продлился несколько дольше обычного, но закончился всё-таки вполне ожидаемо.

– Вы позволите,– раздался знакомый до боли голос у Киры за спиной.

Она резко обернулась и встретилась глазами с Семёном. Он стоял уже одетый и протягивал ей руку, как бы приглашая на танец. Ураган чувств, что возник в этот момент в Кириной душе, мог бы, наверное, поднять волну, сравнимую с цунами. Первым её порывом было непреодолимое желание вмазать со всей дури кулаком по его радостной физиономии, но уже в следующий момент она едва сдержалась, чтобы ни броситься в объятья бывшего мужа. Только через несколько секунд Кире всё-таки удалось взять себя в руки.

– Ты совсем рехнулась, маньячка,– строго сказала она себе,– это же просто сон. Подсознание выудило знакомый образ из архива твоей памяти и преподнесло его тебе на блюдечке. Очнись и наслаждайся неожиданным подарком.