Елена Райдос – Двое в пути. Записки Белого Лиса (страница 4)

Всё дно в том месте состояло из торчащих словно зубы дракона острых скал. Волна скрывала их практически целиком, а отходя, обнажала до половины, словно специально, чтобы напугать меня ещё больше. Плавать в этом кипящем котле мне совсем не улыбалось, но делать было нечего, острый скальный шип пропорол днище байдарки, и моя лодочка стала быстро тонуть. Выбраться в этом месте на берег не смог бы даже альпинист с ледорубом, скала была абсолютно гладкой. Ясно, что плыть нужно было на глубину, а там уж высматривать пологий берег. Водичка, я вам скажу, оказалась бодрящей, аж дыхание перехватило, но в тот момент мне было не до того. Течение в купе с волной тащило меня на скалы с крейсерской скоростью, и вырваться из захвата было просто нереально.

К счастью, мне удалось зацепиться за один скальный зуб и даже немного ослабить веслом удар о твёрдую поверхность камня. Сколько я там провисел, зацепившись скрюченными конечностями за жалкий обломок скалы и пытаясь не дать очередной волне оторвать меня от спасительного якоря? Сейчас уже точно не скажу. Помню только, что замёрз практически до смерти. Положение было отчаянное, мне было никак не выгрести против течения, но позволить волнам вытащить меня на мелководье означало неминуемую смерть, там был настоящий ад. Я даже старался не смотреть в ту сторону, чтобы не запаниковать окончательно. Хотя, кому я вру? Испугался я не по-детски. Утонуть в десятке метров от берега, что может быть хуже?

Ладно, хватит нагнетать. В общем, догадался я, как нужно действовать, всё-таки предыдущий сплавной опыт пригодился. Правда, к тому времени я уже успел продрогнуть так, что тела своего совсем не чувствовал. План был такой: дождаться, пока меня накроет очередной волной, оттолкнуться от скалы, поднырнуть поглубже и плыть вдоль острова, немного забирая от берега так, чтобы вынырнуть уже в относительной безопасности. Обычно, береговое течение бывает поверхностным, с глубиной оно должно ослабевать. Предположение, конечно, было притянуто за уши, но другого варианта я всё равно не видел, а дожидаться, пока мои пальцы от холода и усталости сами разожмутся, представлялось уж совсем идиотизмом.

И всё-таки решился я не сразу, уж больно всё это смахивало на голимую авантюру, даже сподобился поорать, типа, позвать на помощь. Интересно, и как я себе представлял действия спасателя в данной ситуации? Прилетит вдруг волшебник в голубом вертолёте? По-другому соскрести меня со скалы было, наверное, нереально. Стыдобища. Спасибо ещё не разрыдался от страха. Всё, довольно рефлексий, я же в конце концов всё-таки решился. И самое удивительное, что мне удалось-таки отплыть на относительно безопасное расстояние от берега. Течения тут практически не чувствовалось, и можно было не бояться, что меня расплющит о скалы. Я перевёл дух и развернулся в сторону острова, чтобы понять, куда грести. Даже уже начал подумывать, как бы мне выудить своё барахлишко. Но это я явно поторопился, не учёл всего коварства злодейки-судьбы.

Как-то раз мне попался в руки один фантастический рассказик, где была такая пафосная фраза: «и он увидел свою смерть». Так вот, я её увидел, вернее, его. Всё моё внимание тогда было обращено на берег, я не ждал подвоха со стороны озера, и всё-таки словно бы что-то почувствовал и уже начал оборачиваться, когда это здоровенное бревно со всей дури шарахнуло меня в висок. Вот, собственно, и всё, что я помню. Очнулся уже в доме, голышом под одеялом, голова раскалывается, тошнит, перед глазами всё плывёт. Я даже не сразу сообразил, что нахожусь уже на твёрдой земле, так меня тогда штормило.

Да, сотрясение получилось знатное, но это уже в прошлом. Мой спаситель сварганил мне какое-то горькое и противное питьё, и я от него оклемался практически за одну ночь. Так вот, насчёт спасителя. Лежу я, значит, в полу-отключке и вижу, как надо мной склоняется незнакомый бородатый мужик с чёрными колючими глазами и носом, похожим на клюв хищной птицы. В первый момент я даже принял его за галлюцинацию, настолько это колоритный тип. Он тогда показался мне старым, но позже, когда я разглядел его получше, эта иллюзия развеялась как дым. Поджарый, жилистый, движения стремительные, но как бы плавные, словно он перетекает с места на место, подобно воде. Да и седина у него присутствует только в бороде, а волосы на голове чем-то напоминают каракулевую шапку, чёрные и кучерявые.

Определить возраст моего спасителя мне не удалось, мужику запросто можно дать и сорок и все шестьдесят, но точно не больше. Зовут его, как выяснилось, Макар. Тоже не часто встречающееся имя, раньше оно мне попадалось только в книжках. Наше первое знакомство заслуживает отдельного рассказа. Увидел Макар, значит, что я открыл глаза, и его лицо буквально засветилось, как будто он выудил из озера не чужого мужика, а любимого племянника.

– Ну здравствуй, Белый Лис,– радостно заявляет мой спаситель.

Я от такого поворота, понятно, немного обалдел.

– Почему Лис? – спрашиваю.

Вроде бы ничего крамольного не сказал, но всю радость мужика словно стёрли тряпкой с меловой доски, глаза потухли, улыбка превратилась в жалобную гримасу. Смотрит он на меня, как на убогого, словно задать такой вопрос мог только полный дебил, и молчит. Я даже подумал, что со мной что-то серьёзно не так, инсульт, к примеру, или паралич. Но мужик встрепенулся и снова заулыбался, только уже без прежней радости.

– Хитрый ты,– отвечает,– обманул смерть. Лис и есть.

– А почему Белый? – его объяснение меня как-то не убедило.

– Сам узнаешь,– буркнул дядя и удалился.

Я тогда подумал, что он обиделся. Мужик ведь, судя по всему, мне жизнь спас, а я к нему лезу с глупыми вопросами. Невежливо. Ну я выждал, пока он снова появится рядом, и так задушевно принялся его благодарить.

– Как же Вам удалось меня вытащить? – спрашиваю, вроде как восхищён его мужеством.

Думал, ему будет приятно, но не тут-то было, вместо того, чтобы растаять от моей лести, мужик встаёт в позу и начинает демонстративно оглядываться, как бы в поисках кого-то ещё. Ну ясно, слыхал я, что на северах не принято обращаться на Вы, но мне как-то неловко было тыкать человеку, который вдвое меня старше. В общем, я смутился, а этот хитрец ехидно так мне подмигивает и вещает, мол, кто другой на его месте мог бы мне и морду набить за такое отношение. Оказывается, местные воспринимают обращение на Вы как намёк на то, что в данном теле находятся два сознания, а это возможно либо при шизофрении, либо ещё круче, когда в тело вселяется какая-то сущность, вроде беса. К счастью, Макар оказался мужиком продвинутым в плане городских устоев и не обиделся.

Мы ещё немного потрепались, в основном, на тему моего неудачного плаванья, и я заснул. А на утро уже чувствовал себя вполне нормально, даже выполз к озеру умываться, там, кстати, был вполне удобный пологий спуск. И вот тут меня ждал новый сюрприз, даже два. Около самодельного деревянного причала болтались обломки моей байдарки, причём непромокаемые мешки всё ещё были надёжно принайтованы к бортам. Ура! Теперь одеждой и личными вещами я обеспечен. Радостно плюхнувшись на коленки, я наклонился к воде, чтобы закрепить байдарку, пока её не унесло течением, да так и застыл. Сразу стало понятно, почему Макар назвал меня БЕЛЫМ Лисом. Прямо от затылка ко лбу шла широкая прядь седых волос. Моё отчаянное купание в ледяной воде не прошло даром.

30 сентября

Знаете, что такое полный облом? Я тоже думал, что знаю, но ошибся. Всё, что случилось со мной раньше, всё это кошмарное плавание – это, оказывается, была лишь прелюдия, а оргазм ждал меня впереди. Когда я обнаружил своё барахло в обломках байдарки, то сразу почувствовал себя хозяином положения. У меня всегда с собой в запасе ремнабор, так что превратить эту искорёженную кучу алюминия и пластика в относительно надёжное плавсредство можно было без особого напряга, за пару дней я бы точно управился. Оставался, правда, вопрос с веслом, но вполне возможно, что его тоже выкинуло куда-то на берег, оно ж не тонет. Во всяком случае, поискать стоило. Я даже обрадовался, что у меня появилось интересное и полезное занятие… пока не вытащил байдарку на берег.

Наверное, я тогда представлял собой прямо-таки воплощение безнадёги и отчаянья. У байдарки отсутствовала носовая часть. Нет, не просто каркас, а полностью, вместе с обшивкой. Вот тебе и надёжная новая байдарка. Это ж какой силы должен быть прибой у тех скал, чтобы порвать в клочья прочный пластик? Похоже, остальная часть байдарки сохранилась одним куском только благодаря весу моих шмоток и ремням, которые их удерживали. Я представил себе, во что могло превратиться моё тело, если б меня таки выкинуло на скалы, и похолодел. Не хотелось бы вот так найти свой конец, чтобы потом вдобавок кто-то наткнулся на мой изуродованный труп. Б-р-р.

Пока я кудахтал над своим барахлом, Макар сидел на холме у дома и наблюдал за мной с равнодушием и печалью в глазах. Эдакий сфинкс, безразличный к мирским заботам. Должно быть, островному отшельнику мои фрустрации показались мелкими детскими капризами. А вот для меня потеря байдарки означала, что, вместо запланированного релакса на фоне романтических пейзажей Спаса, мне придётся носиться по острову в поисках туристов, готовых отвезти меня на материк. Увы, как скоро выяснилось, перспектива забега по пересечённой местности была просто слюнявой розовой мечтой. Не было сейчас на Спасе никаких туристов и быть не могло. Они сюда только летом наведываются, да и то нечасто. Уж больно щедрым на смертельные сюрпризы оказалось это озеро с ассенизаторским названием Воже.