Елена Рай – Леди 2XL. Худеть не буду! (страница 6)
Ш-ш-ш! Запрещённый приём против мужчин!
Язычком пробегается по губам, невинно хлопая глазами.
Да-а-а-а… Глаза у неё тоже красивые.
— А куда я принята? На роль домового обжоры? — поправляет на плече то ли пакет, то ли сумку.
Хочется улыбнуться на милую женскую непосредственность.
Маму мою мне напомнила.
Папа до сих пор её богиней почитает и любит до хрипов в спальне.
Только не спрашивайте, откуда я знаю.
Наверное так и узнают, что мама с папой в спальне не кровать на ночь глядя переставляют.
— Разберёмся, — до чего же хороша она!.. — Мой кабинет прямо.
— Только вы вперёд.
— Почему? — подыгрываю ложным интересом.
— Наверное мы не сработаемся, — складывает руки на груди, формируя… НАСТОЯЩАЯ! Так и тянет взвесить в своих руках такое сокровище. Не зря мужики горят на женских прелестях, как последние лузеры. — Быть сексусальным объектом с ненормированным графиком работы не входило в мои планы. Вы уже на меня смотрите как кролик на удава. Боитесь, что рано или поздно сорвётесь, и между нами случиться секс прямо на вашем столе.
Конкурентка закинула в мой офис не бутафорную гранату, а самую настоящую ядерную бомбу с сиськами четвёртого размера.
Глава 5
Глава 5
— Шутка! — разряжаю ситуацию своим звонким смехом я. — Не факт, что ваш стол выдержит столько килограмм женского обаяния. Худеть я не буду. Для меня это стресс. От этого давление поднимается и настроение портится, провоцируя на переедание.
— На нас смотрят, — прокашливается в кулак мужчина.
— Любопытство – не порок, — взглядом веду по вытянувшимся лицам проигравших в неравной схватке за вакансию. У сытой женщины здоровый румянец и блеск в глазах. И никаких конкуренток на сытый желудок! — Но, вы правы. Нам лучше уединиться в кабинете для демонстрации моих прямых обязанностей.
Потапов не стал ждать, кто и кого пропустит «вперёд».
Идёт уверенной чёткой поступью, не оглядываясь.
А мне так и хочется пошалить на радостях, что меня приняли за одни только мои красивые глаза!
Показать средний палец проигравшим расфуфыренным девицам, что сразу дали мне отставку и не воспринимали за равную в ожесточенной борьбе 90/60/90!
Даже язык не покажу, потому что я «выше» этого.
Про собственный вес предусмотрительно промолчу.
Для меня нет конкуренток(ов) – есть обстоятельства непреодолимой силы, в виде лени.
Сегодня я с ней договорилась, и мы пришли побеждать!
— Ни одного живого организма, — с чувством полного сожаления произношу, глядя на девственную нишу для цветов у окна. — Дурная примета.
— Хм?.. — вопросительно взлетают брови моего нового начальника.
— Здесь никто не приживается, чтобы дать ростки, — где услышала заумную фразу, уже не припомню.
— Значит так, Серафима Ильинична, — складывает руки в замок на столе. — Я вас принимаю на должность своего секретаря без выходных и праздников. В ваши обязанности входит обязательный утренний секс на этом самом столе. К слову, он по заводским характеристикам сможет выдержать триста килограмм.
Его руки меняют своё положение.
Движения плавные, словно он ласкает деревянное полотно как женщину.
Настоящий секс, когда мужчина «знает», где нужно надавить, чтобы простимулировать вечную любовь к нему.
Потапов – один из представителей вымирающего вида альфа-самцов из любовных романов.
Смотрю на него, а своих трусов уже не чувствую.
В голове играет эротического плана мелодия. На мне непременно чёрное кружевное белье. Не потому что «стройнит». В нём моя тёмная сторона чувствует настоящую власть над любовником. Потапов сидит в этом кресле, а потом… Я мурлычу вслух с закрытыми глазами?!
Вздрагиваю от хлопка, распахнув сомкнутые веки.
— Шутка, — одним уголком губ дергаёт вверх.
— Шутка?.. — в моей фантазии мы уже оба без трусов. — Что-то в жар меня бросило, — достаю свой карманный вентилятор под смеющийся взгляд Потапова.
— Вам плохо? — подаёт мне стакан воды.
Залпом всё до капельки.
— Такое бывает, — дышу глубоко и шумно. — Первые признаки дефицита калорий.
— В обед у нас деловая встреча, Серафима Ильинична. Голодной вас никто не оставит.
Сразу подкупает мужская забота женскую ранимую душу.
Не оставит голодной – равносильно позвать свободную женщину замуж.
— Да! — громогласно.
— Что «да»? — проявляет крайнюю удивлённость.
— Согласна служить верой и правдой вам, — положа руку на сердце, твёрдо заявляю я.
— Верой и правдой, говорите? — сузив глаза, смотрит так, будто я уже голая перед ним сижу.
— Честно-пречестно, Михаил Михайлович.
— В кадрах вас оформят с сегодняшнего дня, Серафима Ильинична. Потом мы продолжим, — протягивает мне маленький листочек с тремя цифрами «203».
В отделе кадров меня оформили согласно Трудовому Кодексу с обязательным перерывом на обед.
К моему приходу в приёмной уже никого не было. Сиротливый серый стол, потёртое кресло и снова никакой живности.
Сдув с лица прядь волос, нахожу в записной книге на столе номер завхоза.
Милый дедушка с двумя крепкими парнями обустроили моё рабочее место с «Шик»ом. Даже цветок где-то нашли. Кактус, но уже что-то живое!
— Что здесь происходит? — рявкает Михаил Михайлович на суматоху вокруг меня. А как мужиков сладким чаем не угостить за проделанную физическую работу? В моей сумке и конфеты нашлись. Вон, как уплетают за обе щеки. — Николай, объяснишь?
— Серафимушка нас чаем угостила, — поднимает пустую кружку. — Грех было отказаться.
— Соколики, спасибо за помощь, — искренне к ним.
— Тебе, красавица, спасибо.
Николай не замечает, как на нас смотрит наш грозный начальник.
— Михаил Михайлович, а для вас у меня самая вкусная конфета осталась, — протягиваю ему «мишки в лесу».
Мужской дружный хохот Потапов не поддержал, но конфетку положил в карман брюк.
— Серафима Ильинична, немедленно зайдите ко мне с блокнотом и ручкой. И разгоните этот… — взглядом убийцы без холодного оружия стреляет по всем лицам мужского пола. — Надеюсь, что вы меня поняли.