Елена Рай – Фиктивная свадьба старой девы (страница 3)
Я откинулась на бортики ванны, снова поднесла бокал к губам и закрыла глаза.
В конце концов, кто сказал, что вечер самопознания не может быть приятнее вечера свиданий? Особенно если эти свидания происходят исключительно в воображении.
«А с лепестками роз я, пожалуй, перестану баловаться, — подумала, глядя, как они кружатся в воде. — Лучше буду представлять, как Арсений Витальевич роняет идеально завязанный галстук в тарелку с салатом».
Вот это действительно расслабляет!
С этими мыслями я наконец-то начала получать удовольствие от своего вечера. И пусть где-то там Арсений Витальевич встречается с какой-то фифой – у меня есть гораздо более увлекательное занятие: фантазировать, как он нелепо спотыкается о собственную ногу в дорогих дизайнерских туфлях. А это, согласитесь, тоже своего рода искусство.
У Арсения Витальевича понедельник не задался с самого утра. Он метался по кабинету, как тигр в клетке, пытаясь найти злополучный листок, который, по его воспоминаниям, был в правой руке ещё в пятницу.
— В мусорном ведре нет? — я склонилась над урной. — А куда это вы смотрите, Арсений Витальевич? Глазки выше на меня, вот так.
Глава 4
А куда это вы смотрите, Арсений Витальевич? Глазки выше на меня, вот так, — поверить не могу, что смогла нечто такое съязвить начальнику в лицо.
— Оксана Юрьевна, — нервно как-то прокашлялся Германов, — у вас на груди паук. Если вам и так комфортно, то работаем дальше.
— П-паук? То есть настоящий паук?.. Арсений В-витальевич?.. П-почему же вы молчите?..
— Настоящий, — хмыкнул начальник, — все восемь лапок на месте. И, кажется, он даже шевелится
Я почувствовала, как кровь отлила от лица. Паук! Живой! На мне!— Где?! Где он?! — мой голос предательски дрожал, а руки начали трястись. — Снимите его! Снимите немедленно!
Германов, к его чести, быстро взял себя в руки:
— Да успокойтесь вы, Оксана Юрьевна, — без всякого стеснения и, как мне показалось, жадно рассматривал моё декольте, — кажется, что он провалился.
Я этих пауков до чёртиков боюсь! Мне всё равно какого он размера, в моих глазах эти вызывают ужас! Что он сказал? Провалился?
— К-куда? К-куда провалился?! — с ужасом опустила взгляд в ложбинку, чувствуя, как сердце готово выпрыгнуть из груди.
На меня буквально смотрел маленький-маленький паучок, размером всего пару миллиметров. Не знаю, как ему удалось забраться под блузку, но я себя, увы, сдержать не смогла и ка-а-а-к закричала во всю мощь своих голосовых возможностей! Арсений Витальевич от моего вопля даже уши закрыл.
Но на этом дело не закончилось. Паук, словно издеваясь, продолжал сидеть на мне, невозмутимо перебирая лапками. Я металась по кабинету, как безумная, пытаясь стряхнуть его, но он упорно держался за ткань блузки.
В итоге, не придумав ничего лучше, я начала судорожно расстегивать пуговицы, чтобы избавиться от этой кошмарной живности. И вот я уже трясу грудью, как сумасшедшая, приговаривая: «Уходи, уходи!» Каламбур, конечно, но ситуация была настолько нелепой, что даже страшно не было – только стыдно.
Германов, глядя на это представление, сначала пытался сохранить серьёзное выражение лица, но потом не выдержал и расхохотался. А я, заметив, что паук наконец-то отправился в свободное падение, с облегчением выдохнула и начала спешно застёгивать блузку обратно.
— Ну вы даёте, Оксана Юрьевна! — сквозь смех проговорил начальник.
Я только молча краснела, мечтая провалиться сквозь землю. Вот так вот – испугалась крошечного паучка, устроила представление, а теперь ещё и буду вспоминать этот момент с дрожью в коленях.
«Больше никаких походов в архив за документами», — проворчала про себя. Уж лучше лишний раз попросить кого-то другого сходить, чем снова столкнуться с таким «сюрпризом».
И тут дверь с грохотом распахнулась. На пороге возник Лебедев Павел – начальник юридического отдела, бывший районный судья, человек, известный своей невозмутимостью и строгостью. Сейчас его лицо выражало искреннее недоумение при виде открывшейся картины.
Я, всё ещё дрожа от недавнего испуга, машинально метнулась к единственному человеку, который мог меня прикрыть – к Арсению Витальевичу. В панике я буквально налетела на начальника, инстинктивно прижавшись к нему всем телом. Блузка, которую я так и не успела полностью застегнуть после борьбы с пауком, распахнулась, демонстрируя кружевной бюстгальтер.
Германов, явно не ожидавший такого поворота, неловко обхватил меня за плечи, пытаясь прикрыть неприглядную картину.
Лебедев, застыв на пороге, медленно обводил взглядом происходящее: полуодетую меня, смущённого начальника, разбросанные бумаги на полу.
Казалось, даже воздух звенел от неловкости.
Я чувствовала, как пылают не только мои щёки, но, наверное, и всё тело до кончиков пальцев.
— Что здесь происходит? — наконец выдавил из себя Лебедев, приподняв брови. Его голос звучал настолько официально, будто он уже составлял протокол о нарушении трудовой дисциплины.
— Э-э-э это понимаешь — начал было Германов, но я его перебила:
— Паук! На мне был паук! Я его стряхивала!
Лебедев, человек, который в суде мог вывести на чистую воду любого лжесвидетеля, на мгновение замер, а затем его лицо медленно расплылось в улыбке.
— Паук, значит — протянул он, всё ещё улыбаясь. — Ну что ж, в таком случае, примите мои извинения за вторжение. Продолжайте, не буду мешать.
— Нет, нет, нет, — отчаянно запричитала я, судорожно застёгивая последние пуговицы на блузке. — Вы нам не помешали, потому что ничего не было. То есть было всё, но Ой, лучше-ка я сварю вам кофейку.
— Буду благодарен, Оксаночка, — неожиданно подмигнул Лебедев, проходя к дивану и устраиваясь там с видом человека, предвкушающего хорошее представление. Он закинул ногу на ногу и сложил руки на груди.
— Пять минут, — бросила я, пытаясь сохранить остатки достоинства.
— Не торопитесь, — протянул он, переводя на меня взгляд, в котором явно читалось: «Я не уйду, пока не узнаю всё до последней детали».
Тут я поняла, что если останусь ещё хоть на секунду, то просто сгорю от стыда. Не дожидаясь ответа от Германова, я рванулась к выходу, чуть не сбив по пути стул.
— Пять минут? — пробормотала я, доставая из ящика стола успокоительное. — Да я, наверное, и за пять лет не смогу всё это пережить!
Глава 5
— Не торопитесь, — самодовольно протянул Лебедев, явно нащупав тему для обсуждения, когда за Оксаной Юрьевной закроется дверь. В его взгляде читалась заинтересованность.
Я раздраженно обогнул стол и занял место в кресле:
— Что-то случилось, Паш?
— Не такое, конечно, как у тебя, — прокашлялся он, расплываясь в ухмылке. — Паука-то успели пристроить?
Его пошлые шуточки уже действовали мне на нервы. Хотелось треснуть его по самодовольной физиономии.
— На груди Оксаны Юрьевны был паук. Я же не знал, что девушка боится их?
— Да почти все девочки их боятся, — продолжал наседать Лебедев, картинно подняв указательный палец вверх, — но никто не выпрыгивает из бюстгальтера и не прижимается грудью к своему начальнику!
Я сжал челюсти, чувствуя, как кровь приливает к лицу.
Этот тип явно наслаждался ситуацией, смакуя каждую деталь произошедшего.
— Это был несчастный случай, — процедил я сквозь зубы, стараясь сохранить спокойствие. — И вообще, тебя это не касается.
Лебедев продолжал ухмыляться.
— Просто делюсь наблюдениями, — протянул он, поигрывая бровями. — Босс и подчинённая Хм, интересное сочетание, не находишь?..
Я задумался лишь на пару секунд, тщательно подбирая слова. Нельзя дать ему ни малейшего повода для дальнейших инсинуаций.
— Потому что Оксана Юрьевна – девушка интеллигентная, — нахмурился я, стараясь сохранять напускное равнодушие. — Именно это в ней и привлекло моё внимание.
Твою мать!
Лебедев явно остался недоволен моим ответом. Его самодовольная ухмылка стала ещё шире.
— Ммм, — протянул он, закинув ногу на ногу и склонив голову. — То есть, если я приударю за ней, ты мне и слова не скажешь?
В этот момент на телефон пришло сообщение от родителей о барбекю в эти выходные. Я машинально потянулся к смартфону, пытаясь отвлечься от неприятного разговора.
— Да то есть нет — начал набирать ответ, что, скорее всего, не смогу прийти. — Действуй по ситуации.
Мысли путались. Я потерял нить разговора, но надеялся, что Лебедев наконец-то выбросит из головы свои грязные фантазии об Оксане Юрьевне. Однако его пристальный взгляд говорил об обратном – этот тип явно что-то замышлял.
— По ситуации, значит — протянул он с мерзкой ухмылкой. — А давай пари?..
Ушам своим не верю. Этот извращенец совсем берега попутал!