Елена Рай – Большая месть маленькой женщины (страница 19)
— Что-то конкретное, Аркадий? Или ты думаешь, что этого не достаточно для обвинений?
Сама же понимаю о «чём» это он интересуется.
Тайные счета моего отца его волнуют больше всего.
— Да, так… — уклончиво.
— Сиди на жопке ровно, Смирнов, — поднимаюсь на ноги, — а в отсутствие полицейских за тобой присмотрят.
— К-кто?
— Признайся мне сразу, — сужаю глаза. — Ты нигде антифриз не припрятал?.. Потому что с этим человеком можно и в петлю от его странных поступков.
— Где же эта дура?! ГДЕ?!
Эта дура, то есть медицинская сестра, что сейчас глупо хихикает над словами Степана, наплевала на свои обязанности.
Смотрю на них и Гектора вспоминаю. Суток не пролежал в больнице со своим сотрясением. Сорвался на работу, чтобы разглядывать, что у девушек между ног. Там и разглядывать-то нечего. Узенькая полосочка белья не даёт и намёка на фантазию.
Вообще я нормально отношусь к женскому стриптизу. Красиво, если без яда выражать свои эмоции от увиденного.
Смогла бы я так спокойно «выражать» свои эмоции о женской пластике, когда мой благоверный закапает слюнями пол и трясущимися руками будет пихать ей в трусы чаевые?.. Не знаю, не знаю.
— Выздоравливай, болезный, — посылаю ему обворожительную улыбку, — а я пошла его подрывать всеми возможными способами.
Коротко кивнув Степану, удаляюсь.
Этого здоровяка я не простила. Точнее не простила до конца. Он разбил папину кружку. Одну хоть оставил в целостности, медвежатник глухой.
В «Дикой кошечке» многолюдно. Общую массу, естественно, составляю мужчины и Я.
— А вы из «этих»? — салютует мне бокалом виски странный тип.
— Я за тех, кому за тридцать, — отвечаю с лёгкой ухмылкой, — в моём возрасте уже не стыдно смотреть на «такое».
— Ты, как всегда, Гель?.. — Гектор одним касанием поправляет лямку на плече, что пикантно опустилась.
— Всегда обворожительна? — разворачиваюсь к нему лицом.
— Несомненно, — подаёт руку.
— Как твоё здоровье? Голова болит?..
— Лучше, — чувственно приподнимает уголки губ.
— Извини, если отвлекла тебя от важных дел, — якобы виновато опускаю взгляд.
Склоняется к уху, чтобы жарко прошептать:
— Спартак, как ты думаешь?.. — пауза, от которой у меня подкашиваются ноги, учащается дыхание и в трусах… О-о-о, да!
— Что?.. — прикрываю глаза. — Что, Люцифер?..
— Мне можно заниматься сексом?..
— Ты же не головой будешь совершать толкательно-пихательные действия, — закусываю нижнюю губу, чтобы не стонать уже в голос.
— Про твою голову… — кончиком языка обводит контур мочки, — я не обещаю.
— Что ты предлагаешь, змий-искуситель?
— Чтобы ты меня как следует трахнула, Спартак. Так, как ты этого хочешь. Струсишь?..
— Сесть самому Люциферу на лицо?.. — томительным жаром охватывает всё тело, — да-а-а…
Глава 19
Глава 19
— Ты меня пугаешь, — хрипло шепчу на каждом яростном толчке члена внутри себя, — пугаешь…
— Булочка моя, зарумянилась только, — замедляет темп Гектор, — баиньки ещё не скоро.
— Этот дровосек дремучий тебе последние мозги отбил, — сомкнув веки, плаваю в какой-то нирване, не чувствуя под собой ничего, что напоминало бы опору, — остался только один инстинкт.
— Кто-то хотел сесть мне на лицо, — резко выходит из меня, оставляя после себя сосущую пустоту, — иди-ка сюда.
Не соображаю, что со мной делают.
Не понимаю, почему меня вертят, как кому-то вздумается.
Не отрицаю, когда раскрытой промежностью прижимаюсь к губам Гектора и совершаю первое плавное движение навстречу.
— О-о-о, Гектор-р-р, — разрезаю пространство своим диким рёвом перевозбуждения.
Я уже была на грани, чтобы переступить черту и сладко кончить, не соскакивая с члена.
Столько лет отрицаний того, что мужской орган просто обязан грубо трахать в ритме отбойного молотка, а иногда ласкать перевозбуждённые складочки скользящими движениями.
Пару сексуальных уроков с Берёзкой
Глупости, когда говорят, что секс можно заменить болтовнёй в постели. Кто-то чувствует явный недотрах. Кто-то импотент
В моём случае сработали три варианта из вышеперечисленных.
Язык Гектора нежно и бережно проходится вдоль складок, размазывая влагу. Я вся теку ему в рот, при этом не испытывая стыд за свою женскую физиологию.
Он позволяет мне руководить процессом, чтобы я сама достигла своего пика высшего удовольствия таким способом; чтобы я сама его трахнула, как он мне обещал.
Слышать такие слова от мужчины, что по щелчку пальцев может собрать у своих ног целый гарем – как получить билет на первый ряд в пустой концертный зал.
Всё для меня одной.
Всё для меня оголодавшей по мужской ласке.
Всё только во имя меня и только для меня.
Весь он.
Всё его божественное тело и язык.
Он полностью для меня и моих фантазий, которые были только моей воспалённой фантазией без продолжения.
— Булочка моя, ты не представляешь, какая ты вкусная, — ласкает, ласкает, ласкает… — Попробуй сама, Геля.
Сползаю вниз, чтобы посмотреть ему в глаза. К сожалению, я не обладаю той гибкостью, чтобы заниматься сексом в шпагате.
— Что ты предлагаешь?
— Пососи мои пальцы, — его взгляд наливается чернотой, что несомненно затягивает в свои бездонные омуты желания, — давай, Спартак.
Гектор собирает обильную влагу на указательный и средний пальцы, а далее подносит к моим губам. Мешкаю всего пару секунд, чтобы послушно выполнить-то, что требует от меня любовник.
— Ммм, — не разрывая зрительного контакта, смакую собственный вкус своего желания, — ммм…
— Достаточно, — сдвигается ниже, чтобы снова приступить к таким запретным ранее для меня ласкам.
Стонала как порноактриса, когда кончала… На лицо