Елена Рахманина – Выиграю твою жизнь (страница 4)

Бабка была полной, дородной женщиной, и, если глядеть на меня и маму, наше родство вызывало сомнения.

От потока брани и грязи все мои внутренности свернулись в узел. Почти ощутила, как из ушей пошла кровь. Хотелось забиться в дальний угол, сжать голову ладонями и не слышать этот невыносимый ор.

Отвечать бабке или, что ещё хуже, вступать с ней в спор я не стала.

Она приютила нас после смерти отца, впустила в свою квартиру и считала, что это даёт ей право измываться над нами. Может, отчасти из-за неё мать и снаркоманилась, но я не хотела искать ей оправдания, поэтому отбросила эту мысль.

Прошла в большую комнату, где располагались наши кровати. Постель матери не заправлена. Чёрт. Где она провела ночь? Неприятный холодок пробежал по спине. Обычно она возвращалась.

Глянула на постель Василька, который кивком головы поприветствовал меня.

– Не приходила она, – догадка подтвердилась в отражении глаз брата.

– Надо её найти, – медленно оседаю на кровать, гадая, в каком притоне она может находиться. – Ты ничего не знаешь?

– Нет.

Иного не оставалось. Нужно её найти. Скорее всего, валяется где-то на полу после дозы. И лучше не думать, как она её добыла.

Только Соломон прав: не поспешу, потеряю работу. Поэтому первым делом я планировала побежать в «Рай».

Стянула с себя шмотки и запихала в стиральную машинку. Под душем жёсткой щёткой вытравляла из кожи зловонный запах обезьянника. Казалось, даже вода стала дурно пахнуть. Но, вымывшись, я тут же ощутила себя лучше. Но не хотелось никуда идти. Залезть бы под одеяло и проспать сутки.

Но вместо этого я натянула на себя чистое белье. Постояла перед зеркалом в колготках и майке, раздумывая, что надеть на собеседование, на которое меня никто не приглашал.

– Что скажешь, Василёк?

Пока одевалась, рассказала ему про встречу с Соломоном. Василёк, конечно, не одобрил мой план. Отвернулся к стене, игнорируя моё существование.

– Ты прав, надену короткую юбку.

Выбежала из дома в ботинках, короткой юбке и тонкой кожаной куртке не по погоде. Холодно, пипец. Бранные слова бабки заглушали наушники в ушах. Музыка отвлекала от моего личного ада.

Я притащилась на маршрутке к дверям ночного клуба, осматривая восьмиэтажную кирпичную громадину. Старое промышленное здание в центре города занимало несколько тысяч квадратных метров площади. Я слышала, что на каждом этаже предусмотрено собственное развлечение. Но какое… никто не знал, кроме посвящённых. Тех, кто был там. Слышала только, что это единственное место в городе, где можно поиграть в азартные игры. Естественно, нелегально.

Пожалуй, простые смертные могли быть посетителями лишь первого и второго этажа – ночного клуба. С танцами, девочками гоу-гоу, извивающимися в полупрозрачных нарядах, зубодробильной музыкой и литрами алкоголя. И ресторана.

В будний день открыт только ресторан, вход в который был мне закрыт.

– Я пришла устраиваться на работу, пустите, мальчики, – строю глазки «пацанам» два метра на полтора.

Просканировав меня намётанным глазом, обмениваются взглядами, и тот, что помоложе, произносит:

– Сюда ты можешь устроиться только моей ночной грелкой.

Ухмыляется, разглядывая мои ноги в мини, будто первый раз девчонку видит.

– А не боишься наутро без яиц остаться или тебе их уже отрезали? – слова слетают с языка раньше, чем успеваю подумать.

Мужик округляет глаза, ошарашенный моим ответом. Не ожидавший от такой мелочи, как я, дерзости. Кто-то из посетителей покидает ресторан, и я юркаю мимо фейсконтроля, пока они меня не схватили. Покинуть пост охраны оба не могут, поэтому тот, что «мёрзнет», двигается за мной по коридору.

На бегу спрашиваю у официанта, как найти администратора. Парень, облапав меня глазами, показал пальцем на девушку в дорогом костюме. Русоволосая, лет двадцати пяти. Симпатичная.

Оглядываюсь на охранника, который, заметив мою цель, остановился. Сердце стучит быстро, боюсь, как бы он меня не сложил пополам и не вышвырнул через окно. Но он почему-то не торопится.

Девушка, увидев, как я к ней приближаюсь, настораживается. Глаза недовольно сужаются, когда она рассматривает мой дешёвый прикид, явно недоумевая, как меня пропустили.

– Привет. Я хочу устроиться горничной к хозяину заведения. Птичка напела, что место вакантно, – панибратски заявляю с лёту.

Девушка вновь проходится по мне взглядом. С головы до ног и обратно. Слухи расползались быстро. Через обслуживающий персонал. Должно быть, поэтому она не уточняла, откуда мне известно про увольнение горничной.

– У тебя нет шансов. Уходи, – усмехается она, отворачиваясь и утыкаясь в айпад.

Стою пару секунд, сверля взглядом её спину.

– Это ему решать. Не так ли? – засовываю руки глубоко в карманы кожаной куртки. Тут жарко, и мне хочется покинуть это пафосное место, где каждый встречный пялится на меня как на ничтожество. Краем глаза я заметила, как за нашим разговором следит охранник, едва ли не ухохатываясь.

Девушка оборачивается ко мне, складывает недовольно губы. Снова осматривает, но уже более внимательно. И, судя по всему, приходит к тому же выводу.

– Слушай, рвань, Хозяин даже разговаривать с такой, как ты, не станет. Не трать его время. Ему уже подбирают персонал, и с улицы сюда никто не попадает.

Смотрю на неё и понимаю – она такая же, как я, рвань, только в костюме. Не лучше и не хуже, поэтому так чурается себе подобной оборванки. Вылезла недавно со дна, а теперь боится вновь заразиться нищетой.

– Я вроде горничной к нему устраиваюсь, а не бизнес-коучем. В чём, блин, ваша проблема? Думаешь, я не смогу вытирать пыль?

Девушка хочет от меня избавиться. Выразительно поглядывает на охранника. Я оборачиваюсь на него, а он там стоит и уссывается. Ясно. Ему она тоже не нравится. А во мне опасности он не видит. Сжимаю в кармане нож-бабочку, холод которого дарит спокойствие.

– Я не уйду отсюда, пока мне не назначат с ним встречу.

Сужает глаза до щёлочек.

– Ладно. Приходи в одиннадцать вечера, – ухмыляется девица, уверенная, что мне ничего не светит. – И не вздумай опаздывать!

Глава 4

Я кивнула и, развернувшись, врезалась в грудь охранника. Он сверлил меня недобрым взглядом, ожидая очередной подлянки. Но вместо неё я сладко улыбнулась и провела пальчиком по его белой рубашке.

– До вечера, красавчик, не забудь меня пропустить.

Парень растерялся от такого поворота, растёкся на месте, как масло на сковороде, зарделся и даже забыл, зачем за мной шёл.

Я же спокойно прошествовала мимо него и покинула здание, удовлетворившись результатом.

Осталось найти мать. В центре города, в добротной сталинке, с вежливыми соседями, жил мамин дружок. Квартира досталась от родителей, и, кажется, он ни дня в своей жизни не проработал. Типичный паразит. Терпеть его не могла, как и всё её окружение.

Звонок рядом с дверью либо сломан, либо на него давно никто не реагировал. Я колотила в дверь в надежде, что кто-нибудь откроет. Но лишь ощущала внимательный взгляд через дверной глазок от соседа напротив.

– Открой, мать твою, Попов, или я сейчас вызову сюда госнаркоконтроль! – кричу во всю силу лёгких, пиная дверь носком ботинка.

По ту сторону раздаются шаги, щелчок замка. Меня обдаёт зловонным ароматом давно немытого тела.

Тощий мужчина направляет на меня красные белки глаз, как у лабораторной крысы. Я вздрагиваю от его пустого, лишённого всякого выражения взгляда.

– Чего тебе? – он смотрит на меня и не видит. Не узнает даже.

– Мать моя где? – цежу сквозь зубы.

Блин, на его лице ни тени осознанности.

– Пшла отсюда. Не знаю, где эта шалава, – буквально выплёвывает, попадая слюной на мою щеку. Я отшатываюсь, словно на меня брызнули кислотой. Но успеваю подставить ногу в дверной проём, не давая ей возможности закрыться.

– Где Виктория Вишневская? – ловлю его за ворот белой майки, с силой притягивая к себе и вынимая из куртки ножичек, ловко разворачивая его в воздухе и прикладывая острием к горлу нарика.

Несколько секунд он недоумённо смотрит на меня, хлопает глазами, будто картинка, которую он видит, не похожа на реальность. Ну да, я не золотой единорог.

– Говори, где она, или я тебе глотку перережу, – шиплю, как ядовитая змея, стараясь придать своему лицу грозное выражение. Нет, никого убивать я не собиралась. Но вряд ли он так хорошо меня знает.

– Чеканутая, – приходит он к верному умозаключению, – она трахается с Ветрянским, ты не в курсе, что ли?

Нет, блин, не в курсе, потому что спонсоры её удовольствия меняются слишком часто.

– Где его найти?

Он сообщает мне название какого-то дешёвого ночного клуба, после чего я отпускаю его и сбегаю вниз по лестнице. Кровь в жилах кипит, мне необходимо охладиться. Сделать перезагрузку своему процессору, из которого уже дымит. Но время ускользает. Нужно найти маму и вернуть её домой.

Грёбаная осень. Заходила в подъезд, было светло, вышла – на улице темень. Тени недобро расползаются по асфальту, предупреждая хороших девочек, что с заходом солнца гулять опасно. Жаль, что я к ним не отношусь.

У входа в обозначенный клуб тоже стояла охрана, но ей не было до меня никакого дела. Пропустили, даже не спросив паспорт.