Елена Рахманина – Ты принадлежишь мне (страница 3)

Глава 4

Сознание было мутным, густым и вязким. Все мысли в нём тонули, как в болоте. И слова, с трудом доплывшие до него, остались для меня загадкой.

– Покажи, чему ты здесь научилась, – грубые, сухие костяшки погладили мою щёку. Будто дворового щенка по холке.

Зрение прояснилось, туман медленно расходился. Но я не сразу поняла, что вижу. Сначала ощутила, а потом догадалась. Когда толстая, горячая головка ткнулась в приоткрытые губы.

Терпкий мужской запах связал сознание ещё сильнее. Сковывая мыслительную активность. Превращая меня лишь в тело, жаждущее новых ощущений. Я непроизвольно вытянула руку вперёд. То ли от желания оттолкнуть, то ли коснуться.

Под пальцами оказались брюки. Значит, он просто вывалил член мне на лицо, не потрудившись раздеться. И почему-то меня это покоробило. Словно он готов воспользоваться мной, после чего застегнуть ширинку и уйти, тут же забыв о незнакомке.

А я представила, как выгляжу со стороны с разведёнными коленями, задранной юбкой. Пошлая картинка, нарисованная воображением, вдруг возбудила.

Я слабо понимала, что делать с членом таких размеров. Впрочем, Лев не спешил. Он примерялся. Решал, подходит ли его член для моего рта. Обводя головкой контур губ, оставляя влажный след на щеках, носу. Касаясь подбородка гладко выбритыми яйцами. Словно метил меня своим секретом. И знал, что у него в запасе уйма времени.

– Открой рот и высунь язык, – последовал короткий приказ.

Но мне не хотелось исполнять его волю. Впрочем, и Питон не планировал меня уговаривать. Впился грубыми пальцами в мою челюсть. И толкнулся вперёд.

Выгнулась дугой. Показалось, член сейчас пронзит меня насквозь, выйдя из грудной клетки. Зажмурилась, задыхаясь, ощущая, как не хватает воздуха. Как паника затапливает разум.

Не понимаю, что в его голове творится. Он словно наказывал меня за что-то. Давление в гортани было таким сильным, распирающим, причиняющим боль, что я бы застонала, но связки заняты членом. Поэтому этот порыв лишь доставил ему удовольствие, вибрацией пройдясь по органу.

Судорожно пыталась вздохнуть, но вдруг забыла как. По вискам текли слёзы. Я жмурилась, ощущая, как капилляры в глазах лопаются от напряжения. Как вздуваются щёки.

А затем он покинул мой рот, милостиво давая возможность дышать. И я ловила ртом этот воздух, как драгоценный дар. Вновь погладил по щеке, словно поощряя.

– Хорошая девочка. – Рука двинулась дальше, по подбородку, к саднящему горлу, груди, скованной откровенным платьем. Она забралась под лиф, сжав грудь. И к своему стыду, я ощутила, как острое возбуждение накрыло очередной волной. Изогнулась, подставляясь под ласки. Тёрлась об него. И мне было всё мало. Казалось, моё тело создано, чтобы он его касался. И оно живёт, лишь когда он рядом. А всё остальное время я не больше чем сосуд. До тех пор, пока он не наполнит меня собой.

Когда член вновь толкнулся в губы, я сама открыла рот, высовывая язык. Во мне откуда-то жило знание, что не стоит злить дядю и впиваться в его самую дорогую и чувствительную часть тела зубками. Несмотря на то, что очень хотелось наказать за грубость.

Теперь ощущения стали иными. Питон не спешил загонять орган глубже. Рецепторы на языке вдруг оказались необыкновенно чувствительными. Член гладкий, горячий, бархатный. С тугими пульсирующими венами, которые хотелось изучать губами. Ласкать, всасывать.

Сама не ожидая от себя подобного, я подняла руку, положив её на стальной пресс Льва под распахнутой рубашкой. Провела по нему пальцами, ощущая, как он конвульсивно сжимается. Что стало подтверждением – Питон теряет контроль над ситуацией. Будто он ожидал от меня чего-то совершенно иного. Например, покорности. Или, возможно, наоборот. Неподчинения.

Но сейчас мне хотелось лишь одного – касаться его. Ласкать. Вдыхать аромат его желания. Быть его.

Сжала пальцами основание члена, направляя в рот. Нежно вобрала головку, изучая её языком. Слюна наполнила рот, мешая. И я облизнула свою ладошку, оставляя на ней влагу. Теперь она легко заскользила по толстому, возбуждённому до предела пенису. Подрагивающему от каждого моего прикосновения.

Вновь захватила его в плен губ, ощущая потребность вобрать глубже. Головка протаранила нёбо. От порочного, недопустимого удовольствия прикрыла веки, отдаваясь ощущениям.

До слуха донёсся звук, куда больше похожий на звериный рык, чем на человеческий голос. Резкий выдох. Звук вылетающих пробок. И мир померк.

Член прошёл дальше, вновь лишая воздуха. Я дёрнулась, впиваясь ногтями в бедро мужчины, спрятанное под тканью брюк. Оттолкнуть не получалось. И я ощущала, как моё тело елозит по столу от каждого толчка в гортани.

Лев пользовался мной грязно. Больно. Что не мешало возбуждению пульсировать внизу живота.

Я подняла коленки выше, упираясь пятками в столешницу. Накрыла свободной рукой полыхающее от желания межножье, ожесточённо теребя тугой, пульсирующий клитор.

Должно быть, от открывшегося Питону вида он больше не смог сдерживаться. Член дёрнулся во рту. Покинул гортань. Язык оросила сперма. Стекала из уголков губ. И мой оргазм вторил его. Бёдра сомкнулись. Убрала руку с лобка, вдруг устыдившись. Хотя, кажется, сегодня перешла все возможные грани дозволенного. Не представляя, как дальше жить.

В себя меня привёл звук застегивающейся ширинки. Вжик. И передо мной, точнее надо мной, прежний Питон. Спокойный и собранный.

Приложив усилия, чтобы не ощущать себя беспомощной, упираясь ладонями в стол, я приподнялась. Оказавшись с ним почти на одном уровне. Холодный взгляд прошёлся по моим губам. Испачканным его семенем.

Я неловко вытерла его тыльной стороной руки.

– Свободна.

Короткое слово. Отрезвляющее и возвращающее на место.

Глава 5

В этот момент в голове что-то щёлкнуло. Морок от запретного возбуждения развеялся, и я поняла, что натворила. Вся тяжесть содеянного упала на мои плечи бетонной плитой, придавливая к земле.

Отшатнулась от дяди, который всё ещё стоял рядом. Резко сползла со стола, ощущая, как подступает паника. Как лёгкие перестают выполнять свою функцию, а воздух застревает в горле.

Когда я принялась поправлять одежду, Лев уже покинул нашу маленькую комнатку. Незнакомка перестала быть для него интересной. Хоть и попользовал он её не до конца. Поэтому свидетелей того, как дрожат мои пальцы, а в лёгких возникает гипервентиляция, не оказалось.

Дёрнув штору, вышла в зал, с трудом разбирая дорогу, ослеплённая светом и чужими взглядами. Казалось, гости заведения смотрят на меня с осуждением. Зная, какой грех я совершила. И мне вдруг стало очевидно, что за него единственный «Рай», который я могу себе позволить, – это место, где порок – обыденность.

Не умываясь, лишь успев натянуть на себя ту одежду, в которой пришла, я выбежала из клуба, запрыгивая в такси. Возникло ощущение, что стоит поторопиться. Словно за мной гонятся волки. Я даже денег не взяла, что мне теперь задолжал Питон. Боясь оставаться в клубе ещё на минуту. Надеясь только на то, что он исполнит условия нашей маленькой сделки и я получу заработанное.

У ворот уже ожидал охранник. Как всегда, смотря на меня глазами преданного щенка, отчего я испытывала неловкость. Помог мне пройти через лаз и войти незамеченной в дом.

Чем больше проходило времени, тем сильнее меня трясло. Словно с каждой минутой меня всё сильнее накрывало осознание содеянного.

Стоило зайти в комнату, как я тут же направилась в ванную. Включила горячий душ. Почти кипяток. И залезла под струи, пытаясь стать хоть чуточку чище. Но, сколько бы ни скребла кожу, казалось, грязь от совершённого поступка успела глубоко въесться. Проникнуть в нутро. Отравить весь организм.

Я уже никогда не стану прежней.

Как я могла так поступить?

Медленно сползла по прохладной плитке на пол, ощущая, как капли душа бьют в макушку. Несмотря на горячую воду, меня знобило от холода. Трясло так, будто я рыдаю. Хотя ни одна слезинка не стекла из глаз.

Надо бежать из этого дома. Мне нельзя оставаться рядом с Питоном. Я совершенно себе не доверяю.

Сегодня я перешла одну грань. Завтра могу пойти дальше. В кого я превращаюсь? В какое чудовище?

Как я смогу смотреть ему в глаза? Как я смогу дальше жить?

С трудом отлепив себя от кафеля, я поднялась. Принялась ожесточённо вытирать кожу и волосы полотенцем.

Ужасно хотелось поплакать. Ощутить облегчение. Но слёзы не желали идти на помощь.

Вышла из ванной под рёв двигателя. Сердце забилось с новой силой. На этот раз от страха. Заглянув за штору, увидела, как Питон, закрывая дверь автомобиля, направляется ко входу. На какой-то миг мне даже показалось, что он посмотрел в мою сторону. Но, возможно, это лишь игра воспалённого воображения. Во дворе особняка слишком темно, чтобы рассмотреть его лицо.

Не знаю почему, но я вдруг испугалась, что он решит зайти сюда. Я залезла в свою ночную сорочку и забралась под одеяло, пытаясь совладать с бушующим сердцем.

И действительно, спустя пару минут в коридоре раздались приглушённые шаги.

Вздрогнула, когда дверь отворилась и Питон проник в мою комнату вместе с лучом света.

Я думала, он просто заглянул убедиться, что я дома. Но он почему-то закрыл за собой дверь. Сердце билось так оглушительно громко, что я не сомневалась, что Питон его слышит. И звук его ударов подскажет ему, какая я грязная врушка.