Елена Попова – Ты выйдешь за меня снова (страница 10)
Мать велела мне остаться в ресторане, а сама уехала вместе с отцом и моим дядей.
Максим был весь в крови, но тоже прыгнул в свою тачку и поехал за ними.
Их долго не было.
Я и все остальные гости сидели в ресторане без музыки. Тамада разводила руками, видимо, не зная, что ей делать.
Помню, как ко мне подошла сестра матери. Она была вся в слезах. Взяла меня за руку, молча отвела в такси, отвезла домой, уложила спать, а утром я проснулся от дикого крика матери.
Этот крик до сих пор звенит в моей голове.
И я его никогда не забуду.
Я не сразу понял, что произошло: почему так резко закончилась свадьба, и почему родители вернулись домой только под утро.
Потом отец отвел меня в комнату и велел сесть на кровать.
Его лицо было белее бумаги, глаза потухшие, голос дрожал.
Я впервые видел его таким и не мог понять, что с ним происходило.
Он сообщил мне, что моей сестры больше нет, и разрыдался.
Чувства, которые я испытал тогда, сложно описать словами.
Когда осознал, что моя Нинка больше не вернется, у меня случилась истерика. А потом я еще очень долго не мог привыкнуть к тому, что я больше не увижу свою любимую сестру.
Родители винили во всем Максима.
Я помню, как он приезжал к нам домой, после чего отец становился злым как собака.
Кричал на всю квартиру:
– Как он смеет появляться здесь?! Если еще раз приедет, задушу его своими руками!
Когда я стал старше, мать рассказала мне, что произошло на свадьбе, и теперь уже
Но мы с матерью уехали в деревню, где прожили много лет.
Она до сих пор живет там.
Десять лет назад встретила мужчину и рядом с ним она стала оживать. Вышла за него, но отца забыть все равно не может.
Нет-нет, да расплачется, вспоминая его и Нину.
Я вернулся в Москву семь лет назад, когда мне было двадцать пять. И первым делом отыскал ублюдка, из-за которого погибла моя сестра.
До сих пор помню ту встречу и слова, которые он мне втирал в уши.
– Черт! ― сжав губы, смотрю на пробку впереди. ― Авария что ли?
Вижу вдалеке машину «скорой», до которой мне как пешком до Китая ― слишком долго придется ждать, чтобы объехать место аварии.
И развернуться нет возможности.
Глубоко вздыхаю и откидываюсь на спинку сиденья.
– Я здесь больше часа простою…
Спустя минут сорок объезжаю аварию, но разогнаться все равно не получается: из-за сильного ливня машины еле-еле плетутся по трассе.
Ни хрена не видно из-за потока воды, стекающего по лобовому стеклу.
Наконец добираюсь до поселка.
Мне навстречу едет машина, вроде такси, я пропускаю ее и проезжаю за шлагбаум.
Подъезжаю к дому, в котором раньше жил, глушу мотор, выскакиваю из тачки, влетаю внутрь, и быстро прохожусь по комнатам, оставляя за собой грязные, мокрые следы.
Пусто.
– Где она? ― быстро дыша, смотрю по сторонам.
Сжав кулаки, выхожу из дома и оглядываю пустую улицу.
– Егор! ― кричит сосед и торопливо спускается по ступенькам крыльца. ― Тебя как раз сегодня искала девушка.
Я надеваю на голову капюшон и бегу к нему.
– Где она? Вы ее видели?
– Видел, видел, ― отвечает он. Достает из кармана листок и подает его мне. ― Просила передать тебе номер телефона.
Быстро распечатываю листок, смотрю на номер.
– А сама она где? Где девушка, которая меня искала?
– Да вот только что уехала на такси. Видать, не дождалась.
Только что мне навстречу попалось такси!
Не прощаясь с соседом, бегу к тачке, прыгаю за руль, резко сдаю назад, разворачиваюсь и лечу вперед как выпущенная стрела.
Вижу машину такси, приближаюсь к ней и настойчиво сигналю.
Водитель тачки сворачивает на обочину.
Я со свистом колес останавливаю машину и, не заглушив мотор, выскакиваю на улицу.
Все тело каменеет, когда вижу, как из такси выходит курица, которая звонила на радио.
Подлетаю к ней, хватаю за шею и заставляю смотреть в глаза.
– Как ты посмела заикнуться о моей сестре?! ― изрекаю ледяным голосом и наклоняюсь к ее испуганному лицу.
– Эй, что происходит? ― выйдя из машины, кричит водила. ― А ну отпусти ее, иначе я вызову полицию!
– Не надо полицию, ― хрипит девка.
Она сжимает мою руку и выдавливает:
– Если задушишь, то я не смогу рассказать тебе о Нине.
– О Нине?! ― кричу ей в лицо, чувствуя, как в жилах закипает кровь. ― Что ты хочешь рассказать мне о ней?
Обвожу взглядом ее лицо, понимаю, что она вчерашняя школьница, и цежу сквозь зубы:
– Ты еще не родилась, когда она умерла.
Перемещаю руку на воротник ее толстовки и дергаю на себя.
– Откуда ты узнала о ней?! Говори, пока я тебя не придушил!
– Она сама мне рассказала, ― шепчет она и зажмуривает глаза, как будто готовясь к удару.
Я вскидываю руку над ее головой и сжимаю губы.
Готовь убить ее за эти слова.