Елена Попова – Развод. Я была слепа (страница 4)

Надя

 

— Чуть не съела твою пену для бритья? — спрашиваю, когда он возвращается на кухню.

Пытаюсь улыбаться, а у самой все горит внутри. Душу рвет на части. Не знаю, сколько я так продержусь. Это слишком сложное испытание для меня.

— И не говори, — вздыхает Марк, доставая из микроволновки тарелку.

Я веду рукой по столу, нащупываю вилку и приступаю к еде, которая не лезет в горло.

— Подай хлеб, пожалуйста, — прошу я, и в этот момент на его телефон приходит сообщение. Он, словно не услышав мою просьбу, пялится в экран. — Марк, — смотрю через очки на небольшую плетеную корзину с хлебом, которая стоит прямо передо мной, — где хлеб? Он на столе?

— А... да-да, — заторможено отвечает он, и наконец-то кладет на мою тарелку ломтик хлеба.

— Все нормально? Ты как-то резко замолчал. Кто тебе написал?

— Это по работе. Там как обычно аврал, — отвечает, не поднимая взгляда.

Быстро пишет кому-то и кладет телефон на стол. Но через пару секунд экран снова оживает, но на этот раз сообщение приходит без звука.

— Прости, я сейчас решу вопрос по одной поставке.

Снова берет телефон и быстро печатает. Кажется, он чем-то взволнован. Через несколько секунд откладывает мобильник, сжимает руки в кулаки, втягивает носом воздух и отодвигает тарелку.

— Вкусно, — киваю я. — А тебе как?

— Да, почти все съел, — врет, глядя на пасту, к которой не притронулся.

«Что ему там написали, что даже аппетит пропал?»

— Пап, помоги мне, — кричит из комнаты Злата.

Марк выходит из-за стола и идет к дочке. Руки чешутся взять его телефон, но это слишком рискованно. Если он заметит, то сразу поймет, что я вижу.

— Надь, мы пошли отмывать краску, — выкрикивает Марк. — Злат, у тебя все волосы зеленые! Ты что в зеленку их окунула? — ворчит, идя по коридору. — Забирайся в ванну. Я за полотенцем.

Через несколько секунд в ванной включается вода и щелкает дверь. Встаю со стула, выглядываю в коридор, убеждаюсь, что Марк в ванной, затем пробегаю в спальню и беру с тумбочки свой мобильник.

Сердце грохочет как товарный поезд, в горле пересохло от волнения. Подбегаю к столу, беру телефон Марка, ввожу пин код, открываю мессенджер, в котором он чаще всего ведет переписки, и смотрю на аватарку с маленьким рыжим пятном. Переписывался с любовницей... Ее имя и текст прочитать невозможно. Буквы мелкие, размытые. Для этого я и взяла свой мобильник. Быстро включаю камеру, фотографирую переписку, пролистываю вверх, делаю еще несколько фото, выхожу из мессенджера, ставлю его телефон на блокировку и кладу на место.

— Все... — выдыхая, сажусь на стул. Но в этот момент экран его мобильника снова оживает.

Если открою это сообщение, то оно будет помечено как прочитанное. Марк может заподозрить.

Он возвращается на кухню и первым делом берет мобильник.

— Мне нужно руки вымыть. Проводи, пожалуйста, — прошу я.

Берет меня за руку и, читая сообщение, ведет к раковине.

Чувствую, как слабеет его ладонь. Он на секунду замирает. Я перемещаю взгляд на экран, вижу, как он увеличивает картинку и запускает свободную руку в волосы. Не могу понять, что это. Пытаюсь через очки рассмотреть картинку, на которую он так пристально смотрит. Ручка? Градусник? Это что-то белое и вытянутое.

— Марк, воду включи, — напоминаю о себе.

Споласкиваю руки, затем поворачиваюсь и вижу, как он стоит у подоконника, впечатав в него ладони, и смотрит в окно.

— Ты где? — вожу рукой по воздуху. — Можешь проводить меня в спальню?

— Да, идем, — вздыхает он.

Подводит меня к кровати, отправляется в душ, а я вместо того чтобы лечь, возвращаюсь на кухню. Мне не дает покоя последнее сообщение, после которого он словно сам не свой.

Озираясь на комнату дочери, из которой доносится тихая песня, крадусь по коридору. Ввожу пин код, фотографию последнее сообщение, возвращаюсь в спальню, и с колотящимся сердцем ложусь в кровать. Теперь я могу получше рассмотреть картинку. Открываю ее на своем мобильнике, увеличиваю, и в этот момент меня словно током прошибает. Это не ручка и не градусник. Это электронный тест на беременность.

— Ненавижу... — шепчу дрожащим голосом и трясущимися пальцами выключаю мобильник. — Мразь... Какая же ты мра-а-азь...

Я нахожусь в таком шоке, что даже не замечаю, как в спальне появляется Марк.

— Надюш, ты ложись, — обнимает меня ледяными руками. — А я до офиса доеду. Там катастрофа с этой поставкой.

Мылся в холодной воде, чтобы прийти в себя после новостей от любовницы? Или так сильно переживает за двадцать миллионов? Ведь если любовница беременна, то по срокам будет понятно, что ребенок был зачат в браке со мной.

 

Глава 6

 

Надя

 

— Во сколько тебя забрать? — по пути в больницу спрашивает Марк.

— Процедура длится примерно час.

— Если Александр Петрович будет настаивать на еще одной операции, скажи, что мы уже все решили.

— Это ты решил. А я за то, чтобы оперироваться у него.

— Ведешь себя как маленькая, — усмехается Марк. — Я понимаю, что это твой дядя, и что он изо всех сил пытается помочь, но сколько можно терять время на бессмысленные операции? Пусть он признает, что в России не такое современное оборудование, как в Германии, и сам уже посоветует тебе полететь в нормальную клинику.

— Марк, у него куча знакомых докторов в зарубежных клиниках. И он устраивал консилиум, на котором все согласились с его планом лечения. Как ты не понимаешь, что это зависит не от дяди, а от моего организма. Открой интернет, почитай статьи, в которых написано, что зрение не всегда могут восстановить с первого и второго раза.

Я глубоко вздыхаю и тихо добавляю:

— Бог любит троицу. Пусть сделает еще одну операцию. Если не поможет, то я сама лично попрошу тебя отвезти меня в Германию.

Мне нужно выиграть время. Не знаю, как быстро я смогу достать доказательства измены. Боюсь, фотографии теста на беременность будет мало. Мало ли где я ее взяла, верно? Может, в интернете скачала. Случится может все, что угодно. На кону стоит большая сумма. Это сейчас Марк расслаблен, потому что не подозревает о том, что я готовлю на него компромат. А когда все поймет, то точно вцепится в свои деньги зубами. У него достаточно знакомых, с помощью которых можно опровергнуть все переписки и выдать их за липовые. Любовницу увезёт куда-нибудь‚ чтобы никто не видел ее с животом, и будет всячески отрицать свою связь с ней.

Поэтому‚ прежде чем подать заявление на развод, я должна как следует подготовиться. Достать столько доказательств, что ни у кого не возникнет сомнений, что он мне изменяет. Хотя я еще не знаю, о чем шла речь в его переписке с любовницей. Возможно, там такое написано, что другие доказательства попросту не понадобятся.

Сейчас приеду к дяде, покажу ему фото переписки и попрошу прочитать. Мне не хочется втягивать его в эту грязную историю, но я вынуждена это сделать. Дядя Саша единственный человек, которому я могу доверять. К тому же он очень умный и мудрый. Уверена, он поможет мне довести дело до конца и сделать все для того, чтобы Марк во время развода кусал локти. Главное, чтобы дядя не отправился мстить за меня. Он может без суда и следствия разделаться с Марком, а этого допустить нельзя. Мы должны действовать четко по плану.

«От любви до ненависти один шаг». Никогда бы не подумала, что эта фраза действительно работает. Мне казалось, что невозможно быстро разлюбить человека, с которым прожил много лет в браке. Но я ошибалась. Оказывается, для того, чтобы возненавидеть мужа, достаточно одного его подлого поступка.

По его милости я лишилась зрения. А после первой операции мне пришлось пройти через настоящий ад: когда голову атаковали мысли о том, что я на всю жизнь останусь незрячей. Что больше никогда не увижу лицо своей дочурки, не смогу любоваться тем, как она год за годом меняется. Всячески гнала от себя эти страшные мысли, но иногда меня накрывали панические атаки. В такие моменты я рвала на себе волосы, с ужасом представляя, как всю оставшуюся жизнь проведу в пугающей темноте. А пока я находилась в этом аду, мой муж под музыку развлекался в нашей постели с любовницей, и кормил ее клубникой со сливками.

Никогда не прощу. И никому не позволю вытирать об себя ноги. Спасибо папе за то, что вырастил из меня девочку со стальным характером. После смерти матери я росла среди мужчин: папы, дяди, и его сына Кости, моего двоюродного брата. У меня не было кукол, платьев, бантиков на голове, зато с легкостью могла наловить целое ведро рыбы и прокатить подруг на папином мотоцикле.

Марку всегда нравился мой сильный характер. В универ он поступил после колледжа, на дорожно-строительный факультет, а я пришла учиться туда после одиннадцатого класса на «дизайн интерьера». Помню, как он злился, что я не обращала на него внимания. Все девчонки крутились вокруг этого богатого перца на крутой тачке, а мне было до лампочки. Он стал очень активно добиваться меня. Красиво ухаживал, дарил цветы, подвозил до дома. В итоге у нас закрутились отношения, которым завидовал весь универ.

Я всегда поддерживала его во всех начинаниях. Помню, Марк очень разозлился на отца, что после окончания универа тот взял его на работу в свою крупную дорожную организацию простым рабочим. Марк рассчитывал на хорошую должность, но отец решительно заявил:

— Ты только закончил учебу, и тебе еще рано садиться в кресло руководителя. Начнешь с малого: потрудишься на объектах, как следует вникнешь в работу, а дальше будет видно.