Елена Попова – Развод. Украденное счастье (страница 3)
– Извините, я, наверное, не вовремя вошла, – виновато произносит она. – Мне нужно сделать укол Марине Викторовне, но могу зайти чуть позже.
– Занимайтесь пациентом, – киваю на Марину. – Я уже ухожу.
Напоследок задерживаю взгляд на Марине, которая смотрит на меня красными глазами, затем – на Софе, которая стоит с недовольным лицом. Такое чувство, что я перед ней в чем-то провинилась. Как будто это я изменила ее отцу и предала нашу семью.
Выхожу за дверь, иду по коридору, едва сдерживая рыдания, которые рвутся из груди.
Хочется неистово закричать, выпустить из себя адскую боль, бушующую внутри, но кругом палаты, которые двоятся в глазах.
– Как бы не упасть в обморок… – шепчу сухими губами.
У меня была очень тяжелая смена. Я сегодня ничего не ела. К вечеру я едва стояла на ногах, но меня добили. Меня растоптали. Уничтожили. И теперь, чтобы дойти до ординаторской, мне приходится держаться за стену, иначе упаду.
– Мам! – слышу за спиной быстрые шаги. – Мам, все не так страшно, как ты думаешь. Папа не собирается от тебя уходить. Он тебя любит. Они вообще не планировали заводить ребенка. Это вышло случайно, понимаешь? – ровняется со мной. – Папа с ней редко виделся. Между ними не было ничего серьезного. Они просто пару раз сходили в кафе и все.
Я останавливаюсь и поворачиваюсь к ней.
– От походов в кафе дети не рождаются, – в упор смотрю на нее. – Я знаю, почему ты ее защищаешь. Потому что она сестра Захара. И, видимо, она стала тебе дороже, чем родная мать. Я слышала, как ты говорила о том, что вместе с Захаром будешь приезжать к ней в Сочи. К ней, – киваю в сторону палаты Марины, – и к своему младшему брату. Не смей делать из меня дуру, рассказывая о том, что у них с отцом не было ничего серьезного. Он квартиру для них купил. И собирался жить на две семьи.
– Мам, ты же знаешь, что папа тебя очень любит. Да, у него на стороне случайно, – выделяет это слово, – еще раз повторю: случайно родился ребенок. И да, он собирался увезти его в Сочи, чтобы не ранить тебя, чтобы ты не узнала о нем, потому что он не хотел, чтобы все так получилось. Ты же его хорошо знаешь, мам, – жалобно глядя на меня, шепчет дочь. – Он не может бросить своего ребенка. Считает, что обязан помогать ему. Поэтому и обеспечил их жильем. Специально купил квартиру в другом городе, чтобы они были как можно дальше от тебя.
Молча смотрю на дочь, которая так активно защищает отца-изменщика, и даже не могу подобрать слов.
– Иди к ней. Поддержи ее. А мама как-нибудь справится. Мама же у вас сильная, – голос предательски дрожит. – Стас тоже об этом знает?
– Нет, он не в курсе, – вздыхает дочь. – Вы оба не должны были узнать об этом. Папа понимает, что вам будет очень сложно простить такое, поэтому скрывал. Мам, я очень прошу тебя не рубить с плеча. Дай папе шанс, пожалуйста. Он не уйдет к Марине. Просто будет ей помогать, и…
– Если сам не уйдет, то я ему помогу, – окидываю ее разочарованным взглядом и иду к ординаторской. – Ты, кстати, можешь поехать с ними. Им как раз нужна няня.
– Мам! – выкрикивает Софа. – Ну хватит, а!
Закрываю дверь в ординаторскую, прижимаюсь к ней спиной, запускаю пальцы в волосы, делаю глубокий вдох и на выдохе из моего рта вырываются рыдания.
Меня всю трясет. Не могу остановиться. Господи, как это больно. Душу выворачивает наизнанку.
Через полчаса ставлю машину у дома, иду к крыльцу, глядя перед собой стеклянными глазами, поднимаюсь по ступенькам, вставляю ключ в замочную скважину, поворачиваю голову к машине, несколько секунд смотрю на нее и понимаю, что не помню, как ехала по городу.
Все как в тумане.
Добралась до дома словно на автопилоте.
Вижу, как к воротам подъезжает джип Влада.
По телу проносится мощный разряд тока, все мышцы резко каменеют.
Открываю дверь, вхожу в дом и, не снимая туфли, иду на кухню. Рывком беру графин, наливаю в стакан воду, залпом выпиваю, с грохотом ставлю графин на место, разворачиваюсь и вижу перед собой мужа.
– Привет, – подходит ко мне, собирается поцеловать, но я отворачиваю лицо.
Софа не доложила ему о том, что я все знаю?
– Ты в порядке? – хмуро смотрит на меня Влад. – Что с настроением? Я хотел позвонить тебе, спросить, что нужно купить из продуктов, но у меня телефон сел, и автозарядное барахлит. Может, вместе прокатимся до магазина, пока не переоделись?
Понятно, почему Софа ему ни о чем не сообщила – не смогла до него дозвониться.
Поднимаю голову и пристально сморю на него.
– Поздравляю с рождением сына!
Глава 3
Владислав
«Что она сказала? ― глядя на жену, резко меняюсь в лице. ― Откуда она узнала про ребенка?»
Мышцы напрягаются, становятся каменными, кровь приливает к лицу, обжигая его жаром.
Этого не должно было произойти.
Кто посмел рассказать ей об этом?!
«Убью! ― сжимаю губы и передергиваю скулами. ― Сотру в порошок! Места живого не оставлю».
– Ты изменял мне! ― шипит Аня. ―Ты, человек, который всю жизнь говорил, что измена ― это самое подлое, что можно совершить в браке, изменял мне! Святого из себя строил! Нет-нет, у нас в церковно-приходской школе не изменяют, ― иронизирует жена. ― Мы даже слова такого не знаем. А сам спал с моим психологом! ― цедит сквозь зубы. ― И сегодня она родила тебе сына.
– Кто тебе об этом рассказал? ― закипаю я, сжимая кулаки.
– Тебя сейчас это больше всего волнует? Какая разница, кто мне об этом рассказал? Ты крутил с ней за моей спиной, и наша дочь обо всем знала!
Я набираю полную грудь воздуха и медленно выдыхаю.
– Давай поговорим без скандалов, как взрослые люди.
– Конечно, ― натянуто улыбается, а сама, судя по взгляду, мысленно строит для меня гильотину.
Раздается громкий хлопок двери и на кухню влетает Софа.
– Пап, я пыталась до тебя дозвониться, ― запыхавшись, произносит она. ― Хотела сказать, что… ― переводит виноватый взгляд на Аню, ― что мама обо всем узнала. Случайно… Она вошла в палату, когда мы с Мариной разговаривали.
– А ничего, что я тоже здесь? ― вопросительно смотрит на нее Аня. ― Будешь перед отцом оправдываться, или, может, скажешь, почему так поступаешь с родной матерью?
– Мам, я…
– Иди в свою комнату! ― строго велю Софе.
Я дико зол на нее.
Сколько раз говорил ей, чтобы была осторожна! Чтобы при Ане не смела упоминать имя «Марина», чтобы ни с кем не трепалась о ее беременности, и о том, от кого она ждет ребенка.
Вытянула язык!
Забыла, что находилась на работе у матери? И что в любой момент кто-то из персонала мог услышать их разговор?
Теперь все полетело к чертям собачьим.
Марина послезавтра должна была уехать в Сочи, черт бы побрал! Должна была спокойно родить там и воспитывать ребенка.
Все пошло не по плану, и это выводит меня из себя. Терпеть не могу, когда все выходит из-под моего контроля. Но раз так, значит, поступим следующим образом:
– Да, Ань, Марина родила от меня, ― пристально смотрю в глаза. ― Раз ты все знаешь, тогда я расскажу тебе, как будет дальше.
Выпрямляюсь и поднимаю голову.
– Я увезу ее с сыном в Сочи. Уже купил им там квартиру. Буду ездить к ним, навещать пару раз в месяц, а жить останусь с тобой и нашими детьми.
– Мы разводимся! – заявляет она. – Можешь ехать в Сочи и воспитывать с ней вашего сына.
– Мам, ну что за чушь ты несешь? – выходит из комнаты дочь. – Папа любит тебя. И ее тоже любит. Пусть будет так, как он сказал.
– Твоего мнения я не спрашивала, – сверлит ее взглядом. – Ты знала, что он мне изменяет с ней, и молчала.
– Да, молчала, и что с того? – отрезает дочь. – Я так-то общаюсь с ней. И продолжу общаться дальше. Мы теперь одна семья.
– Семья? ― в шоке выдыхает Аня. ― Ну раз семья, так может, им к нам перебраться? Дом большой! ― прикрикивает она, всплеснув руками. ― Места всем хватит!
– Мам…
– Софа! ― перебивает Аня, глядя на нее во все глаза. ― Тебе вчера у зубного все зубы мудрости удалили? Ты себя вообще слышишь? Ты хоть понимаешь, что ты несешь? Кого ты называешь семьей? Любовницу отца?