Елена Попова – Применение следователем норм об особом порядке принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением (страница 11)

Р.С. Белкин под криминалистическим обеспечением деятельности органов внутренних дел и криминальной милиции понимал систему криминалистических знаний и основанных на них навыков и умений их сотрудников использовать научные криминалистические рекомендации, применять криминалистические средства, методы и технологии их использования в целях предотвращения, выявления, раскрытия и расследования преступлений108.

Р.Г. Аксенов говорит о криминалистическом обеспечении раскрытия и расследования преступлений, обозначая его как систему создания, совершенствования и использования криминалистических знаний, навыков, умений и технико-криминалистических средств правоохранительных органов в целях раскрытия, расследования и предупреждения преступлений109.

Относясь критически к данному Р.Г. Аксеновым определению криминалистического обеспечения110, Е.С. Романова отмечает: «Трудно себе представить «систему создания навыков правоохранительных органов» или «систему создания умений правоохранительных органов». В то же время «система использования знаний, навыков, умений и технико-криминалистических средств» свидетельствует о практическом применении указанного в деятельности по расследованию преступлений, а не о криминалистическом обеспечении»»111. Вместе с тем мы не были бы так категоричны. Р. Г. Аксенов, рассуждая о понятии криминалистического обеспечения, указывает, что следует говорить о «непосредственном создании (формировании), а также постоянном совершенствовании» криминалистического арсенала средств борьбы с преступностью112. Таким образом, под «созданием» он подразумевает «формирование». Относительно другого сделанного Е.С. Романовой замечания хотелось бы сказать, что криминалистическое обеспечение – это категория, разрабатываемая наукой именно для нужд практики. Поэтому прикладной аспект криминалистического обеспечения обязательно должен быть отражен в его определении.

Анализируя приведенные определения (В. Г. Коломацкий, Р. С. Белкин, а по нашему мнению, сюда же можно отнести и Р.Г. Аксенова), В. Ю. Сокол отмечает, что они «…ограничиваются главным образом познавательными компонентами»113. Вместе с тем нам представляется, что этот компонент является необходимым, поскольку без приобретения криминалистических знаний, умений и навыков по их использованию, криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений не представляется возможным. Далее автор справедливо обращает внимание на то, что одних знаний и основанных на них умений и навыков недостаточно для того, чтобы криминалистический арсенал средств борьбы с преступностью использовался на практике; для этого необходимы мотивационные, эмоциональные и волевые компоненты готовности его использования114.

С учетом высказанных замечаний В. Ю. Сокол излагает свое видение криминалистического обеспечения, которое определяет как особую организационно-функциональную систему, направленную на формирование и поддержание на определенном уровне постоянной готовности работников правоохранительных органов к систематическому использованию в практической деятельности криминалистического арсенала средств борьбы с преступностью, а также на реализацию этой готовности в каждом конкретном случае раскрытия и расследования преступления, обусловливаемого конкретной оперативно-разыскной или следственной ситуацией115.

Критикуя отдельные элементы данного В.Ю. Соколом определения, Р.Г Аксенов пишет следующее: «С большой натяжкой можем согласиться с применением термина «готовность», предполагающего такое состояние правоохранительных органов, при котором всё сделано, готово для раскрытия, расследования и предупреждения преступлений. Получается, что обеспечение должно работать на опережение преступной деятельности и предлагать эффективные средства ее нейтрализации до появления новых способов или криминализации какого-либо деяния принятием нормы уголовного закона»116. Однако если обратиться к положениям, изложенным В. Ю. Соколом, то мы увидим, что он выделяет два уровня криминалистического обеспечения – макроуровень (научно-дидактический) и микроуровень (ситуационный, исполнительский). В рамках же исполнительского уровня, по мнению В. Ю. Сокола, как раз и должны создаваться такие условия, действие которых, основанное на учете особенностей конкретной ситуации, обеспечило бы реализацию на практике приобретенных ранее установок, знаний, умений, навыков, опыта и мотивов для решения возникающих конкретных задач, состояние мобилизованности личности, направленное на поведение в конкретных условиях117. Как видим, ни о какой «работе на опережение преступной деятельности и предложении эффективных средств ее нейтрализации до появления новых способов или криминализации какого-либо деяния принятием нормы уголовного закона» речи не идет. Наоборот, подчеркивается необходимость и обязательность «реализации на практике приобретенных ранее установок, знаний, умений, навыков, опыта и мотивов для решения возникающих конкретных задач, состояние мобилизованности личности, направленное на поведение в конкретных условиях».

Отдавая должное представленным определениям криминалистического обеспечения, отметим, что, на наш взгляд, наиболее правильное дано Р. С. Белкиным. Данное им определение включает все компоненты, на которых пытаются акцентировать внимание другие авторы. Так, например, «постоянная готовность» (В. Ю. Сокол) должна предопределяться овладением «криминалистическими знаниями и основанными на них навыками и умениями сотрудников использовать научные криминалистические рекомендации….». «Создание, совершенствование и использование криминалистических знаний, навыков, умений» (Р. Г. Аксенов) становится возможным благодаря разработкам научного, теоретического характера и основанному на них криминалистическому образованию (знания, умения, навыки).

Криминалистическое обеспечение, на наш взгляд, – это сложная система, и указать в определении этого понятия все аспекты его проявления весьма затруднительно, да и не нужно. В противном случае определение этого термина займет не менее полстраницы, а разобраться в изложенном будет непросто. Р.С. Белкин дал лаконичное определение, используя термины, толкование которых в совокупности и взаимосвязи позволяет представить себе существо криминалистического обеспечения.

Вместе с тем мы считаем, что определение Р.С. Белкина нуждается в некоторой корректировке. Это связано с тем, что все-таки криминалистическое обеспечение должно рассматриваться и совершенно верно рассматривается рядом авторов с двух позиций: теоретической и прикладной118.

Таким образом, криминалистическое обеспечение следует представить как систему современных научных криминалистических знаний и сформированную на их основе систему знаний, навыков и умений сотрудников правоохранительных органов по использованию научных криминалистических рекомендации, применению криминалистических средств, методов и технологии их использования в целях предотвращения, выявления, раскрытия и расследования преступлений.

В рамках криминалистического обеспечения предварительного расследования разрабатываются тактические операции, успешно осуществляемые в практической деятельности. В связи с этим совершенно справедливо высказался А.В. Дулов: «Как нельзя отрицать, что любой предмет на производстве создается в результате реализации технологического процесса, так нельзя отрицать и то, что расследование уголовного дела завершается после проведения ряда тактических операций»119. Решение разнообразных задач тактического характера в каждом конкретном случае предполагает осуществление самостоятельной тактической операции120.

Известно, что при расследовании преступлений, относящихся к одному виду, следственные ситуации в основных своих чертах повторяются. Так, В.И. Шиканов писал, что тактические задачи, которые работникам следствия и органов дознания приходится решать, планируя и осуществляя тактические операции, в своих основных чертах часто повторяют, «дублируют» друг друга, что обусловливается повторяемостью следственных ситуаций и четко очерченным кругом вопросов, которые необходимо выяснять при расследовании каждого уголовного дела121.

В рамках криминалистических методик расследования по различным категориям уголовных дел разработаны разнообразные алгоритмы проведения, прежде всего, первоначальных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий. Однако, как верно отмечал А.В. Дулов, «практика деятельности по расследованию настоятельно требует разработки таких комплексов действий, которые охватывали бы не только самый начальный этап, но и весь последующий процесс расследования»122. Тактические операции разрабатываются и осуществляются с целью оптимизации расследования по уголовному делу, с учетом всего вышеизложенного123.

А.В. Дулов определял тактическую операцию как совокупность следственных, оперативных, ревизионных и иных действий, разрабатываемых и производимых в процессе расследования по единому плану под руководством следователя с целью реализации такой тактической задачи, которая не может быть решена производством по делу отдельных следственных действий124. Тактическая операция, по мнению В.И. Шиканова, − это система согласованных действий (следственных, оперативно-розыскных и др.), которые осуществляют, соблюдая режим законности, правомочные должностные лица органов следствия и специальных служб органов внутренних дел для решения сравнительно автономных тактических задач, подчиненных общим целям расследования преступления125. О.Я. Баев считает, что тактическая операция есть система следственных действий, оперативно-розыскных и иных мероприятий и реализуемых при их производстве тактических приемов, направленных на решение определенной локальной задачи исследования преступлений, разрешение которой с учетом вида исследуемого преступления и ситуации его исследования другим образом невозможно или нерационально126.