Елена Попова – Бывшая жена. Счастлива без меня? (страница 10)

– Теперь я вся твоя, любимый! – тараторит она, покрывая поцелуями мою шею. – Я все-таки добилась, чтобы меня уволили без отработки, и первым рейсом прилетела к тебе.

Глава 12

Маша

Сижу за столом, завтракаю, и смотрю на два ведра огурцов.

– И что мне с вами делать, а?

Вчера вечером мне принесла их соседка Люда.

– Маш, умоляю, забери. Мне их уже девать некуда. Только глянь, какие они крепкие, красивые. Будет жалко, если испортятся.

– А мне что с ними делать? – посмеялась я.

– Как это что? – вытаращила глаза Люда. – В банки закрути.

– Какие банки с моей работой? – рассмеялась я на весь двор. – Да у меня и рецептов нет.

– А за это можешь не переживать. Я тебе завтра принесу поварскую книгу своей семьи. Там рецепты моих бабушек и прабабушек. М-м-м, – с наслаждением прикрыла глаза. – Потом будешь есть и пальчики облизывать.

Отказов она категорически не принимала. Оставила два ведра огурцов на крыльце и убежала к себе.

– Ладно, вечером поеду с работы, куплю банок и попробую закатать их. Ну не выбрасывать же добро. Чем черт не шутит, может, и пригодятся соленья. Одному богу известно, что нас с Тасей ждет дальше, и как мы будем жить с ней после развода с ее отцом и раздела имущества.

Этот мерзавец решил перевести все стрелки на меня.

Он, видите ли, видел, как я с целовалась с Русланом.

Ну не дурак ли, а?!

Вот я и переживаю, что теперь он не только мне, но и Руслану с сыном подкинет проблем.

Слава богу, у меня было два выходных, и я находилась дома, а не в больнице. Иначе точно не удержалась бы и выпоила Кириллу лошадиную дозу слабительного. Скакал бы каждую секунду до туалета и обратно.

У меня до сих пор из-за его предательства сердце болит, а он еще и подливает масло в огонь, обвиняя меня в неверности.

– Тась, там за тобой тетя Люда пришла, – выкрикиваю, одеваясь в коридоре. – Бери свой рюкзачок и вместе выйдем.

Подходим к воротам, я передаю дочку в руки соседки, а она протягивает мне красную папку.

– Вот здесь собраны все самые лучшие рецепты моей семьи, – гордо произносит Люда и выставляет указательный палец. – И, кстати, с картинками. Если что-то понравится, то можешь аккуратно достать из файлика и сделать копию.

От всей души благодарю соседку, сую в сумку папку, целую дочь и прыгаю в машину.

Прихожу на работу, а меня здесь уже ждет испытание номер один.

– Мария Андреевна, занесите копию историю болезни в седьмую палату. Пациент просил.

Не успеваю возразить, как коллега сует мне бумаги и, поправляя медицинскую шапочку, бежит в конец коридора.

– Зашибись… – вздыхаю я, глядя на историю болезни пациента Романова Кирилла Родионовича.

Приближаюсь к палате и вижу в приоткрытой двери его белокурую пассию.

– Наверное, твоя жена очень зла на нас, – вздыхает она. – Кирюш, мне даже немного страшно, что ты лежишь в отделении, в котором она работает. Знаешь, женщины, которым изменили мужья, способны на страшные поступки. Даже если с виду она выглядит спокойной, то это ни о чем не говорит. Будь начеку ладно? Все-таки Мария сейчас находится в полном отчаянии и в таком состоянии может выкинуть все, что угодно.

– Это как в том анекдоте, – усмехается Кирилл. – Жена застала мужа с любовницей, скандалить не стала, но попросила сесть друг к другу поближе, чтобы сфотографировать их на памятник.

– Ха-ха-ха, – аплодируя, вхожу в палату. – Какой смешной анекдот. А главное – жизненный.

Пока они оба таращатся на меня во все глаза, я достаю из подмышки историю болезни и кидаю на кровать.

– Тебе просили передать.

Блондинка, потупив взгляд, выдавливает:

– Здравствуйте, Мария…

– Доброе утро! – бросаю небрежно и достаю из кармана халата мобильник. – Сядьте поближе, пожалуйста. Хочу сделать фото на памятн… – Растягиваю на губах улыбку и поправляю себя. – На память. Ну, конечно же, на память.

– Мария Андреевна, вас ждут на консилиуме, – раздается за спиной голос коллеги.

Жалю взглядом мужа с любовницей и выхожу в коридор.

У меня очень странная защитная реакция. Мне безумно больно видеть их вместе, больно осознавать, что теперь мой муж принадлежит другой, но, чтобы не показать свои истинные чувства и не пуститься в слезы или не вцепиться в волосы той, которая разрушила мою семью, я надеваю на лицо равнодушную улыбку и пытаюсь шутить.

Стою, прикалываюсь над этой парочкой, прячу за улыбкой свои настоящие эмоции и делаю вид, что мне плевать на происходящее.

А в этот момент мое сердце кровью обливается…

Одному богу известно, какими усилиями мне дается эта равнодушная улыбка и способность шутить.

Глава 13

После консилиума подхожу к палате Дениса Киреева и становлюсь свидетелем еще одного интересного разговора.

– Ден, ты шутишь? – слышится незнакомый голос. – Как это не будешь участвовать в гонках? Прекращай это!

– Нет, Макс, я пас. И так чуть на кладбище не отправился после днюхи на яхте. В моих мозгах почти два часа ковырялись, еле вытащили с того света. Для меня теперь любая травма головы может обернуться чем угодно.

– Ну так до гонок еще два месяца, успеешь поправиться и встать на ноги, – уговаривает настырный парень. – Сейчас главное зарегистрироваться, сам знаешь, что потом мест не будет. Наденешь шлем и все такое. Ничего с твоей головой не случится.

Ох как же мне хочется войти в палату и выставить этого непонятливого дружка за дверь, но меня останавливают слова Дениса.

– Макс, мне залёты не нужны, как ты не понимаешь? Уличные гонки на мотоциклах официально запрещены. Это в прошлые разы я не парился, но если сейчас меня примут менты, то я точно сяду.

– Ден, мы три года подряд участвовали в гонках, ты хоть одного мента видел там? А бои без правил! Вспомни, тебя хоть раз принимали там? Все проходит на закрытых территориях, сам же знаешь. Так что нечего ссать, прокатит и на этот раз.

Раздается хлопок.

– Давай, дружище, бодрее, бодрее! На тебя люди ставят, слышишь? Хочешь не хочешь, а должен участвовать и как всегда порвать там всех.

– Я подумаю.

– В-о-от, а это уже совсем другой разговор, – довольным тоном протягивает идиот, который еще и смеет называть себя другом Дениса.

Ну какой нормальный друг станет подвергать опасности человека с такой серьезной травмой головы?!

Тянусь к дверной ручке, собираюсь войти в палату и устроить этому Максу разбор полетов, но резко замираю.

«Разве можно остановить подростков запретами и нравоучениями? – спрашиваю себя. – Нет, конечно. Они тебя послушают и все равно сделают по-своему… Так, нужно что-то срочно придумать».

Стучать отцу Дениса мне не очень хочется, но и бездействовать я тоже не могу. Вот выпишется он из больницы, прыгнет на мотоцикл, ударится головой – и всё. В лучшем случае снова попадет на операционный стол, а в худшем – в морг.

– Что же делать-то, а?.. – сидя в пустой ординаторской, нервно кусаю губу.

Взгляд случайно падает на красную папку с рецептами, торчащую из сумки, и в мою голову влетает идея.

Я недолго думая хватаю папку и быстро иду в палату Дениса.

– Тук-тук, – шепотом произношу я, заглядывая в палату. Слава богу, дружок уже ушел. – Денис, а следователь уже был у тебя?

– Следователь? – приподняв забинтованную голову, хмурится парень. – Какой еще следователь?

– Значит, он еще у пострадавшего с той яхты, – как будто бы вслух рассуждаю я. – Ну, не засыпай тогда, он скоро и к тебе придет.

Подхожу к подоконнику и кладу на него папку с рецептами.