Елена Помазуева – Основной инстинкт (страница 10)
– Такое иногда случается с людьми, – безразлично пожал плечами Радов, – организм не выдержал нервного напряжения.
– Рей, разорение Орлова было обязательным? – еще один неуместный вопрос. И Стрельников это понимал.
– Роман, я плачу не за то, чтобы ты оценивал мои действия, – полыхнул звериной зеленью в глазах начальник на подчиненного.
Этот взгляд Стрельников знал. Он появлялся редко, но всегда означал, что Радов на грани и едва сдерживается. Если сейчас не отступить, то последствиям никто не обрадуется. И все же мужчина сделал попытку.
– Неужели ты довел до инфаркта отца, чтобы получить дочь в свою постель?
– Вызови мне Кайра, – спокойным голосом приказал Рей и развернулся с креслом, чтобы смотреть в окно.
Это был тот самый взрыв, который произошел. Радов никогда не повышал голос, он просто вызывал Кайра к себе в кабинет. Не подчиниться приказу начальник безопасности не мог. Осознав глубину своей ошибки, сделанную им из порыва защитить Риту Орлову, Стрельников вышел в приемную.
– Кайр, Рей вызывает, – набрав номер, коротко сообщил мужчина и поймал испуганный взгляд секретарши, – Ну, что Ниночка, пришел ваш последний день. Готовьтесь.
Он даже подмигнул ей. Только самому было тошно на душе. Стараясь спасти ни в чем не повинную девчонку, он подставил под удар остальных.
– Как … последний? – заикаясь и моргая накрашенными длинными ресницами, спросила блондинка.
– Радов будет громить «Экро», – со вздохом ответил начальник безопасности и перевел взгляд на двери кабинета.
Его предсказания оказались верными.
В приемную бодрой походкой вошел невысокого роста мужчина. Он окинул внимательным взглядом вконец перепуганную секретаршу, протянул руку для пожатия Стрельникову и незамедлительно прошел к Радову. Ниночка проводила его взглядом, не в силах понять происходящее в компании, где она проработала последние три года. Привычная атмосфера, знакомая работа закончилась по мановению руки одного человека, наподобие Минотавра, засевшего в кабинете ее начальника, и разрушал все вокруг.
– Рей, привет, – спокойно поздоровался Кайр и уселся в кресло для посетителей, где совсем недавно располагалась Рита.
– К завтрашнему вечеру нужно продать акции «Экро». Цена значения не имеет, – кивнув на приветствие, отдал распоряжения Радов.
– Хорошо, – после секундной паузы отозвался Кайр, – Поднять «Экро» после этого не будет возможности.
– Предприятия закрыть и уволить всех, – не обращая внимания на замечания мужчины, продолжил Рей.
– Хорошо, – спокойней произнес Кайр, – Что-нибудь еще?
– Да. Мне нужно, чтобы об этом стало известно, и в утренних газетах напечатали новости об «Экро», – закончил отдавать распоряжения Радов.
– Сделаем, – спокойно ответил мужчина и направился к выходу, – В интернете уже сегодня появятся сообщения.
Радов кивнул, одобряя предложение своего помощника.
Худощавый мужчина в дорогом костюме уверенной походкой направился к дверям и оставил Рея одного в кабинете. Рейнальд некоторое время спокойно сидел за столом, а затем недовольно дернул плечом. Под его взглядом ногти на пальцах рук увеличились, превращаясь в черные когти зверя. Противный, царапающий звук по отполированному столу раздался в полной тишине. Мужчина раздраженно скинул бумаги на пол, резко поднялся из кресла и подошел к окну.
– Времени совсем мало, – устремив взгляд вдаль, прошептал Радов.
Вылетела из лифта, едва сдерживаясь, чтобы не ругаться вслух. Каким надо быть подонком, делая оскорбительное предложение? Заранее все приготовил, отпечатал и явно ждал моего прихода. Как он догадался, что буду сегодня в отцовском офисе? Ах, да! На столе остались документы. Неужели у него хватило совести поручить распечатать унизительный договор Ниночке? Кошмар! Теперь пойдут пересуды по всей компании. Уж она точно не станет скрывать предложение Радова, вспоминая мое недружеское к ней отношение. Ниночка. Вот кто бы обрадовался гнусному предложению. Причем здесь я? Почему мне предложил стать его любовницей? Неужели мало тех, кто добровольно готов прыгнуть в постель и ублажать красивого подонка?
Притягательная внешность была еще одним раздражающим минусом. Вспомнила несколько секунд, во время которых почувствовала притяжение и желание кинуться к нему в объятия. Черт! Для начала он удостоверился, что на меня действует его мужское обаяние, и только после этого подсунул договор. Господи, как унизительно и обидно!
Слезы негодования душили, я сглатывала ком в горле и направлялась в сторону метро. Первым делом набрала телефон больницы отца и справилась о его самочувствии, а затем позвонила в областную. Михаила Петровича можно было посещать, и я направилась к нему.
– Дядя Миша, как вы? – осторожно обняла пожилого мужчину за плечи, войдя к нему в палату.
– Ничего, Рита, живой. Ожоги смазали. Даже выспался за ночь, – тепло отозвался Михаил Петрович, – Как отец?
– Лучше, – кивнула ему, стараясь не расплакаться.
– Домой заезжала?
– Нет, я от него сразу к вам, – мотнула головой, не в силах рассказать о разговоре с Радовым.
– Когда меня увозили на «скорой», Никита оставался. Позвони ему, спроси, как там с домом, – беспокойство пожилого человека вполне понятно.
– Конечно, дядя Миша, – согласилась, достала телефон и набрала знакомый номер.
Чтобы в палате не мешать другим больным, вышла в коридор и очень обрадовалась, услышав знакомый голос.
– Привет, Никита! Я сейчас у дяди Миши в больнице. Он беспокоится, что там с домом? – задала вопрос, проходя подальше от палаты с открытой дверью.
– Ритка, как дядя Миша? И твой отец? – засыпал вопросами друг.
– Уже лучше, – тепло улыбнулась на прозвучавшую заботу и беспокойство в голосе парня, – Так что там с домом?
– Пожарные уехали после того, как все потушили. Уже глубокая ночь была, сама понимаешь. Что там рассмотреть можно? – услышала, как он вздохнул. Тоже переживает, – С утра на работе.
– Поняла, Никита. Я от дяди Миши сразу домой поеду, – сообщила ему.
Мы еще обменялись ничего не значащими фразами, и я отключилась. Теперь предстояло успокоить моего хозяина, отправиться домой и своими глазами увидеть последствия пожара. Михаил Петрович сразу стал меня выпроваживать. Он беспокоился за дом, который сейчас стоял без присмотра. И я его понимала. Пожилого человека отвезли на «скорой», из горящего дома даже документы не смогли взять, и теперь мне предстояло их найти, по возможности собрать одежду и привезти в больницу.
Сгоревшая крыша дома и обрушенный холодный коридор вызывали жалость. От гаража остался обгорелый остов. Маленький дом, который снимала у дяди Миши, уцелел, хотя и закоптился. Запах гари преследовал повсюду. Первым делом зашла к себе. Света отключили, а вода из крана лилась холодная. Электрический нагреватель не работал. Позвонила по сотовому в аварийную службу и вызвала их для ремонта оборванных проводов. Затем отправилась в дом моего хозяина.
С опаской пробралась через горелые обломки холодного коридора и с трудом открыла входную дверь. Черт! Крыши практический не было над всем домом. Обрушившиеся балки перегородили пространство, потолок держался над дальней комнатой. Вещи щедро залиты водой, на полу растеклись лужи. Протиснулась к шкафу, где Михаил Петрович хранил документы, и с трудом смогла открыть дверцу. Паспорт и другие бумаги нашлись под мокрыми простынями. Все можно высушить и привести в порядок. Еще раз просмотрела на полках, выбрала сменное белье, предметы гигиены и отправилась в свой дом, намереваясь все высушить и прогладить. Если не придираться к запаху, то на первое время вполне пойдет. Потом надо будет все перестирать и нормально высушить.
Пока занималась поисками и подготовкой одежды, старалась обдумать сложившееся положение. Работы нет, деньги в кошельке закончатся в самое ближайшее время. Отец в больнице и неизвестно, какие лекарства ему могут понадобиться. Дядю Мишу могут отпустить уже завтра, но куда он приедет, и где будет жить? В доме нужен основательный ремонт, а впереди зима. В маленьком доме, который он мне сдавал, вряд ли смогут поместиться два человека. А еще отец, которого после того, как он поправится, нужно будет куда-то забирать из больницы. Мне просто необходимо устроиться на работу. И срочно!
Электричества не было, и интернет не работал. С нетерпением ждала приезда аварийки. Не имея возможности уехать к отцу в больницу, набрала номер ординаторской и поговорила с лечащим врачом. Он меня успокоил, сказав, что состояние стабилизировалось и к вечеру вполне могу навестить. От хороших известий почувствовала, как ноющая боль в груди немного отпустила.
Ремонтники три часа потратили на восстановление линии, и вскоре у меня на кухне зашумел электрический чайник. Котел постепенно нагревал воду, а я включила утюг и принялась за глажку вещей моего хозяина. Пока аварийка занималась проводами, постаралась вынести из дома все, что только имело ценность. Все-таки в открытом доме не хотелось ничего оставлять. В гараж заглянула только раз, убедившись в бесполезности найти хоть что-то.
Странно это все. Уж больно одно к одному. Захват «Экро», падение в гонках, пожар и двое больных мужчин на моем попечении.
Открыла ноутбук, чтобы просмотреть вакансии, и на первой же новостной странице прочла сообщение: «Компания «Экро» продается за бесценок на рынке. Предприятия ликвидируются, массовые увольнения». Внутри все похолодело.