Елена Полярная – Развод. Украденная семья (страница 4)
Бывший ведь прекрасно понимает, как сильно я дорожу долгожданным ребёнком, поэтому и хочет его отобрать.
Вот только мне не понять, что стоит за этим жестоким желанием.
Игорь меня не любит, ни капли мной не дорожит, оскорбляет и унижает за спиной, по его же словам, он терпел меня из жалости и всё такое, так за что он мне мстить?
Не может смириться, что инициатива развестись исходит от меня? Его хрупкое эго не выдержало, что я, такая ужасная и, по его представлению, толстая, хотя я себя считаю просто пухлой, посмела уйти от него, не дав ему возможность самому втоптать меня в грязь?
И только сейчас, когда наши с бывшим интересы разнятся, я прекрасно вижу, что он за человек, и мне горько от осознания, как плохо заканчиваются наши отношения.
Мы же могли расстаться достойно, без оскорблений и ненависти, как взрослые, адекватные люди, но Игорь этого не захотел, показав себя во всей красе.
И вот вроде бы всё было хорошо, я привыкала к новой жизни, в которой не было места мужчине, некогда вскружившему мне голову, собирала своё разбитое сердце по кусочкам и была полностью поглощена предстоящим разводом, как всё резко поменялось.
Я получила ещё один незаслуженный удар ножом в спину от человека, которому я доверяла.
Это произошло спустя восемь дней, как я ушла от Игоря и жила у Наташи. И я видела, что подругу уже сильно утомило моё присутствие, поэтому спешила съехать, присмотрев небольшую квартирку, хоть и со старым ремонтом и без особых удобств. Сейчас я не хотела особо тратиться и думать о комфорте, по крайней мере до тех пор, пока не найду себе какой-нибудь заработок и добьюсь при разводе справедливости.
Этим вечером Дима был особо неспокойным, я буквально не выпускала его из рук, укачивая и пытаясь убаюкать, в то время как Наташа всем своим видом показывала, как сильно её раздражает детский плачь. Уже и не зная, как извиниться перед подругой, я почему-то напряглась, когда в дверь кто-то позвонил.
Это был словно сигнал интуиции, не предвещавшей ничего хорошего, и она меня не обманула.
В квартиру Наташи, в сопровождении грубой на вид женщины, худощавого мужчины и полицейского, вошёл Игорь, ещё и со злой ухмылкой на губах, из-за которой я сильнее прижала к груди сына.
— Что происходит? — Я задала вопрос Тане, с трудом сдерживая беспокойство, по её спокойному выражению лица понимая, что она всё прекрасно знает.
Но подруга ничего мне не ответила, вместо этого быстро отвернувшись, словно ей было невыносимо смотреть на меня. Зато Игорь, чуть ли не ликуя, с издёвкой произнёс:
— Всё, Таня, отдавай Диму, хватит над ним издеваться.
— Издеваться? Ты в своём уме? Что… — И тут меня осенило. Я поняла, что задумал бывший и кто эти люди, со злым осуждением смотрящие на меня — служба опеки.
Ну а вслед за этим стало очевидно, что Игорь умудрился подкупить Наташу. Ещё до того, как подруга открыла рот, сказав,что я ужасно обращаюсь с Димой, чуть ли не бью его и морю голодом, я буквально почувствовала вспушку боли в груди.
Минус ещё один человек, которому я верила. И опять хочется задать вопрос — за что?
Несмотря на мои слёзы, доказательства, что с моим сыном всё хорошо, что он не худенький и на нём нет ни одного синяка, опека забрала его. Собираясь лишить меня родительских прав, отдав ребёнка Игорю.
Вот так сразу, без выяснений всех подробностей, расследования и проверок, что говорило о том, что бывший вновь воспользовался силой денег.
Время словно замедлилось, а из-за страха и злости я мало что понимала, действуя интуитивно, почти не слыша, что говорит мне невысокая женщина, да и не разбирая собственные ответы.
И предательство мужа не шло ни в какое сравнение с осознанием, что я могу лишиться своего дорогого мальчика.
— Я ведь тебе говорил, что ты сильно пожалеешь, — злорадно протянул бывший перед уходом, так внимательно посмотрев на меня, словно желая запечатлеть мой разбитый и подавленный вид навечно в своей памяти.
— Обещаю, Игорь, я так просто этого не оставлю. Я оббегаю все инстанции, пойду в суд и в прокуратуру, наведу столько шумихи, что ты сам сильно пожалеешь, что захотел лишить меня сына.
— Даже не знаю, что тебе на это сказать. Могу разве что пожелать тебе удачи, она тебе явно пригодится. Но давай начистоту, Таня, мы оба с тобой знаем, что ты по сравнению со мной никто, поэтому успокойся и оставь меня и Диму в покое. Ему не нужна такая мать, как ты.
Надменно скривившись, Игорь махнул рукой и вышел из квартиры вслед за работниками службы опеки и полицейским.
И только когда дверь за ним закрылась, а мои руки судорожно сжались в попытке прижать к груди Диму, я в полной мере ощутила боль от потери и поражения.
Глава 6
Как же всё это неправильно и несправедливо!
Хочется закричать в голос от боли, так громко, чтобы все меня услышали, чтобы вылетели стёкла и разбились зеркала.
Буквально только что я держала сына на руках, а потом его забрали у меня. И всё это с целью поиграть на моих чувствах и нервах!
Подонок! Какой же Игорь подонок!
— Тебе надо уйти, — раздался за моей спиной требовательный голос, в котором я не сразу признала Наташу.
Совершенно забыв об этой стерве, подставившей и давшей против меня показания, я медленно обернулась, так и не встретившись с ней взглядами.
Как бы бывшая подруга не храбрилась, ей было стыдно, а возможно и страшно оставаться со мной наедине.
Что-то она не продумала этот момент, не сообразив, что я потребую ответов.
— Как ты могла… подруга?
— Твоему сыну будет лучше с Игорем. Он, в отличие от тебя, сможет его всем обеспечить. Ну а ты зато сможешь заняться своей жизнью, без обузы на руках.
Смотря куда-то в сторону, Наташа трусливо мяла в руках пояс махрового халата, то и дело нервно облизывая губы.
— Мой сын не обуза! А ты не тот человек, который вправе решать, с кем ему будет лучше! Ты просто продалась моему бывшему! Сколько он тебе заплатил? Сколько стоила наша дружба и мой сын? Когда ты решила предать меня?
— Ой, всё, не нагнетай. Как будто ты не понимаешь, что я не могла отказать Игорю.
— Не ври! Всё ты могла, и отказать, и предупредить, что он собирается лишить меня родительских прав! Но из-за денег ты этого не сделала!
— А что ты от меня хочешь? Времена тяжёлые, и каждый хочет жить хорошо! К тому же ничего с твоим сыном не будет! Игорь обеспечит его всем необходимым и даже больше. А с тобой он бы скитался по квартирам и…
Не выдержав потока бредовых слов, я подскочила к Наташе, взмахнув рукой и оставив на её щеке красный след от пощёчины. И удар был таким сильным, что её голова дёрнулась в сторону и она стала заваливаться назад.
— Заткнись, дрянь! Я тебе доверяла, помогала, а ты…
— Помогала? — истерично вскрикнула Наташа, отшагнув в сторону и прижав руку к щеке, со злобой посмотрев мне прямо в глаза. — Как? Переводила мне деньги, когда мне это было необходимо? Что-то мне покупала? Нет! Ты этого не делала! Жила свою лучшую жизнь с крутым мужиком, который всем тебя обеспечил, пока я тут…
— Ты совсем с головой рассорилась? Хочешь сказать, что ты нуждалась, да ещё и настолько, что я должна была тебя спонсировать? Наташа, даже у жадности должны быть пределы. Ты живёшь в своей квартире, неплохо зарабатываешь, ни в чём не нуждаешься, но при этом смеешь меня обвинять? Не думала, что ты такая завистливая сука. Что, не могла смириться, что мне повезло с мужем?
— Ага, так повезло, что ты ему теперь на хрен не нужна! — так и плюясь ядом, чуть ли не прошипела бывшая подруга. — Всё, ты меня достала! Убирайся из моей квартиры, пока я не вызвала полицию!
Убежав в свою комнату, трусливо спрятавшись от меня, Наташа больше не показалась, пока я собирала вещи, мысленно её проклиная.
Сколько же злобы может таиться в людях, которые улыбаются тебе в лицо! Они дружат с тобой, делают вид, что ты им нравишься, но на самом деле выжидают хороший момент для предательства.
И только стоя с сумками у двери, я поняла, что не знаю, куда мне идти. Заселение в квартиру только завтра, а близких подруг, к которым можно вот нежданно-негаданно нагрянуть, у меня больше нет. Да и после поступка Наташи я вряд ли смогу в ближайшем времени снова кому-то довериться. Лучше быть одной и своими силами разбираться с проблемами, чем с такой подругой.
Гостиница? Хостел?
Вспомнив о старшем брате, с которым отношения у меня были так себе, я всё же решила ему позвонить. Мне же буквально надо переночевать всего одну ночь.
Когда я в последний раз разговаривала с Гришей, пытаясь достучаться до него, чтобы он закодировался и завязал с алкоголем, он в прямом смысле послал меня на три буквы, обматерив и сказав, чтобы я не лезла в его дела.
С этого разговора прошел почти год, и я ему больше не звонила. Хотя он успел побороть зависимость, прислушавшись ни ко мне, ни к родителям, а к одному своему другу, Данилу,с которым был очень близок в детстве.
С родителями Гриша уже постепенно налаживает контакт, пытаясь улучшить отношения и извиняясь за свои срывы, а со мной процесс примирения шел туго. Его слова так сильно меня задели, что я оставляла его сообщения и звонки без ответа.
«Ну а сейчас, когда понадобилась помощь, сразу же вспомнила про брата», — ехидно произнес внутренний голос, а вслед за этим я ощутила неприятный укол совести.