Елена Полярная – Развод. Не жди прощения (страница 4)

Вот тебе и любимая жена, его персональное солнышко, как он любил меня называть, когда мы были наедине.

Изменил, ударил, не позволил забрать вещи. Не муж, а сказка! Да только какая-то неправильная.

Роман, наблюдавший за моим разговором с охранником, не вмешивался, так как не в его силах было помочь мне в данной ситуации, но как только я вернулась к машине, он тут же спросил:

— Тебе есть где переночевать? Если что…

— Если ты хочешь предложить мне ночлег, то спасибо, но нет. Ночевать в доме незнакомого мне мужчины — это уже слишком.

— Так у тебя же есть электрошокер.

— Так я планировала лечь спать, а не устраивать баррикады на чужой территории, опасаясь нападения. Да и кто знает, что есть у тебя дома. Может ты питаешь слабость к холодному оружию или ещё чему опасному.

Мы с Романом снова обменялись улыбками, прямо как старые знакомые, которым привычно было вот так беззаботно болтать.

Но этот мужчина был мне чужим, а ситуация не располагала к обмену забавными фразочками.

Я бы сейчас с удовольствием подкараулила в кустах сирени Диму и воспользовалась бы своим электрошокером.

Ладно, шутки шутками, да и отсюда мне мужа не достать, а день близится к завершению и я уже порядком устала.

Как там говорится? Утро вечера мудренее. Вот и мне надо поспать, восстановить силы, а уже завтра думать да гадать, что делать дальше. Хотя оно и понятно что, подавать на развод, писать заявление на Диму, с требованием вернуть мне мои вещи, или брать дом штурмом вместе с братом и папой.

Если вкратце, то и завтрашний день обещает быть насыщенным и мне будет не до работы, с которой надо будет ещё отпроситься.

— И всё же я снова спрошу, тебе есть где переночевать?

— Не волнуйся, у меня не возникнет проблем с ночлегом. И даже если все родные и друзья по непонятной причине не пустят меня к себе, я смогу оплатить номер в гостинице.

— Понял. Диктуй первый адрес.

Назвав адрес брата, я снова села в машину Романа, чувствуя себя совершенно раздавленной.

Что сказать, когда я наряжалась на мероприятие, я никак не думала, что этот вечер закончится для меня подобным образом.

Но с другой стороны, может всё не так уж и плохо?

Намного лучше пережить боль сейчас, чем когда мне будет сорок, а то и пятьдесят, у нас бы с Димой появились дети и связывало общее имущество.

А так я подавлю в себе все чувства, вычеркну уже бывшего из своей жизни, не потратив на него, как говорится, лучшие годы, и найду себе кого-то другого.

Да, всё что ни делается, всё к лучшему. Надо только почаще себе это напоминать.

Через полчаса я была уже у дома брата, прощаясь с Романом, которому вдруг захотелось взять мой номер.

— Признавайся, некие планы на мой счёт у тебя всё-таки есть?

— Возможно. Но обещаю, я не собираюсь строить из себя распрекрасного принца, пользуясь возможностью показать, что я намного лучше твоего мужа.

— Это потому что ты уже давно не принц?

— Верно, я как минимум король. Так что тебе стоит ко мне присмотреться. Мужчины моего уровня нарасхват.

— Как самоуверенно.

— Я знаю. Как и знаю, что женщинам как раз такие и нравятся. Самоуверенные, но чтобы всегда приходили на помощь и прикрывали со всех сторон. А также верные и надёжные, готовые к созданию семьи.

— И ты, конечно же, именно такой.

— Я даже лучше. И я знаю цену верности и ещё не осчастливлен детьми.

— Это странно. Даже подозрительно

— Разве? Когда я был молод, мне было не до детей и я думал только о работе, чтобы заработать как можно больше. Мне казалось, что всё у меня впереди, главное заработать как можно больше. Потом же я оказался в положении, когда женщины были готовы родить от меня с одной целью, чтобы нажиться. А когда думал, что нашёл ту самую, она, как бы пафосно это не звучало, вонзила мне нож в сердце.

Немного помолчав, я всё же продиктовала Роману свой номер телефона. Вряд ли я в ближайшем будущем захочу строить новые отношения, да и нет у меня привычке заглушать чувства посредством любовной интрижке. Но кто знает, может потом, когда я «излечусь» от Димы, у нас с Романом что-то да получится.

В любом случае он кажется хорошим мужчиной, поэтому мне стоит узнать его получше, чтобы или убедиться в этом, или наоборот опровергнуть своё первое мнение о нём и держаться подальше.

Попрощавшись с Романом, я стала нетерпеливо нажимать на дверной звонок, буквально валясь с ног от усталости, моральной, но не физической. И как только Глеб открыл дверь, я первым делом обняла его и, чего никак не ожидала, расплакалась прямо у него на плече.

Вся та боль, которую я сдерживала в себе, пытаясь быть сильной, хлынула наружу, сметая выстроенные мной баррикады.

Но именно это мне как раз и было нужно. Выплакаться, чтобы почувствовать себя лучше.

Выплакав все слёзы, рассказав брату о предательстве мужа и его скотском поступке, я успокоилась, потянувшись к уже остывшему чаю.

— Вот же тварь! — эмоционально воскликнул Глеб, вскочив с дивана и став мерить комнату шагами. — А ведь казался нормальным мужиком! Клялся, что и пальцем тебя не обидит. Но не волнуйся, я его прижму, да так, что мало не покажется. Он сам твои вещи принесёт, ещё и в зубах. Урод! Ты родителям звонила?

— Ещё не успела.

— Тогда я им сам позвоню и всё расскажу. А ты иди отдохни, а то выглядишь неважно.

— Спасибо. Если честно, я боялась, что ты меня не поддержишь.

— Ты совсем ку-ку? Да я за свою мелкую сестру порву кого угодно!

— Сам ты мелкий!

Смеясь, я увернулась, когда Глеб попытался схватить меня, чтобы как в детстве взлохматить мои волосы, и поспешила в ванную.

И вот тут-то я снова пожалела, что брат расстался со Светой, ведь теперь в его доме не было ни одной женской вещи. А смывать макияж мылом — это ещё то удовольствие, от которого я бы предпочла отказаться.

Но это была последняя неприятность за этот трудный день и вскоре я уже лежала в кровати, пытаясь не перематывать раз за разом события последних нескольких часов, чтобы расслабиться и заснуть.

И, к моему счастью, я вскоре смогла провалиться в сон.

Глава 6

— Нет! Я не собираюсь сейчас с ним разговаривать! — ответила намного резче, чем хотела, злясь не на брата, а на Диму.

Просто я никак не ожидала, что ему хватит совести припереться к Глебу и требовать встречи со мной.

Как-то совсем не так началось это утро. Я проспала, не услышав будильник, проснувшись только после одиннадцати, и то от звонка начальницы, которая отчитала меня по полной за прогул. Увидела своё опухшее и помятое отражение в зеркале, что повлияло на моё настроение. Не нашла никакой еды в холодильнике Глеба, который после расставания со своей последней девушкой, закупал только кофе и сливки, предпочитая питаться вне дома.

Так теперь ещё и Дима битый час торчит под дверью и просит, да даже не просит, а требует, чтобы его впустили.

И это при том, что Глеб его чуть не спустил с лестницы, посоветовав валить на все четыре стороны, пока он не разукрасил ему физиономию.

Драки удалось избежать только благодаря Диме, который вёл себя не так воинственно как вчера, и чувствуя, что мой брат на пределе и вот-вот замахнётся, сразу же шёл на попятную, повторяя, что он пришёл мириться со мной, а не ссориться.

— Я понимаю. Но если он буде и дальше звонить в дверь, я точно сорвусь. Так что давай ты его пошлёшь, а я постою рядом для подстраховки.

— Ты думаешь, что он меня послушается?

— А хрен его знает. Но одно я знаю наверняка, папа с мамой вот-вот приедут, и так как я рассказал им, что козлина тебя ударил, то…

Замолчав, Глеб стал к чему-то прислушиваться и я повторила за ним, расслышав странный шум.

Обменявшись вопросительными взглядами, мы снова подошли к двери, поочереди посмотрев в дверной звонок.

Как оказалось, прибыло подкрепление в лице наших родителей. И самым ярым защитником была моя мама, с такой яростью мутузя Диму сумкой по голове и всему, до чему она могла дотянуться, что даже папа не решался вмешиваться, а мой бывший дать сдачи.

— О-о-о, тяжёлая артиллерия пошла в ход. Я всегда не понимал, что вы, женщины, носите в сумках, что они всегда такие тяжёлые, даже эти ваши клатчи, но сейчас вижу, что это прекрасное орудие как для защиты, так и для нападения. Ты глянь, этот мудачина даже отбиться не может.

Потеснив брата, я посмотрела в глазок, слыша подхваченный акустикой парадной голос мамы.

— Да как ты посмел тронуть мою девочку? Как у тебя только хватило на это совести? Как, я тебя спрашиваю? Ну? Чего молчишь? Язык в задницу засунул? Думал, что избиение моего ребёнка сойдёт тебе с рук?