Елена Полярная – Бывшие. Я стану сильнее (страница 2)
И как же меня позабавила мысль, что именно сегодня Матвей решил устроить мне романтический ужин и приготовить своё фирменное блюдо – тушёную в вине баранину с овощами. О да, этот запах я узнаю из тысячи, ведь он всегда сопутствовал какой-то радостной новости.
– Малыш, ну наконец-то ты пришла. – Из кухни показался виновник моего плохого настроения и главное разочарование моей жизни. И скажу так, оказалось, что при виде дорогого мужчины, разбившего мне сердце, в горле словно застрял ком и мне захотелось как-то его оправдать и убедить саму себя, что измена – это не более чем глупое недоразумение.
Дура! Надо собраться и быть жёсткой, откинув все совместные воспоминания и запрятав куда подальше свою не вовремя проснувшуюся сентиментальность.
Посмотрев на Матвея, я попыталась найти в нём что-то, что указало бы, что он охладел ко мне. И тут же вспомнила, что нас всегда называли идеальной парой. Мы познакомились в зале, когда я никак не могла разобраться с одним тренажёром, и высокий зеленоглазый блондин решил мне помочь. Он сразу зацепил меня своей лёгкостью и раскрепощённостью. Вот бывают такие люди, которых ты пусть и не знаешь, но тебе приятно с ними разговаривать и слушать их. Ещё и внешне он располагал меня к себе и был в моём вкусе. Да что там, мы с ним были очень даже похожи, ну чем не идеальная пара?
– Ксюш, что-то не так? – удивлённо спросил Матвей, и улыбка сошла с его губ. – Подожди, я знаю, как поднять тебе настроение.
Метнувшись в гостиную, муж вернулся с большим букетом красных роз, которые с торжественным видом преподнёс мне. Но я так и не притронулась к цветам, смотря исключительно на Матвея.
Ну надо же, какой заботливый! И ужин приготовил, и цветы купил, сказка, а не муж! Вот только есть у него один недостаток – неумение держать своего дружка в штанах.
– И в честь чего мне такие презенты? – холодно спросила, чувствуя, что начинаю всё же терять над собой контроль.
– Меня повысили, так что мне захотелось и тебе сделать приятное и отпраздновать такое событие. Думаю, что нам надо… Ксюш, да что с тобой? У тебя такое выражение лица, как будто кто-то умер.
– Ты прав.
– Не понял… Кто-то умер?
– Да, моя любовь к тебе и уважение, – с усмешкой ответила, отметив, как пафосно прозвучали мои слова.
Матвей опустил руку с букетом, из-за чего розы коснулись бутонами пола, и нахмурился, теперь уже внимательно вглядываясь в моё лицо, точно также, как это делала я, пытаясь найти какую-нибудь подсказку.
– Я тебя как-то обидел? Это из-за того, что я не позвонил в…
– Какая же ты сволочь! – Не дав ему договорить, я сделала шлаг вперёд, крепче перехватив свою сумку, которую всё это время с силой сжимала в руке, и ударила ей Матвея по лицу.
Для меня просто оказалось чем-то невыносимым смотреть в его зелёные глаза и представлять себе, что они могут смотреть с любовью на другую женщину. Да и как же всё это мерзко! Матвей просто двуличная скотина, возомнившая себя султаном, которому дозволительно иметь несколько женщин.
– Блядь! Ксюша, ты с ума сошла? Что происходит? – Вспылив, Матвей откинул букет в сторону и выхватил из моих рук сумку, отправив её в том же направлении, что и цветы.
– Ой, прости! Сначала я должна была поздравить тебя со скорым появлением сыночка или дочурки, а потом уже бить по твоей наглой роже, да?
– Ты что, пьяная? – Схватив меня за плечи, Матвей притянул меня к себе, продолжая внимательно и зло вглядываться в мои глаза. И несмотря на его нежелание сознаваться в содеянном, его голос всё равно дрогнул, давая понять, что мои слова достигли цели.
– О нет, Матвей, я абсолютно трезвая. Хотя признаю, я бы сейчас с удовольствием напилась до беспамятства, чтобы забыть тебя. Ну, что смотришь? Почему не хвастаешься, что твоя любовница забеременела? Ну давай, скажи, что ты собирался отпраздновать не своё повышение, а…
– Хватит! – сквозь зубы прорычал Матвей, сильнее сжав мои плечи. Я тут же дёрнулась в сторону, но вырваться из его хватки у меня так и не получилось. – Что за бред ты несёшь? Я ничего не понимаю!
Ах, вот значит как! Он ничего не понимает! Какая удобная позиция, прикинуться дураком, при этом пытаясь убедить, что дура как раз таки я.
– Боже, Матвей, я всё знаю! И про твою любовницу, и про вашего с ней ребёнка!
Мой неверный вздрогнул и его глаза чуть расширились. И его обескураженный вид меня насмешил.
Воспользовавшись моментом, я оттолкнула от себя Матвея, почувствовав облегчение, когда нас стали разделять несколько метров. Оказывается, мне было невыносимо терпеть прикосновения его рук.
– Так, Ксюша, не горячись, я могу всё объяснить.
Ну вот, если глупая часть меня и пыталась оправдать этого засранца, нашёптывая, что всё это большая ошибка, то теперь она заткнулась, услышав подтверждение.
– Правда? И как же? Ты шёл, никого не трогал, а тут на тебя напала озабоченная женщина и изнасиловала, хотя ты отчаянно сопротивлялся? Или тебя опоили, а уже потом надругались над тобой? Ну давай, удиви меня своими оправданиями!
– Да, я виноват, но…
– Отлично, ты признаёшь свою вину, значит для тебя ещё не всё потеряно, в отличие от нас. Ах да, никаких нас больше нет!
– Ты же не имеешь в виду развод?
– А ты и правда думаешь, что я смирюсь с твоими похождениями налево? Может ты ещё предложишь мне стать частью шведской семьи и познакомишь со своей третьей половинкой?
– Хватит ехидничать! Я не дам согласие на развод! И ты должна меня выслушать!
– Ух ты, как интересно. И с чего ты решил, что мне нужно твоё согласие?
Видя на лице Матвея злость, вызванную осознанием собственного бессилия, я ощутила некое удовлетворение. А вот пусть не думает, что меня можно прогнуть под себя! Развод он мне, видишь ли, не даст!
Обойдя своего бракованного мужа, я пошла в спальню, только сейчас сообразив, что за все эти несколько часов я так и не придумала, куда перееду. Квартира всё-таки принадлежит Матвею, а я не собираюсь оставаться с ним под одной крышей. Мне и смотреть на него противно, не говоря уже о том, чтобы терпеть его присутствие.
– И куда ты идёшь? Мы ещё не закончили наш разговор!
Бросившись следом за мной, Матвей схватил меня за руку, дёрнув на себя, ещё и так резко и с такой силой, что я не устояла на ногах и упала на пол, больно ударившись лбом об его колено.
– Чёрт! Ксюша, прости меня. Вот надо было тебе меня спровоцировать.
– Не трогай меня! – Я ударила Матвея по рукам, когда он попытался прикоснуться ко мне, и сама встала на ноги, не чувствуя ничего, кроме жгучей ненависти к этому мужчине.
Глава 3
Тяжело дыша от переполнявших меня чувств, я складывала свои вещи в сумки, пытаясь не обращать внимания на мужа, думая только об одном – как можно быстрее уйти из квартиры, в которой на меня стали давить стены. Мне было так некомфортно, что у меня буквально всё валилось из рук, из-за чего я потратила намного больше времени чем планировала.
А Матвей, тоже пребывая на взводе, хотя у него не было никакого морального права злиться на меня, стоял в нескольких шагах, наблюдая за каждым моим действием, что только сильнее нервировало. Мне хотелось закричать на него, ударить, как-то оскорбить, но я сдерживала себя, интуитивно понимая, что не стоит провоцировать человека, который физически сильнее тебя и, вроде как, готов это продемонстрировать.
– Ты поступаешь как истеричка, не разобравшаяся в ситуации, – сквозь зубы произнёс Матвей.
И эти слова так сильно меня задели, что я резко выпрямилась и обернулась, посмотрев в его зелёные глаза. Это он надо мной так изощрённо решил поиздеваться? То есть, тот факт, что я не хочу находиться рядом с мужчиной, у которого есть беременная любовница, делает меня истеричкой? Это что ещё за бред? Может он сейчас ещё скажет, что для настоящего мужика в порядке вещей иметь не только жену, но и спутницу для быстрого секса?
– А смысл в чём-то разбираться, когда и так всё ясно? Или ты не спал с другой женщиной и она от тебя не беременна?
– Спал, но…
– Вот и всё, разговор окончен! Нет, ну ты и скотина! Разобраться в ситуации! Что это значит? Я должна сначала узнать, в каких позах ты имел другую женщину, а потом уже решать, плохо это или нет? Правду говорят, если не можешь сказать ничего умного, то лучше держать рот закрытым.
– Прекрати! – Матвей шагнул ко мне, так быстро, что я не успела никак отреагировать. Но он не только посмел приблизиться ко мне чуть ли не вплотную, он ещё и схватил меня, сжав в руках и поцеловав.
На какую-то долю секунды я впала в ступор, застыв истуканом в его руках, не понимая, что он вообще творит, а потом опомнилась и укусила его за губу, сразу же оттолкнув от себя.
– Чёрт! Больно же! – Матвей поднёс руку к окровавленной губе, смотря на меня не только со злостью, но и, как мне показалось, с желанием.
Ну да, ведь не найти более удачного момента, чтобы возбудиться, кроме как когда жена обвиняет тебя в измене и хочет уйти. И вот что у него в голове? Или я пропустила момент, когда любая ситуация приводит к тому, что у него кровь начинает циркулировать исключительно между ног?
– Что в моей фразе, «не прикасайся ко мне», ты не понял? Обещаю, тронешь меня ещё раз, и я постараюсь сделать так, чтобы любое упоминание о сексе доставляло тебе сильную боль в одном конкретном месте. Понимаешь, к чему я веду?