Елена Петрова – Фантастика 2024-2 (страница 957)

- Точно, - кивнул Славка, взялся за бочонок и снова наполнил наши кубки. - Но тут тебе только учителей толковых разыскать нужно. А детей… Сирот много будет, после того, как война закончится. В войне люди гибнут.

- Да только тех сирот бою обучать как-то страшно, - признался я. - Мы ведь их отцов убьем. А если они вырастут, мало того, что в ненависти к нам, так еще и убивать обучатся? Моим потомкам Пятью Княжествами править, не хочу я им таких проблем в будущем создавать. Думаю, если честно, сирот монахам отдать. Пусть учат их, воспитывают в своей вере. Из них же учителей можно будет набрать потом.

- Как сирот воспитают, так оно и будет, - ответил Славка, сделал несколько больших глотков, вытер губы тыльной стороной ладони. - Насчет монахов не могу тебя поддержать. Не понимаю я вашей веры, уж прости. Но ты все равно мой князь.

- Я твой князь, - сказал я. - А ты все равно на меня зол при этом, пусть за мной и идешь. Я ведь поэтому с тобой и решил поговорить.

- Наська сказала? - спросил он.

- Да, - решил я не врать. - Да и на советах ты молчишь все время, не говоришь ничего, не предлагаешь. Понятное дело было, что ты зол. И я решил, что обсудить надо, не дело это. Я ведь тебя другом всегда считал.

- Ты поэтому и молдавское вино принес? - задал он следующий вопрос. - Подумал, что я вспомню Ямпольские времена, и прощу тебя?

Я ведь сам об этом говорил недавно… Да, быстро же он набрался. Главное, чтобы завтра помнил то, о чем мы говорили, а то мало ли. Хотя вряд ли забудет, Славка парень крепкий.

- Ну, по большей части так оно и есть, - кивнул я.

- Простой ты человек, хоть и князь, Олег, - он улыбнулся. - А это плохо. Нужно тебе сложнее становиться, иначе тобой вертеть будет легко. В Ямполе хорошо было, вино неплохое, девки молдавские податливые, пусть и чернявые все почти. Да и вообще, рад я, что с тобой туда поехал. Иначе ведь меня достали бы убийцы от брата, не было бы меня тут.

- Рад, что сумел помочь, - кивнул я.

- От этого только хуже, понимаешь? - проговорил он, залпом выпил половину кубка и тут же налил себе еще.

Похоже, он собирался напиться. Я решил от него не отставать, и тоже сделал несколько глотков густого и сладковатого фруктового вина. Оно уже ударило мне в голову, мир становился каким-то слишком быстрым, а я будто бы наоборот застрял, словно муха в паутине. Надо будет узнать, вошла ли Рубленица в состав Союза Торговых Городов, и если вошла, то заказать себе еще несколько бочонков. Молдавское вино никто особо не любит, так что цены на него должны быть невысокими. Но сам я туда уже не поеду. Глупо будет смотреться, если князь лично поедет покупать для себя вино, проще уж караван снарядить. Правда, придется пошлины торговые заплатить.

Ну и черт с ним, могу себе позволить. Я ведь великий князь.

- От этого только хуже, - повторил Славка. - Я от тебя ничего кроме добра не видел. Ты меня из Киева забрал. Ты наш с братом спор рассудил в мою пользу, и даже брата родного мне на расправу выдал. Имение вернул. Но все равно ты мой кровник, раз дядю убил.

- Слава, ты же понимаешь, что я не мог иначе поступить? - спросил я у него. - Если бы я твоего дядьку в живых оставил бы, то мы бы из Оскола не выбрались. Нас убили бы всех, или того хуже, в плен взяли бы, а потом повесили.

- Понимаю, - кивнул боярин. - Но легче мне не становится. Все равно на душе погано.

- А потом, все могло обернуться еще хуже. Дядька твой мог на стороне боярина Ивана выступить, остался бы Орел защищать. Многие бояре остались, и их тоже убить пришлось. Но тогда, возможно, тебе бы самому пришлось бы дядьку своего убить, ты ведь на стены шел, как все. Дрался с орловскими.

- Мы бы договорились, - ответил он.

- Не договорились бы, - качнул я головой. - Если бы он решил поддержать Ивана, то уже не отвернул бы. Ты ведь сам понимаешь, большинство бояр из тех, что идут за мной, они вовсе не за память моего отца воюют. Они надеются что-нибудь для себя вырвать. Кто-то думает, что из молодого меня кукла получится, как в циркусе, ну, знаешь, на ниточках. Что мной управлять можно будет. Кто-то надеется имение новое получить, или другие привилегии. Даже те, кто с начала со мной, тот же боярин Ян, он пошел, чтобы усадьбу свою вернуть, которую его отец проиграл.

- А дружина? - спросил он. - Дружина-то не просто так с тобой.

- Сам ведь видишь, дружинники, которые за мной идут, это старики, которые еще отцу служили. Ну и помоложе, те, кого им уговорить удалось на мою сторону встать. Они да, за наследие дерутся. А бояре нет. Даже Лука, который мой ближний боярин теперь, который столькому меня научил, за мной пошел только потому, что должен мне. Я его сына из орловских застенков спас, из петли, можно сказать, вытащил.

- Ему бы голову отрубили, не стали бы вешать, - почему-то решил уточнить Славка и по новой наполнил нам кубки.

- Да хоть бы и так. Война закончатся, они все с меня спросят. Скажут, вот, мы за тебя воевали, отцовский престол тебе вернули. Теперь ты нам должен. И правь так, как мы захотим. Самое худшее будет, если они какой-нибудь совет попытаются устроить, чтобы он наравне со мной правил. А тогда совсем плохо будет.

- Поясни.

- Ну, вот, будет удобный момент, чтобы войну начать и пару княжеств мелких, что на закате себе забрать. Но я не смогу просто дружину да бояр поднять и туда отправиться, потому что придется совет собирать. А там, пока договорятся, пока что-то решат, время-то уже уйдет, и все, поздно будет. Сам ведь знаешь, когда много людей собираются, проблему решить сложно. У кого-то торговые дела будут, кто-то вообще напьется и не придет, у одного, допустим, дочка замужем за княжичем, и ему с родственниками воевать не с руки. И так по абсолютно любому вопросу будет. Кончится тем, что я по нужде сходить не смогу, совет предварительно не собрав.

- И прямо на совете обосрешься в итоге, - улыбнувшись, проговорил Славка. - Вот потеха-то будет.

Он был уже пьян, это заметно, вот и полезли какие-то дурацкие шуточки.

- Опять же, мне невесту нужно искать. Так тут бояре вообще между собой передерутся, потому что, кто с князем породнится, тот ближе всех к власти будет. Тестя-то как не послушать, особенно если он старше, согласись. Не могу я столько власти боярам дать, иначе растащат страну, только уже не на Пять Княжеств, а на свои малые вотчины.

- Тогда тебе очень нужны друзья, - проговорил он.

- А еще больше не нужны враги, - ответил я. - Особенно враги среди друзей. В общем-то поэтому я и пришел. Виниться перед тобой я не стану, говорил уже, что другого выбора у меня не было. Либо мне было жить, либо твоему дядьке. Да и вообще, я ведь сам тебе обо все рассказал. Подумай, что было бы, если б я умолчать захотел о том, что с твоим дядькой случилось.

- Было бы только хуже, - покивал Славка. - Тогда бы я тебя точно не простил. И вот, знаешь, мне на самом деле простить тебя и хочется, потому что головой понимаю, что прав ты.

- Так отпусти это все, - сказал я. - Забудь. Я твой князь, ты мой боярин. Дядька твой был боярином наместника Ивана. Да, я запрещаю людям говорить, что эти люди наместниками были, но ведь на самом-то деле так оно и есть. Не по правде, конечно, но если по делам смотреть. Против-то никто не был в общем-то. То, что вы договориться с ним смогли бы, далеко не факт. Может быть, и не вышло бы ничего, или наоборот, он тебя на их сторону переманить попробовал бы. Кто знает?

- Знаешь, я сам об этом думаю иногда, - сказал боярин. - Больше чем ты для меня мало кто сделал. Ты, наверное, второй человек после отца для меня, если подумать. И от смерти в Киеве спас, и боярство вернул, братца старшего головой выдал…

- Про боярство ты не прав, - покачал я головой. - Боярства у тебя отобрать никто никогда не сможет, раз ты благородных кровей. Имение, да, вернул. Но боярином Островским ты родился, и никогда никем другим не станешь.

- Разве что князем, - он криво усмехнулся.

- Об этом лучше забудь, - серьезно сказал я. - Князь здесь будет один, и это я.

- Да я же шучу, - сразу же махнул рукой Славка. - Много ты для меня сделал, да, только вот дядька… Не могу я так просто забыть о нем, понимаешь? Родной человек. Долга крови я с тебя спрашивать не стану, можешь не бояться. В спину тоже не ударю, и воевать буду на твоей стороне. Может быть, когда-нибудь и прощу тебя, и тогда мы снова станем друзьями. Но не сейчас, не сейчас. Прости, но не могу.

- Жаль, - я добил остатки вина в своем кубке и встал. - Очень жаль, Славка.

Да, не на такой разговор я рассчитывал, если быть уж совсем честным. Хреново это, когда друзья ссорятся. Еще хуже, когда их разводят обстоятельства, которые от самих людей не зависят. Не мог же я знать, что через три месяца племянника того боярина встречу, и он в мою дружину войдет.

Как и не мог знать, что то убийство такие последствия за собой повлечет. Действовать нужно было быстро, и я сделал единственное, что могло спасти меня, и парней, что доверились мне. Не убил бы я его, так нас быстро отыскали б. Другое дело, что там дружинников во всем Осколе было десятка два, и вряд ли они смогли бы нас взять, в моем-то отряде уже сорок человек было. Хотя кого-нибудь убили бы точно.

Но ошибкой эту историю я все равно не считаю. Правильно я поступил.