Елена Петрова – Фантастика 2024-2 (страница 708)
Два доспеха попроще – толстенные кожаные куртки с наклепанными поверх металлическими пластинами. Пластины с умом размещены, на самых уязвимых местах. Да и в целом броня добротная. А вот еще два совсем плохих: там и кожа рассохшаяся, и металл закреплен кое-как. К тому же одна попорчена самострельным болтом. Починить, конечно, можно, но такая защитит только от слабого или случайного удара, таскать на себе станешь разве уж совсем с полной безнадеги.
Лук – уже второй в нашей компании, но этот гораздо лучше: не простенькая однодеревка, а составной. Без тетивы. Зато стрелы, на мой очень поверхностный взгляд, хороши: все как на подбор ладные, одна к одной. И наконечники на них хорошие, граненые, на броню.
Смешно было только то, что из лука никто из нас стрелять не умел, кроме Игната. Но научиться придется, это и так понятно. Это на первое время можно обойтись самострелами, а настоящий воин должен владеть и тем, и другим.
Еще поддоспешники, да полушубки. Стеганки у нас были, но запасные никогда лишними не будут. Да и тулупчики вполне кстати пришлись к приближающейся зиме. Мне в моей воинской куртке уже прохладно становилось, а так будет, что поверх доспеха накинуть.
Оставалось только то, что могло пойти на продажу: две чаши, кубок, покрытый красивыми узорами, небольшое блюдо, и несколько ложек. Все это из металла, похожего на серебро. По крайней мере, они были тяжелыми, и при ударах друг о друга издавали приятный слуху звон. А еще целый мешок металлической посуды, кажется, бронзовой. Она дешевле, конечно, но мы и ее прихватили. Ну и четыре рулона тонкого окрашенного сукна.
Пока разбирали все это добро, Пашка закончил пересчитывать монеты и ссыпал все в один мешок, который торжественно показал нам и с широкой улыбкой сказал:
– Пятьсот девяносто четыре рубля. В шкатулке: три желтых браслета, два белых, цепочка с кулоном, три пары серег и четверо разноцветных бус. Тоже чего-то да стоят, – не удержался и добавил. – Вот это по мне, парни. Одного бандита зарезали, и всю жизнь можно не работать! Да еще четыре сотни, которые за голову его обещали, получим.
– Ты сперва эти деньги получи, да своей головы попытайся не лишиться, – ответил ему Роман.
– Вообще, ты прав, – задумчиво сказал я. – Как бандиты узнают, кто их главаря убил, так караулить начнут у ратуши. Думаешь, туда много народа с головами в мешках приходит?
– Кстати, а что там с головой? – спросил Пашка.
– Да, что с ней будет, – я повернулся, положил окровавленный мешок, в котором лежала отрезанная голова, на край повозки, развернул…
И в этот момент дверь сарайчика открылась, и в помещение кто-то вошел. Я тут же развернулся так, чтобы закрыть своей спиной нашу добычу на случай, если это кто-то чужой, то тут же успокоился. Это был боярин Сергей.
– Мир дому твоему, боярин, – сказал я и низко поклонился. Парни повторили за мной, Пашке при этом пришлось подняться на ноги, а мешок с деньгами он поспешно спрятал за спиной.
– И вам мир, – кивнул княжий мытарь и, явно немного нервничая, спросил. – Ну как у вас? Получилось?
Ничего не ответив, я запустил руку в мешок и за волосы вытянул из нее голову Гаврилы Грача. Боярин подошел ближе, пальцем коснулся носа бандита, заглянул в единственный остекленевший глаз.
– Забавно, – проговорил он и покачал головой. – Надо же, поймали все-таки птичку.
– Поймали, боярин, – как можно более беспечным тоном ответил я. – И, как видишь, голову свернули.
– Как нашли-то? – спросил он.
– Нашли человека его, да расспросили, – пожал я плечами. – У Грача хутор был за городом, там еще озеро рядом такое, сточное. Ну, мы ночи дождались, потом вошли…
– Тихо всунули и ушли! – громогласно пошутил Пашка и сам заржал над своей же шуткой.
Боярин, правда, на его реплику не отреагировал: осматривал трофеи, привезенные нами из разграбленного грачевского хутора. И тут мне пришла идея, что Сергей может нам помочь и со второй частью плана: получением у Анисима награды. Если кто-то из нас придет в ратушу – это будет подозрительно, а если боярин и княжеский мытарь, то вполне нормально. Ему по делам туда ходить положено.
Но только вот, чтобы согласился он, стоило подкрепить свою просьбу хорошим подарком. Я положил голову на мешок, схватил украшенный узорами кубок и с поклоном протянул Сергею.
– Возьми, боярин, – прокомментировал я свои действия. – Если бы не ты, то никогда нам до Грача не добраться.
– Это мне перед вами отдариваться надо за Грача-то, – мотнул головой Сергей, но кубок взял, и вдруг уставился на доспех. Тот самый, что так приглянулся мне. – Посмотреть можно? – спросил он.
Пришлось разрешить. Отложив мгновенно забытый кубок, Сергей подошел ближе к доспеху, погладил сукно, поковырял пальцами заклепки и принялся проверять, насколько плотно пластины прилегают друг к другу. Зацепила броня боярина, значит, не показалось мне, и она действительно добрая.
– Продай, а? – обратился ко мне он. – Четыреста рублей дам.
– Извини, боярин Сергей, – помотал я головой, старательно изображая сожаление. – Не могу я. Мы ведь для того за Грачом и пошли, чтобы денег себе добыть на мечи добрые, да на доспехи.
– А зачем вам оружие и доспехи? – спросил мытарь, не без сожаления отложив великолепную броню, и посмотрел мне прямо в глаза.
И мне вдруг захотелось честно рассказать обо всем. Сказать, что я – сын князя Кирилла, а оружие, доспехи и добрая дружина мне нужна, чтобы завоевать отцовский престол, принадлежащий мне по праву рождения. Нравился мне боярин, честным и открытым человеком казался, помог опять же, почти бескорыстно.
Но здравомыслие перевесило симпатию, и я ответил совсем другое:
– Соврал я тебе, боярин, в первый раз, прости меня. Нет нам пути назад в Васильево село, изгои мы. И решили, боярин, дальше наше дело продолжить. Будем путешествовать по земле, разбойников выискивать и суду предавать.
– Так идите ко мне в дружину, – в очередной раз предложил Сергей. – Мне такие люди очень понадобятся. И не новиками, в полноправные ратники возьму, сегодня же воинские пояса вам навешу. Чего вы стоите, уже доказали – он снова кивнул на голову Грача.
– Нет, – снова помотал я головой. – Прости боярин, но мы вольной жизни хотим попробовать. Позже – может быть, но не сейчас.
– Понимаю, – он вздохнул, но ни злости, ни разочарования на его лице не отразилось – Я вам денег должен, все вернули в целости. Держи.
Он запустил руку в карман и передал мне небольшой кошелек, тот же самый, который чуть раньше я отдал ему за телегу и коней. В нем было семьдесят семь рублей, но теперь они уже не казались таким богатством как раньше.
– И я бы рухлядь у вас купил, – кивнул он на кубки и ткани. – Она в вашем деле ни к чему, а деньги всегда пригодятся. Цену честную дам, больше чем на рынке.
– Деньги нам нужны, а рухлядь и правда ни к чему, – согласился я. – И позволь тебя еще о помощи попросить?
– Что такое? – снова спросил боярин.
Спросил нормально, без раздражения, поэтому я решился продолжить.
– Люди Грача поймут, что убили его охотники за головами. Скорее всего, следить будут за ратушей, а нам бы голову сдать, пока не протухла. Можно тебя попросить ее отнести, мало ли, по делам будешь в ратуше?
– Мести боишься? – то ли спросил, то ли констатировал боярин, но все же согласился. – Хорошо, помогу, съезжу сегодня. Мне все равно по делам туда нужно.
– И еще, – я вздохнул. – В городской страже, среди торговцев, да и в ратуше, наверняка Грачевы люди есть. Хорошо, если они после смерти его разбегутся, а никак другого главаря себе найдут?
– Выметем, – голос Сергея окреп, и опять звучал, как положено голосу сильного и уверенного в себе мужчины. – Поганой метлой выметем.
– Да, и я помочь тебе в этом хочу. Узнай, на чьей земле хутор его сказал. Друг мой – кивнул я на Ромку. – Думает, что кто-то из купцов эту землю специально для Грача выкупил. А, значит, его это человек. Так и на остальных выйти можно будет.
– Разумно, – покивал Сергей. – Попробуем, Олег. За добычу свою не беспокойтесь, можете прямо здесь оставить, чужой никто не возьмет. Постели вам в избе, где дружина моя живет, уже приготовили. Если есть захотите – кликните Антипку, он распорядится.
После этого боярин сердечно распрощался с нами и ушел. Ну да, не целый же ему день тут торчать, у него и свои дела есть.
А мы отправились спать: сказалась бессонная и, что еще важнее, беспокойная, ночь, так что все мы валились с ног от усталости и есть никому не хотелось. Даже Пашке, что меня совсем уж удивило: не замечалось за ним такого. Пожрать хорошенько он всегда был горазд.
Глава 21
Спал я на удивление крепко: казалось, что не успел коснуться головой подушки, как проснулся от того, что Пашка тряс меня за плечо. Я, правда, хотел послать его куда подальше, чтобы он не мешал мне отдыхать, но, когда выяснилось, что провалялись мы до самого вечера, решил все-таки встать.
А я еще боялся, что мне кошмары с убитыми мальчиками и отрезанными головами сниться будут. Но нет, пронесло. А может быть, просто слишком устал.
Зато на кошмары пожаловался Пашка: сказал, что толком не выспался, потому что ему все время снилась летящая за ним отрезанная голова Грача, которая щелкала зубами и норовила отхватить от парня кусок побольше. Хотя несмотря на его слова, выглядел он вполне себе бодрым.