Елена Пакровская – Выход из ада (страница 7)

Спустившись в метро, я ступила на платформу, насыщенную унылой повседневной рутиной. Люди вокруг меня, как потерянные души, сновали из стороны в сторону: кто-то с чашкой кофе, кто-то погружённый в экран телефона, кто-то, нервно грызущий ногти – каждый в своём мире, каждый со своим грузом. Здесь, среди них, не было никого, кто бы знал, что всего через несколько минут эта скучная сцена превратится в кошмар.

Поезд задерживался, и я, прислонившись к холодной колонне, сжимала ремешок своей сумки так сильно, что костяшки стали белыми. Вопросы, крутящиеся в моей голове, нарвались на одну и ту же идею: зачем я вообще продолжаю все эти мучительные дни? Зачем каждый раз выхожу из дома, делая вид, что живу, когда в сердце, словно вечный холод, царит пустота?

Мои глаза уставились в темный тоннель, как будто пытаясь разглядеть глубину своей собственной пропасти, которая тянула меня всё дальше.

Внезапно я расслышала странный хлопок. Сначала это напоминало звук упавшей сумки или лопнувшего пакета, но потом он повторился – ближе и громче. Что-то внутри меня сжалось, и я в недоумении посмотрела на людей вокруг. Низкий, испуганный крик, разнесся по платформе, заставив меня вздрогнуть.

Это был не просто крик испуганных людей – это был крик настоящего ужаса, животного страха, который мгновенно заглушил все мысли о правилах и логике. Инстинкты, подавленные и спрятанные под слоями обыденности, вдруг рванулись на волю.

Я метнулась взглядом в сторону, и это было словно кадр из фильма, где реальность растягивается до предела. Несколько человек, сгорая от страха, ринулись к эскалатору. Все на мгновение замерли, будто время остановилось, и я не могла понять, что происходит.

И тогда я его увидела.

Парня в чёрной куртке. В его руках сверкает пистолет, и в тот миг всё привычное, обыденное закончилось. Он стрелял. Воспоминание о том мгновении навсегда впечатывалось в мою память: он стрелял наугад, с бездумной жадностью, раз за разом нажимая на курок.

Я стояла как вкопанная. Весь мир вокруг меня скатился в хаос. Страх сжался в комок в горле, оковывая тело. Я чувствовала, как каждое мое желание – упасть на пол, спрятаться или броситься к выходу – тонет в невыносимом страхе, и ноги не слушались, словно приросли к плитке.

Хлопок раздался снова. Лёгкий щелчок – где-то внутри головы; боли не было, только странное ощущение, как будто острая игла коснулась кожи. Я машинально потянулась к виску. Моё прикосновение стало липким – кровь. Моя кровь.

Сначала я не могла принять реальность. Она словно плыла в толще другого мира, и каждый звук оказывался приглушённым, будто я смотрела на всё это из-за мутного стекла аквариума, отделяющего меня от бурлящей жизни.

Сквозь эту пелену хаоса я увидела, как люди невольно завели себя в дикий бег, кто-то пал, кто-то кричал совершенно бессвязно. Я пыталась сделать шаг, но колени подогнулись, и я опустилась на землю. Тёплая плитка показалась мне странно утешительной, в то время как взгляд мой скользил по полу, оставляя за собой тонкие алые линии, как следы в ужасе.

Паника охватила мое сознание, и в этот миг вспыхнул белый свет фар, когда поезд мчался в мою сторону. Я ощутила, как будто я начала растворяться, и полностью отдалась этому ощущению.

А затем пришла темнота.

Тихая, ненавязчивая темнота, которая нежно обнимала меня, как любимое одеяло. Я не знала, сколько времени прошло. Кажется, время перестало существовать. Были лишь вспышки – мерцающие обрывки воспоминаний, голосов и странных ощущений, как будто я плыла в бесконечной пустоте.

Вдали слышались крики, хныканье, слёзы, но всё это казалось волной, накатывающей на берег моего сознания и уходящей в никуда. Я не могла понять, сплю ли, жива ли я, есть ли я вообще.

Как бы мне ни хотелось, мой разум был заточён в теле, кажущееся слишком тяжелым и непонятным. Я не могла пошевелить пальцем, открыть глаза, даже закричать, хотя хотелось так сильно. Режим существования был сконструирован так, что я оказалась узником самой себя.

Иногда, в моменты полудремы, ко мне приходили сны. Или же, возможно, это были составные части моих воспоминаний. В этих снах я снова видела его – того, кто когда-то был мне дорог. Он стоял на краю платформы, безучастно смотрел на меня, а я тянулась к нему руками. Моя душа кричала, но он разворачивался и уходил в темноту, оставляя меня одну в бездне.

Иногда я слышала голос, который бередил мой внутренний мир. Мамин голос, пронизанный слезами и молитвами: “Леночка… пожалуйста… вернись…” Эти слова, будто искра, вспыхивали внутри, вознося чутье надежды, но затем снова накрывала темнота, забирая с собой все светлые моменты.

Медленно, безмолвно в мою пустоту начали прорываться капли жизни. Сначала – запах: стерильный, горький и резкий, который резко обозначал больничные стены. Мой мозг отказывался принимать это, но память всё равно возвращалась.

Затем появился звук – тихий писк капельницы, далекие шаги по коридору, шорох бумаги – всё это утопало в тишине, заполняя пространство звуками, которые я мечтала бы не слышать. Но, как бы я ни старалась, они становились частью меня.

После этого ощущение тяжести в теле; будто меня собрали заново, но не из живого материала, а по чистой бетонной формуле. Каждый вдох напоминал о себе, как механический скачок, отзывающийся в глубине.

И вот в момент осознания я приоткрыла глаза.

Мир не был ясным – расплывчатым, как если бы кто-то вылил ведро дождя на стекло. Свет ударил в глаза, обжигая, и моя голова запульсировала под давлением невыносимой боли. Я пыталась произнести что-то, попытаться позвать кого-то к себе, но из горла только вырвался хрип.

Тень склонилась надо мной, затем чьи-то руки осторожно поправили подушку, и я услышала женский голос, полный усталости и тепла, который прошептал: “Она очнулась…” На этом моя борьба вновь увела меня в тишину.

Так прошло ещё кокое-то время.

Я медленно, мучительно возвращалась к реальности. Мой разум был подобен дому после пожара: обгорелые стены, проваленные перекрытия, густой дым и сажа, всё это вместе образовало картину моих переживаний.

Я не знала, сколько мне лет, кто я была, зачем живу. Все эти важные вопросы, которые когда-то казались ключевыми, теперь канули в лету. Боль стала единственной реальностью.

В этот раз боль моего тела, и боль памяти, которая резала, как лезвие ножа. Боль существования, непрекращающаяся и неизменная.

В тот момент, когда я смогла впервые сдвинуть пальцем, моя медсестра разрыдалась, словно это был её личный триумф.

Когда я смогла произнести “мама”, и в этом слове заключила всю свою страсть и страхи, мир, в котором я существовала, развернулся совершенно по-новому.

Когда я впервые с трудом села на кровати, мне казалось, что я подняла Эверест. И только тогда пришло осознание, что я родилась заново. Я была сделана из боли, из пустоты, из самой глубины ада.

Глава 11

Глава 11. Точка невозврата

Я не знаю, сколько боли может выдержать человек. Наверное, у каждого своя мера и предел, но в тот момент у меня не было выбора. Судьба не спрашивала, готова ли я. Как только я начала хоть немного привыкать к психологической боли от разлуки с Игорем, словн

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.