Елена Орлова – Противостояние (страница 37)
Забравшись, с кошачьей грацией, на софу, подруга уютно устроилась в уголке и обхватила изящные коленки руками.
— Мил, садись! — промурлыкала она, похлопав ладошкой рядом с собой. В предвкушении приятного разговора девушка сделалась необычайно хорошенькой. Крупные черты Лелиного лица находились между собой в полной гармонии, а прекрасные, с поволокой, глаза, цвета спелой вишни, неизменно вызывали восторг у противоположного пола. Девушку можно было бы назвать даже красивой, если бы не великоватый, хотя и правильной формы нос, который слегка портил общее впечатление. Порывистая, эмоциональная, немного капризная, поздний заласканный ребенок у своих пожилых родителей, она всегда пыталась настоять на своем, но за кажущейся ветреностью и кокетливостью скрывались острый ум, доброта и редкая, между молодыми девушками, способность к настоящей верной дружбе. У Лены дня не проходило без бурной ссоры со своим возлюбленным и такого же бурного примирения. Правда, на сей раз она слегка переборщила. Сергей действительно рассердился. Лена сильно переживала, но заставить себя перешагнуть через собственную гордость и сделать первой шаг навстречу не хотела и не могла.
— Лель, по-моему, вам спокойно жить неинтересно! Ты каждый раз возмущаешься, злишься. Завтра опять помиритесь, вот увидишь! Милые бранятся, только тешатся.
— Точно, ты права! Думаешь, он попросит прощения? — Лена жалобно, по-детски, посмотрела на рассудительную подругу.
— Без всякого сомнения! Лель, не кисни!
— Хорошо! — Девушка тряхнула головой, и облако густых волнистых темно-русых, с золотом, волос рассыпалось по плечам.
Мила невольно залюбовалась:
— Посмотри на себя! Это Сергей должен бояться потерять такую красавицу, как ты!
— Вот еще, — фыркнула Лена. Впрочем, слова подруги совершенно изменили ее настроение. Раскинув руки, она потянулась и воодушевленно воскликнула: — Представляешь, целый месяц свободы! Как здорово без родителей, одним! — Не услышав ответа, девушка кокетливо надула губки и исподлобья взглянула на Милу:
— Ты рада или нет, не пойму?
— Рада-то, рада, только маму жалко, она там одна…
— Почему жалко? Мы Надежду Михайловну навещать будем, и она нас. Брось, Мил, твоя мама, наоборот, передохнет от тебя. Должна же у нее быть хоть какая-то личная жизнь!
— Я об этом не задумывалась.
— А ты задумайся, пока она еще не старая. Там, смотришь, и нового папу приведет! — шутливо поддела Лена свою слишком серьезную подругу.
Мила нахмурилась, недовольная легкомысленным тоном:
— Другого отца мне не нужно! — и обиженно отвернулась к окну.
— Извини, я не хотела тебя расстраивать…
— Ничего…
— У меня есть предложение. Только сразу не отказывайся и не злись. Обещаешь?
— Смотря какое предложение!
Догадавшись о замыслах своей подруги, Мила усмехнулась. Лена постоянно пыталась ее с кем-нибудь познакомить. Предыдущие попытки оказались весьма неудачными, поэтому девушка не горела желанием вновь мучиться в компании нудного кавалера.
— Забыла сказать, в пятницу, если, конечно, мы с Сергеем помиримся, к нам в гости придет его товарищ по работе, зовут Сашей. Сережка говорит, он очень симпатичный.
— Не знаю, — в раздумье протянула Мила.
— А что тут знать? — подруга округлила глаза. — Ты сейчас ни с кем не встречаешься. В конце концов, не понравится, и ладно! Другого найдем!
— Хорошо, ты ведь теперь от меня не отстанешь! — обреченно выдохнула Мила.
— Конечно, не отстану! — подтвердила Лена и озорно улыбнулась.
В пятницу девушки ждали гостей. Они очень хотели произвести на ребят впечатление. Поэтому меню прорабатывалось заранее. Леля решила поразить их воображение блюдом с экзотическим названием «Цыпленок по-карски». Но вот беда: девочки не знали, что Валентина Семеновна, Ленина мама, купила им, за неимением других, суповых импортных кур. «Цыпленок» оказался «железобетонным». Он буквально встал дыбом на сковородке. Вторым «сюрпризом» следовало Милино свиное рагу. В купленном наборе присутствовали кости и напрочь отсутствовало мясо. Хотя с блюдами молодые хозяйки промахнулись, вечер получился веселым и непринужденным. Вместе посмеявшись сначала над несъедобным цыпленком, а затем над костистым рагу, компания дружно принялась за бутерброды. С первой минуты знакомства Александр не сводил с Милы влюбленных глаз. Улучив момент, Лена шепнула ей на ухо:
— Ну, все, Мил, парень пропал. Тебе-то он понравился?
— Красивый. А в отношении остального как получится…
— Если долго мучиться, что-нибудь получится! — многозначительно пропела Лена.
— Прекрати! — одернула Мила подругу.
Перед уходом Александр попросил:
— Мила, мне хотелось бы продолжить наше знакомство. Я еще к вам зайду?
— Хватит «выкать», не смущай девушку! — вмешался Сергей.
— Правда, Саш, давай на «ты»! — поддержала Мила.
— Хорошо. Ты мне так и не ответила.
— Конечно, приходи, буду рада! — Она открыто посмотрела на Александра. При виде обворожительной белозубой улыбки и ямочки на подбородке Милино сердце дрогнуло.
После ухода гостей Лена нетерпеливо потребовала:
— Рассказывай, как он тебе? Правда, хорош? Я даже позавидовала! Мой Сергей намного хуже!
— Не выдумывай! Парень действительно красивый, но это скорее недостаток, чем достоинство. Не верю я таким! Наверняка избалованный! Привык, чтобы девчонки сами ему на шею вешались! Думаю, ничего у нас не выйдет!
— Мил, да ты что?! Разве можно упускать свой шанс?! — искренне изумилась Лена. — Он же от тебя без ума! А если это любовь с первого взгляда?!
— Не сочиняй! — притворно отмахнулась девушка, чувствуя, как застучало от слов подруги пойманное в капкан сердце.
Всю ночь Мила провела без сна. Уже светало, когда она распахнула настежь окно. Утренний туман накинул воздушную вуаль на безмятежно спавший город.
— Как хорошо! — восхищенно проговорила девушка и прикрыла глаза. Нежное лицо озарилось счастливой улыбкой. Хотелось смеяться, петь, танцевать, ощущать себя молодой и безрассудной…
Незаметно пролетел месяц. Каждый вечер Мила проводила со своим возлюбленным. Они бродили по осенней Москве с мокрыми, блестящими, в свете уличных фонарей, тротуарами, жадно вдыхали сырой воздух, пронзительно-терпкий от коричневой прелой листвы. Иногда, переполненная чувствами, Мила поднимала голову к небу, пытаясь сравнить свою любовь то с прекрасной музыкой, то со стихами. Но чаще просто шептала, тихо обращаясь к кому-то невидимому:
— Божественно…
И некто невидимый отвечал ей ласковым дуновением ветерка.
Однажды она обмолвилась Саше, что любит белые хризантемы. На следующее свидание он принес ей роскошный букет. От цветов веяло прохладой и горьковатым, только им свойственным ароматом. Мила задумчиво рассматривала пышные, тяжелые шапки хризантем, иногда притрагиваясь к упругим лепесткам губами.
— Знаешь, для меня они олицетворяют позднюю осень.
— Ты права, — согласился Саша, — вот послушай:
— Красиво! Но почему «обманутых надежд, несбывшихся желаний»?
— Думаю, из-за позднего цветения, дающего призрачную надежду на продолжение лета жизни. Но, увы! Зима неизбежно приходит в положенное время.
— Удивительно точно! Саша, чье это стихотворение?
— К сожалению, забыл. Оно попало мне на глаза давно, лет семь назад. Имя поэта стерлось из памяти, а стихи остались. Милочка, ты совсем замерзла, вся дрожишь! Смотри, даже твой красивый маленький носик покраснел.
— Холодно. А скоро станет еще холоднее. Пойдем, Саша, ко мне, чай пить!
— Неудобно…
— Если ты мамы стесняешься, то напрасно! Она будет только рада! Ей одной дома грустно.
— Ну, пошли, — согласился Саша. — По дороге заглянем в булочную, купим к чаю торт или пирожные.
— Можно и без них, — смутилась девушка.
— Обсуждению не подлежит! — шутливо скомандовал молодой человек и подхватил растерявшуюся Милу на руки.
— Отпусти, ты что! Люди смотрят!