Елена Обухова – Тринадцатая запись (страница 5)
Ее вопросительный взгляд в первую очередь предназначался Кате, которая продолжала снимать, но даже на лице той отражалась неуверенность.
Впрочем, ответить никто из девчонок не успел: наверху послышался хлопок двери и хруст ключа в замке: два оборота.
– Нас что, заперли здесь? – испуганно пискнула Дашка.
А Катя и Диана разом бросились к лестнице, напрочь забыв про загадочный шкаф. Никто не знал, что они будут делать, если дверь действительно окажется заперта, но решать и не пришлось: та легко поддалась.
– Просто сквозняк, – облегченно выдохнула Катя.
– А как же звук ключа? – возразила Диана, придирчиво осматривая замочную скважину, словно та могла рассказать ей, что произошло. – Мы ведь все его слышали?
– Это именно то, что я называю играми разума: мы услышали хлопок двери, а остальное додумали, испугавшись.
– Все одновременно? – поддержала Диану Дашка.
Катя только пожала плечами и отвлеклась на звук приближающейся машины. Диане показалось странным, что звук этот доносится до них так отчетливо, ведь все двери и окна, насколько она видела, были закрыты.
«И откуда же тогда взялся сквозняк?» – задалась она вопросом, но произнести его вслух не успела.
Оказалось, что сначала ветер распахнул дверь в главном холле. Вероятно, они плохо ее закрыли, когда вошли, слишком сосредоточенные на необходимости найти подругу.
«И все же, – никак не могла успокоиться Диана, пока Катя принимала от курьера два десятка картин, предназначенных для украшения коридоров гостиницы, а они с Дашкой помогали заносить их внутрь. – Входную дверь ветер мог толкнуть и распахнуть, но чтобы захлопнулась дверь в подвал, нужен сквозняк. Откуда он взялся? Внизу ничего такого не чувствовалось, так что вряд ли там откуда-то тянет…»
И звук поворота ключа. Она была уверена, что слышала его. Катя может сколько угодно ссылаться на игры разума, но в своем здравомыслии Диана не сомневалась. Кто-то дважды повернул ключ в замке. Возможно, один раз на закрытие, другой – на открытие, раз потом дверь оказалась не заперта. Но кто? И зачем? Вероятно, кто-то из парней все же здесь и помогает Катьке их разыгрывать. Или Лерка, хотя она обычно к подобному не склонна, но всякое может быть. А такое огромное здание при всем желании не проверить.
– Так, а это откуда? – Диана услышала сквозь собственные мысли удивленный голос Кати. – Двадцать же должно быть. А их двадцать одна.
– Может, Ткачева забыла, сколько заказала? – предположила Дашка. – Или округлила.
– Да нет, их и по накладной двадцать, – задумчиво протянула Катя, сверяясь с документами. – Ладно, больше – не меньше. Наверное, что-то лишнее выгрузили по ошибке. Вернутся. Поможете повесить? Или сначала прогуляемся на второй и третий этажи?
Глава 2
Держась в правом ряду, Юля ехала, с силой вцепившись в руль и напряженно вглядываясь в бегущее навстречу полотно асфальта. Она начала водить самостоятельно не так давно, права получила меньше года назад, и первые полгода малодушно сачковала, постоянно находя оправдания вызову такси, поездкам с водителем мужа и даже на общественном транспорте. Только когда появилась необходимость регулярно выбираться за МКАД, чтобы посетить недавно купленное под гостиницу здание на Медвежьем озере, она наконец заставила себя ездить самостоятельно. И делала это даже зимой, когда обстановка на дорогах была сложнее.
И все же пока она чувствовала себя не очень уверенно, особенно в вечерних сумерках. А сегодня доехать до заката не получилось. Поэтому двигалась она медленно, позволяя всем желающим обгонять себя слева, что они с удовольствием и делали.
Когда впереди показался знакомый указатель, Юля облегченно выдохнула и включила сигнал поворота. Теперь оставалось всего три километра по проселочной дороге, на которой пока не бывает других участников движения, – и она на месте.
К тому моменту, когда она заехала на парковку и заглушила двигатель, на улице окончательно стемнело: солнце опустилось за горизонт, и даже его прощальные лучи померкли. Уличное освещение вокруг гостиницы отчего-то не работало, с этим придется разбираться. Юля сразу достала из сумки, стоящей на пассажирском кресле, смартфон и вбила себе в календарь задачу. В последнее время ей приходилось заниматься таким количеством мелких и крупных дел, что они путались в голове и вылетали из памяти. Если не запишет сейчас, рискует вспомнить об этой проблеме только завтра после заката, когда разбираться будет уже поздно.
В самой гостинице свет тоже почти нигде не горел, только в главном холле, в коридоре с комнатами, предназначенными для персонала, и в кухне на другой стороне здания, как приметила Юля, еще только подъезжая. Также ярким светом было залито все просторное крыльцо, что давало хоть какое-то освещение на улице.
«Хорошая девочка, экономная, – подумала Юля, вылезая из машины, – но пока не приедет Влад, я включу свет везде».
Она знала, что ей предстоит провести в одиночестве еще по меньшей мере час или два. И ее это пугало, хотя Юля и убеждала себя, что никакой опасности нет.
Вытаскивая из багажника небольшой чемодан, она некстати подумала, что ей так и не удалось за эти годы стать настоящей леди, которая всегда дожидается, когда дверцу машины откроет водитель, и не прикасается к тяжелым сумкам и тем более – чемоданам. Нет, Юля по-прежнему предпочитала считать себя дееспособным человеком с руками вместо лапок. Да и ждать, когда приедут Влад с Игорем, чтобы последний принес ей вещи, не было сил. Она устала от делового костюма, каблуков и макияжа, мечтала до приезда мужа принять душ, умыться и влезть в джинсы и свежую футболку. Благо Владу никогда не было дела до того, как она выглядит. А вот запах имел огромное значение.
С парковки можно было выйти на выложенную плиткой дорожку: по ней было бы проще катить чемодан, но это делало путь немного длиннее. Совсем незначительно, при свете дня удобство перевесило бы, но сейчас, в темноте, Юля предпочла пройти напрямик. Зловеще раскачивающиеся деревья действовали на нервы, поэтому хотелось поскорее оказаться в помещении.
«Неужели будет гроза?» – промелькнуло в голове.
Очень уж походило природное волнение на начало бури. Ей всегда казалось, что апрель – это слишком рано для гроз, но в этом году погода определенно шла с опережением графика, поэтому конец апреля вполне соответствовал началу мая.
Юля едва успела подняться на крыльцо, когда дверь гостиницы распахнулась, и навстречу ей выскочила Катя. Девчонке наверняка не терпелось уехать домой.
– Вам помочь? – вежливо осведомилась она.
– Да нет, я справлюсь, спасибо, – отказалась Юля, втаскивая чемодан по ступенькам, хотя рядом находился вполне удобный въезд, пригодный и для чемоданов на колесиках, и для колясок – детских и инвалидных. – Как у нас дела?
– Все прекрасно, – бодро отрапортовала Катя. Даже слишком бодро. Ее голос звучал немного нервно, но Юля не придала этому значения. Мало ли какие у девчонки обстоятельства. – Все, о чем вы говорили, привезли. Мебель, бильярдные столы и тренажеры установили, а картины мы сами развесили, чтобы не стояли.
– Мы? – удивилась Юля, оглядывая холл, словно пытаясь найти, кто еще может здесь быть.
– Меня как раз в понедельник пара подруг навещала, – улыбнулась Катя. – Вот я их и припахала, чтобы без дела не шатались. Только знаете, что странно? Вы говорили, картин будет двадцать. Их и по накладной было двадцать, а по факту выгрузили двадцать одну…
– Ну, что-то лишнее, видимо, выгрузили. Заберут, когда обнаружат ошибку.
– Да, я сначала тоже так подумала, но потом мы увидели, что на стенах подготовлены места под двадцать одну картину: по семь на каждом этаже. Я еще в понедельник позвонила курьеру, который у меня был, уточнила, он сказал, что все развез и везде всем всего хватило. Так что ничего лишнего он не оставлял. Поэтому мы повесили все картины. Вроде логично получилось – по семь на этаж?
Катя вопросительно посмотрела на нее, но Юля не смогла быстро ответить, слегка «зависнув». Она была уверена, что дизайнер отвел под картины двадцать мест: по семь на втором и третьем этажах и шесть на первом, поскольку здесь часть пространства была предназначена для персонала. Юля помнила, что ее это удивило. Ей казалось более правильным украшать коридоры для гостей и для сотрудников одинаково, но она не стала спорить. Не любила это дело, а вопрос выглядел не таким уж принципиальным.
Может, дизайнер заметил ее недовольство и внес в проект изменения? Но разве он мог не согласовать это с ней? Или он согласовал, а она не обратила внимания или вовсе забыла? В последнее время она много работала и мало спала, поэтому порой в голове что-то путалось.
– Ладно, пусть будет двадцать одна, мне не жалко, – решила Юля.
– И некоторые линии электричества почему-то отключаются, – добавила Катя, махнув рукой в сторону темного коридора. – И на верхних этажах периодически такая проблема. А здесь и в комнатах для сотрудников – никогда.
Юлю эта новость, конечно, не обрадовала. Она пересекла холл. В оглушительной тишине пустой гостиницы набойки каблуков простучали по полу неприятно громко. Нашла пальцами выключатель на стене и щелкнула им. Лампы на потолке покорно вспыхнули, освещая всю длину коридора до самого поворота – там находился еще один выключатель, зажигающий свет дальше.