Елена Новикова – В городе (страница 2)

– Олег снова смылся куда-то. Мать психует.

– Слушай, а ничё, что Олежа ваш – лось здоровый и безмозглый? – Леся налила в чашки кипятка.

Игорь стоял у окна и шумно сопел. На лбу мужчины пролегли морщинки, губы плотно сжались.

– Ты же не собираешься всё бросить и рвануть искать этого придурка? Да? – Леся перестала намазывать на кусочки батона паштет. – Гарик?

Положив нож на стол, девушка подошла и обняла его, прижимаясь к широкой спине.

– Пообещай мне, что в этот раз ты не станешь его искать, – просила она. – Даже если он попал в неприятности, пусть сам выкручивается. Сколько ты можешь за ним присматривать? Он уже вырос.

– Этот придурок мой брат.

– Они вспоминают об этом, когда нужно его вытащить из очередной передряги.

Олеся мягко развернула Игоря лицом к себе, заглянула ему в глаза.

– Ты в отпуске. Я в отпуске. Завтра мы поедем выбирать путёвки. А потом рванём к морю. Будем целыми днями валяться на пляже, а вечерами зажигать в клубах.

– Мы сгорим в первый день, – улыбнулся Игорь, обнимая девушку.

– Обязательно сгорим! – засмеялась Леся. – И ты всю ночь будешь мазать меня кремом и обтирать мокрым полотенцем.

***

– Игорь, ты уже доехал? – было слышно, как мать ходит по квартире.

– Э, – протянул Игорь, – нет.

Он бесцельно валялся на диване, перещёлкивая каналы телевизора. Леся укатила к себе и раньше, чем завтра не приедет.

– Но подъезжаешь, да? Там пробки?

– Мам, я не поехал, – признался Игорь.

– Как же так? – возмутилась мать. – Мы ведь с тобой утром разговаривали.

– Чтобы подать заявление о пропаже человека, не нужно ехать по его адресу. Я узнавал.

– Значит, ты написал заявление, – немного успокоилась женщина.

– Нет, – коротко ответил Игорь и чуть отстранил телефон от уха.

– Что? Я не расслышала.

– Я ничего не писал. Мам, он взрослый мужик. Сколько можно за него переживать?

– Да что ты такое говоришь? Ему невозможно дозвониться уже столько дней, а ты предлагаешь мне успокоиться? Игорь! С ним что-то случилось!

– Да он, скорее всего, где-то со своими друзьями зависает.

– Я поняла, – голос матери стал отстранённым.

«Сейчас начнётся», – подумал мужчина, закрывая глаза ладонью.

– Я всё поняла. Мы тебя вырастили, на ноги поставили, кормили-поили, одевали. Я ночи не спала, сопли тебе вытирала. А теперь мы для тебя никто. Зачем тебе родители и брат. Ты же нас никогда родными не считал. Скотина неблагодарная!

– Ну знаешь! – Игорь со злостью смахнул пальцем по экрану, прекращая звонок.

Эти разговоры о неблагодарности порядком его бесили. Ему следовало бежать к родителям по первому зову. Решать проблемы Олега. Подкидывать ему денег. Первая серьёзная ссора в семье Черданцевых разыгралась после того, как Игорь взял в ипотеку эту самую квартиру.

– Вот значит как. Не нужны мы тебе стали, – плаксиво сказала мать, когда Игорь радостно сообщил, что съезжает.

– А что ты, Галь, хотела? Всё, – развёл руками отец.

– Кто теперь за нами присмотрит?

– Олег же с вами.

– Через месяц он уедет на учёбу. И всё. Никому старики не нужны.

Потом мать просила отказаться от квартиры, за которую Игорь уже внёс часть суммы. Отец прикидывал, сколько Игорю придётся выплачивать и куда можно было бы потратить эти деньги.

– Вон, ремонт пора делать. Обои уже надоели.

Но Игорь ушёл и несколько месяцев не общался с семьёй. Потом кое-как всё наладилось. Однако при каждом удобном случае его стали укорять в неблагодарности.

– Да что ты ведёшься? – спрашивала Леся. – Твоя мамаша тот ещё манипулятор. Вырастили – спасибо. Ты им денег подкидываешь, Олежу из жопы постоянно вытаскиваешь. Пусть радуются.

***

– Игорь, матери плохо. Только что «скорая» уехала, – голос отца был тревожным.

– Что-то серьёзное?

– Давление подскочило. Она ведь уже вторую ночь нормально не спит. А тут…

– А тут я ещё, да?

– Ну зачем ты так? Сын, прошу тебя, как человека прошу, съезди. Узнай, что там и как. Мы ведь переживаем.

На языке вертелись отговорки. Леся была сто раз права. Но Игорь просто не смог себя заставить отказать.

– Ладно. Завтра с утра поеду.

Ну, действительно, что такого? Съездить в столицу, заглянуть в квартиру брата. Удостовериться, что он тупо где-то с друзьями. Найти его и навешать хорошенько. Заставить позвонить родителям и успокоить их. А потом с чистой совестью взять тур куда-нибудь к пальмам и белому песку. Покидать в чемодан вещи. Взять весёлую, смеющуюся Леську – и в аэропорт. Две недели райского отдыха, вдали от города.

– Только не говори, что ты реально туда поедешь! – Олеся злилась.

– Да ладно. Там дел на полдня.

– Гарик, ты дурак? Они так и будут на тебе ездить.

– Это ж семья. Лесь…

– Знаешь, что? Езжай! До конца жизни будешь за Олежей приглядывать?

– Это в последний раз. Честно.

– Иди к чёрту, Черданцев! – выпалила девушка, вздохнула и добавила мягче: – Спокойной ночи.

***

За ключом от квартиры Олега пришлось заезжать к родителям. За месяц, что Игорь их не видел, старики сильно сдали. Мать вышла в прихожую – а дальше Игорь и не проходил – с перетянутой платком головой. Отец кутался в безрукавку, хотя на улице было очень тепло для начала сентября.

– Ну, сукин сын, только я до тебя доберусь, – бурчал под нос мужчина, спускаясь с лестницы.

Внутри щемило от жалости к двум немолодым людям, оставшимся в квартире наверху. Их обеспокоенность передалась Игорю.

В столицу он приехал ещё до полудня. Навигатор проложил путь через дворы, минуя светофоры, пешеходные переходы и скопления автомобилей.

Игорь поднялся на третий этаж и постучал в квартиру брата. Он всё ещё надеялся, что Олег откроет и начнёт нести какую-нибудь очередную историю. Украли телефон, был вне города, решил пройти «неделю детокса» от сети. Мотался за границу, в конце концов. Этого вполне можно было от него ожидать.

Но никто не открыл, и Игорь вошёл сам. Сделав пару шагов, он замер. Здесь было слишком чисто для Олега. Никаких курток на вешалке, обувь не вываливается с полки, призеркальная полочка не переполнена парфюмом. И совершенно нежилой, застоявшийся воздух. Нет даже примеси ароматических палочек, которые так обожает брат.

Не разуваясь, Игорь пошёл по квартире. В кухне чистота – скромный набор посуды стоит в шкафчике, холодильник вымыт и пуст, раковина без единого пятнышка, как и плита. Ни крошки хлеба на столешнице, ни бутылки под раковиной.

– Чёрт! – хотелось выйти на площадку и убедиться, что это действительно квартира Олега.