Елена Новак – Пепел и пустошь (страница 5)
Мы с Кроллом подружились лет сто назад, когда я прилетал на Нибару с дипломатической миссией. Вот только, похоже, хитрый законник работает на моего отца. Пустошь! Мрак! Двухвостый змей! Как же я сразу не догадался!
– Знаешь, на самом деле, мне надоела эта одинокая жизнь. Иногда, хочется с кем-то пообщаться. К тому же даже непутевый младший брат собирается жениться.
В империи меня хорошо научили скрывать эмоции. Поэтому придать лицу мечтательное выражение не составило труда.
– Дорогой Кролл, дело в том, что я ищу невесту.
Боже, какая чушь! Я с трудом подавил смешок. Но ведь мерзкому грызуну придется поверить в слова, сказанные под действием зелья правды.
– О, – Кролл открыл рот от удивления. Вид огромного крота с открытым ртом был весьма забавным. – Но, мой принц! В империи есть множество знатных девиц с богатой родословной! Зачем же было тайно сбегать и путешествовать по низшим планетам?
Я печально вздохнул:
– Понимаешь, там, дома мне ни приглянулась, ни одна из знатных дам. В книгах часто пишут о том, как благородные дворяне ищут свою судьбу на стороне. Я всего лишь хочу найти свою единственную, – господи, хоть бы не рассмеяться сейчас, – любовь, – последнее слово я произнес с придыханием.
Кролл озадаченно на меня уставился. Нибарийцы живут большими семьями. Один самец и минимум пять самок. Что-то типа гарема. Чем богаче муж, тем больше жен он может себе позволить. У самого Кролла было 58 избранниц, живущих в огромном особняке в богатом районе Нибару. Поэтому ему было весьма сложно понять истории о поиске своей единственной любви.
– Я надеюсь, удача будет с вами, милорд, – наконец произнес он, – и все же, очень жаль, что в империи женятся всего один раз. Знаете, семейная жизнь разрушает любовь. Поэтому я подумываю о поиске новой невесты. Ну да ладно, не будем об этом, – он мотнул большой головой, покрытой темной шерсткой. – Неужели вы думаете, что на Земле живет ваша избранница?
– О, даже не знаю. Я намерен продолжить поиски. Если не найду здесь, попытаю счастья на другой планете. Кстати, Кролл, помоги мне найти книгу. У тебя ведь такая большая библиотека. Мне нужен А. Грин «Алые паруса». Там как раз про поиск невесты.
Нибариец тяжело вздохнул и достал из ящика стола небольшое устройство с плазменным экраном.
– Странно, почему-то ее нет среди моих книг. Ладно, пойду посмотрю на полке.
Он с тяжелым вздохом встал и вальяжной походкой направился к стеллажам.
В это время я осторожно подошел к двери и прошептал кодовое слово. Тяжелый железный замок, сделанный под старину, быстро отварился, и на мое лицо подул свежий ночной ветер.
– Милорд! – Кролл с обиженным криком ринулся ко мне, но случайно наступил лапой в мышеловку. Капкан сработал, и нибариец взвыл от боли и обиды.
Я вышел из комнаты, которая находилось в отдельном измерении.
За моей спиной раздавался обиженный голос Кролла, который громко произнес самое популярное межгалактическое ругательство:
– Мрак и пустошь!
Я вдохнул прохладный воздух и направился в парк. Было поздно. Земные аттракционы уже не работали. Мой взгляд невольно проследил за круглым колесом с кабинками.
Это было даже красиво.
За парком находилось забитое металлическим мусором пространство. Судя по всему, это были обломки сломанных аттракционов. Я оглянулся и, не увидев людей, тихо произнес:
– «Странник-1».
На пустыре за обломками качелей и сломанным металлическим пони появился мой корабль. С виду он слегка напоминал блюдце. Странник открыл свои двери, и перед моими глазами появился трап. Поднимаясь вверх, я снова оглянулся.
Мимо пустыря шла женщина. Она что-то оживленно обсуждала по местному коммуникатору. Кажется, земляне называли их мобильными телефонами. За ней семенил ребенок. Увидев корабль, мальчик открыл рот и дернул мать за юбку. Женщина монотонно сказала: «Не мешай», – не отрываясь от коммуникатора.
Я приложил указательный палец к губам и улыбнулся. Ребенок улыбнулся в ответ.
Дверь странника закрылась, и корабль поднялся в воздух.
Я наблюдал, как удаляется голубая планета. Все-таки здесь было очень красиво.
Жаль, что эти гуманоиды обречены.
На большом экране появилось лицо искина. Черные волосы яркие голубые глаза, которые свойственны жителям империи.
Многие делают облик искинов похожим на популярных исполнителей или актеров. Мой искин выглядит в точности как я. Возможно, это признак нарциссизма. За последние несколько лет Странник стал моим единственным другом и помощником.
Искусственный интеллект на имперских кораблях отвечает за управление, жизнеобеспечение команды и многое другое.
– Слава императору, вы живы, милорд! – искин улыбнулся.
– Сколько раз я тебе говорил, ни слова о моем отце! Мрак!
У странника был такой же характер, как у меня. Он любил издеваться над пассажирами.
На лице искина появилась саркастичная улыбка
– О, прошу прощения! Но спешу заметить, что это бегство от проблем. Оно ни к чему не приведет. Император жив и здоров, поэтому…
– Пока жив, – тихо произнес я, прикрыв глаза. – На этой планете тоже пусто. Покажи мне карту.
Перед моими глазами появилась голограмма галактической системы конфедерации. Красным крестом отмечены планеты, где был открытый военный конфликт, синим, те, где я уже побывал.
Вздохнув, я достал золотую коробочку с кольцом. На нем был один яркий синий камень. Пока один. Усталым взглядом проследив за разноцветными кругами планет на карте, тихо прошептал:
– Где же ты…
Еще раз посмотрел на книги, позаимствованные у Кролла. «Алые паруса» сразу полетели в мусорный ящик. Ох уж эта вера землян в добрых принцев, которые спасают несчастных девиц! Видимо поэтому они так охотно подписывают договор.
«Легенды о короле Артуре» мне понравились куда больше. Весьма неплохо. Но больше всего впечатлила книга некоего Каверина. Я открыл синюю обложку и прочитал еще раз выделенную красным маркером фразу: «Бороться и искать. Найти и не сдаваться».
6
Всю ночь мне снились пришельцы. Тот кудрявый за столом почему-то превратился в огромного крота. Что за дурацкий сон!
Настроение было каким-то странным. Перед зеркалом в ванной я долго изучала свое отражение. Чуть ниже локтя на коже появилась черная буква R, и на душе снова стало тоскливо.
В школе я перестала общаться со многими своими знакомыми, превратившими договор с пришельцами чуть ли не в культ. Перед глазами до сих пор был Борька Еремин и его: «Хочешь тоже изменится?»
Поэтому в столовой на большой перемене села рядом с молчаливой девушкой, которая почему-то была одна.
– Новенькая? – я вопросительно на нее посмотрела.
Она кивнула.
– Динара Ветрова. Буду учиться в твоем классе, – одноклассница посмотрела на рукав моей рубашки, который предательски задрался, обнажив черную букву R.
– Ты… подписала договор с пришельцами?
Я поджала губы и плотно застегнула пуговицу на рукаве.
– Но это опасно, – тихо сказала она, – связывать себя обязательствами неизвестно с кем!
И тут я разозлилась:
– Что в этом плохого? Думаешь, одна такая правильная? Иногда людям приходится заключать контракт!
Отбросив вилку, уже поднялась с подносом в руках, как вдруг увидела, что Динара сидит не на стуле, а в инвалидной коляске.
– Ой, прости, – сразу стало как-то неловко. Я удивленно на нее уставилась. Неужели ей не предложили подписать контракт? Увидев мой изумленный взгляд, Динара спокойно сказала:
– Мне предлагали, но я отказалась. Звучит как бред, да? Знаешь, все кругом подписывали это чертов договор и родители настаивали, чтобы я тоже стала такой как они, но… Это ведь неправильно. Мне кажется договор – ловушка. Те, кто подписывает, становятся марионетками Межгалактической конфедерации. А вдруг они прикажут нам убивать друг друга? Или мы станем кормом для пришельцев, – Динара тяжело вздохнула.
Я снова опустилась на стул. Мимо нас прошла Анька в сопровождении Борьки Еремина и его дружков. На фоне их самодовольных лиц Динара казалась какой-то настоящей.
– Знаешь, пока есть такие люди, как ты, все не так плохо, – я улыбнулась.
Даже если из нас сделают корм для кровожадных инопланетян, на земле останутся Марк, Динара и малявка Нина.
Через два дня Люба вернулась к нам, и дом снова наполнился светом. Я нашла на полке старый пленочный фотоаппарат и за несколько дней сделала пару десятков снимков.
Вот Люба с Ниной гуляют по утреннему парку. Папа готовит обед на кухне в своем любимом красном фартуке с надписью: «Лучший шеф-повар». Марк на велосипеде под дождем. Я распечатала фотографии и положила в шкаф. На память.
Почти каждый день я ходила в «Кофейный мастер», чтобы поболтать с Андреем. Теперь мы были словно связаны этим проклятым договором. Про свою встречу с пришельцами я так никому и не сказала. Хотела, но в последний момент не находила слов.