Елена Новак – Пепел и пустошь (страница 2)
На перемене я увидела Борьку Еремина. Вот только это уже был не Борька. Семиклассник вырос, на его руках появились внушительного вида бицепсы. Очки он больше не носил. И все это за одну ночь, подумать только!
Поэтому на литературе я схватила тетрадь и начала быстро писать соседке по парте: «Анька, что с тобой случилось за эту ночь?»
«Секрет», – она таинственно улыбнулась.
«Да ладно, не темни, тебя держали в плену пластические хирурги?»
Она ничего не ответила, только обижено надула губы.
– Все равно все узнают правду, ты не одна такая изменившаяся. Вон Валера коттедж покупает, наверное, таких, как вы, много, кто-нибудь обязательно проболтается.
Я кинула ей смятый листок. Анька закатила глаза и начала строчить ответ:
– Мы избранные. Так сказал мне незнакомец из странной комнаты. Вчера вечером я хотела зайти в магазин, открываю дверь, а вместо «Магнита» какой-то кабинет, а за столом сидит он. Красивый, как Брэд Питт, в костюме и лакированных ботинках. Это был пришелец.
– И что дальше? – прошептала я. Желудок сделал сальто-мортале, грудь сдавило, это было предчувствие. Как будто я знала, что сейчас услышу что-то важное.
– Дальше, – прошептала Анька, – он предложил исполнить мое самое заветное желание. И исполнил, как видишь.
– Что, просто так?
Она замялась:
– Почти. Я подписала договор. Он исполняет желание, а я вступаю в какую-то там галактическую конфедерацию. Это надо для сбора информации, только и всего, так сказал мне Брэд, то есть пришелец.
Вот как. Я еще раз окинула взглядом Аньку.
Похоже, пришельцы опережают нас в развитии. Интересно, кто же мы для них? Неразумные аборигены?
Борька подошел ко мне на перемене. Он снисходительно улыбнулся, стараясь произвести впечатление своим внушительным внешним видом:
– Эй, Кристина, хочешь, тоже измениться? Присоединяйся. Нас уже много. Всего-то надо подписать договор.
За его спиной стояла Анька и еще несколько смазливых девчонок.
Если честно, это выглядело довольно жутко, как будто меня пытались втянуть в какую-то секту.
– Борь, – я сложила руки на груди, – а ты хорошо этот договор прочитал? Или вера в добрых пришельцев превыше всего?
– На что ты намекаешь? – уголки борькиных губ стремительно поползли вниз.
– Ну-у-у… Никто ведь не знает, что тебя ждет завтра. А вдруг в ближайшем будущем превратишься в слизня?
– Иди ты к черту, Орлова, – обиженный Борька вышел из класса в сопровождении своей свиты.
Через несколько дней изменившихся одноклассников стало больше. Кто-то внезапно разбогател, кто-то приобрел небывалую красоту, у щуплого Дениса из младших классов появился талант футболиста, он стал вратарем в школьной сборной.
В интернете творилось черт знает что. Под новостями о пришельцах и договорах возникли тысячи комментов. Люди спорили, потом ругались, переходили на личности.
Еще через два дня президент нашей страны выступил с обращением. По его словам, к пришельцам следует относиться осторожно и не подписывать ничего, так как никто не знает, какие обязательства налагаются на стороны договора.
Мы слушали обращение всей семьей, за исключением Любы, которая спала беспробудным сном в больнице.
– Папа, а можно я подпишу договор, и мама проснется? – грустно сказала малявка Нина.
– Ну что ты, нет, конечно, – отец погладил ее по голове, – во-первых, пришельцы не подписывают договор с детьми и взрослыми, только с подростками, во-вторых, кто знает, что они с тобой могут сделать? Вдруг ты превратишься в лягушку?
– Ну и что! – Нина заплакала. – Пусть я буду лягушкой, зато мама не исчезнет!
Марк взял меня за руку. Мы переглянулись и поняли друг друга. Подписать договор может кто-то из нас. Тогда Люба проснется.
Вечером на кухне после торжественных обещаний отцу не вмешиваться в это грязное дело мы решили все обсудить. Марк разлил недопитые папой остатки вина и грустно вздохнул:
– В новостях говорили, что пришельцы появляются в самых неожиданных местах. Например, открываешь ты дверь в подъезд, делаешь шаг, и вместо обшарпанных стен перед тобой кабинет с доброжелательным инопланетным юристом.
– Да, – я сделала глоток. Вкус был каким-то кислым и неприятным, – вот только возможность подписать договор дается не всем подросткам. Избранным, – я вспомнила свою переписку с Анькой.
– Интересно, по какому признаку они выбирают?
– Не знаю, – я лишь пожала плечами.
По телику шла реклама. Женщины с плакатом «Матери против пришельцев». На другом канале известный рэпер Джин пел:
Чертаново не признает чудес
Вместо пришельцев наступит конец.
Прочь договоры. Не верь никому!
Иначе мир погрузится во тьму.
В конце он пафосно разрывал под дождем исписанные листы бумаги. Марк усмехнулся:
– Я подпишу договор. Там ведь нет никаких обязательств для нас, людей?
– Нет, Марк! – Я положила ладонь ему на руку и шепотом продолжила: – Ты же знаешь, что есть. Об этом говорили в новостях. Мелкими буквами в договоре написано: «Стороны обязаны выполнять гражданский долг в Галактической конфедерации».
– Ну и что?! – он ударил кулаком по столу. – Думаешь, это меня остановит! Может, для тебя она мачеха, но для меня родная мать!
– Для меня она тоже родная, – тихо сказала я.
Вспомнила, как еще совсем недавно Люба положила мне руку на плечо и с улыбкой сказала:
– Ну что, Кристина, теперь ты у нас за старшую. Пока я буду на операции, присматривай за Марком и Ниной, у них еще ветер в голове.
Воспоминание рассеялось. Я оглянулась и поняла, что сижу одна в комнате. Марк ушел спать. Опять это давящее чувство пустоты. Я уже знала, какой сон увижу этой ночью. Пустая комната и надпись: «Прощай», – на белом ватмане.
Постепенно моя решимость крепла. К черту сомнения. Договор – единственный шанс спасти Любу.
Проснулась я от заливистого пения птиц. На часах семь утра. Привычным движением посмотрела на мольберт. Там на холсте был изображен таинственный лес. Словно живой. На извилистых ветвях сидели пернатые, чем-то похожие на земных павлинов. На миг мне показалось, что деревья колышутся на ветру. Я моргнула. Наваждение исчезло.
3
Идея прогуляться по утреннему парку пришла внезапно. Рядом с детскими аттракционами стоял одинокий ларек «Кофейный мастер». Я зашла, услышав тихий звон музыки ветра.
– Двойной латте, пожалуйста.
Бариста приветливо улыбнулся.
– Не лучший день, да?
Я кивнула. И вдруг непонятно почему начала рассказывать. Про Любу, про Марка и про пришельцев. Андрей, так звали баристу, молча слушал, нервно постукивая пальцами по столу.
– Если не заключу сделку с инопланетянами, Люба умрет. Вот только время идет, а пришельцы не торопятся подписать со мной договор, – тихо сказала я. – Почему? Я не подхожу для них?
– Не знаю, – он посмотрел по сторонам и вдруг неожиданно для меня закрыл дверь в кафе. – Думаю, что могу ответить на твой вопрос. Андрей задумчиво прислушался к музыке ветра.
Я пристально его разглядывала. Молодой, на вид – мой ровесник. Светлые волосы и серые, почти прозрачные глаза.
Эта кофейня появилась совсем недавно. А вдруг ее вижу только я? Может, это та самая тайная комната, где инопланетные юристы заключают с землянами контракт.
– Ты что, пришелец? – у меня начал дрожать голос.
– Нет, – он закатал рукав и показал небольшую серую букву R на локте.
– О-о, – тихо произнесла я, вспоминая последние сводки новостей.
«У подписавших договор на теле появляется татуировка с латинской буквой R. Что это значит?» – таким был заголовок одной из популярных газет.