Елена Николаева – Мой неидеальный мужчина (страница 14)

— Что стряслось, Дим? — неприятный холодок пробегает по мне от головы до ног.

Весь напряжённый, поднимает на меня задумчивый взгляд, мыслями находясь где-то далеко.

— Не бери в голову, Ася, — будто очнувшись, совершенно серьёзным тоном заверяет. — Я всё решу. Боюсь, мне придётся немного задержаться в офисе. Клиенты отклонили заказ на доработку. Если я срочно не вытащу проект на нужный уровень, потеряю эксклюзивный контракт на продукцию знаменитого польского бренда. Прости, маленькая, но мне нужно бежать, — дарит ласковый поцелуй в висок, заправляя прядь моих волос за ухо.

Мимо нас по торговому центру проносятся люди. Все куда-то торопятся, снуют в разные стороны, разговаривают по мобильникам, прицениваются, где-то что-то покупают. Мы словно затерялись в этом хаосе, замерли на мгновение, глядя друг другу в глаза.

— Я приготовлю ужин и дождусь тебя. Хочешь что-нибудь особенное? Мне, конечно, с мамой твоей никак не сравниться, но я постараюсь удивить хмурого босса, — растягиваю улыбку, украдкой срывая с его губ поцелуй. Димка заметно расслабляется, уловив взглядом летящего к нам Сашку, приседает на корточки и тотчас принимает мальчика в свои объятия, выпрямляясь.

— Больше так не пугай нас с мамой. Никаких температур и истерик, договорились? — пятерней пальцев зачёсывает на бок светлую чёлку сына. Тот довольно улыбается и, соглашаясь, кивает головой. Непослушная прядка снова слетает на лоб. Оба смеются, и Дима опускает Сашку на пол.

— Ну и модник же ты, Алекс, — разглядывает новую одежду со всех сторон. — Любую красотку затмишь своим видом.

— У меня нет подружек, — теребит смущённо край футболки, ковыряя носочком кроссовка пол.

— Это не проблема, малыш, скоро в школу пойдёшь, и всё изменится. Новых друзей заведёшь, и поклонницы найдутся. Ещё и с мальчишками из-за девочек успеешь подраться. Ну всё! Я побежал. Слушайся маму, договорились?

— Ага! Я люблю тебя, пап! — обнимает крепко за шею склонившегося над ним отца, и виснет на пару секунд, не отпуская.

— Сашунь, идём, книжку тебе новую купим.

— И я вас с мамой люблю. Пакеты не забудь забрать из камеры хранения. Ключ возьми, Ася.

Распахиваю стеклянную дверь бутика под лёгкий, почти невесомый звук колокольчика, ощущая в теле приятный трепет. Витрины с нежными и дерзкими кружевами дарят эстетический оргазм. Не потому, что раньше не покупала себе дорогое бельё. Нет. Оно у меня было. Я перестала его носить, выбирая практичное. Чаще его дарил Слава. Сейчас же всё обстоит по-другому. Мне самой хочется порадовать любимого мужчину своим личным выбором.

— Здравствуйте, могу я вам помочь? — на входе меня приветствует девушка-консультант, одаривая милой улыбкой.

— Да. Мне необходимо правильно подобрать на мою фигуру пару комплектов эротического белья, — чувствую, как краска смущения заливает мои щёки от столь откровенной просьбы, но отступать поздно. В голове всё уже тщательно спланировано.

— Какой образ предпочитаете? Страстный? Загадочный? Романтический? Есть пожелания насчёт фактуры белья?

— Что-нибудь изысканное и нежное, будьте добры. Либо шёлк, либо атлас.

Девушка подводит к диванчику, предлагая сесть и полакомиться миниатюрными швейцарскими шоколадками. Опускаюсь на мягкую кожу, утопая в ней.

— Если позволите, я покажу вам новую коллекцию чёрного, белого и красного.

— Да, классика как раз то, что нужно, — отвечаю ей с такой же приветливой улыбкой, улавливая краем уха разговор.

— Да, Викуля, мужчины любят глазами! Разве ты этого не знала? — стук каблучков за спиной привлекает моё внимание. Оборачиваюсь, замечая, как высокая с пышной грудью брюнетка, разговаривая по телефону, скрывается в примерочной за чёрной бархатной тканью. Через мгновение консультант относит ей целую стопку яркого, полупрозрачного белья.

— Когда он видит, что ты — черт возьми, красивая и сексуальная, — воодушевлённо продолжает она, слегка понизив голос, — то, естественно, приходит в восторг, следовательно хочет большего от женщины! Ну конечно секса, Ви! Ну не котлет же, на самом деле! Бурного секса! Я тебя не узнаю, честное слово. Прости, но после рождения двойни ты стала лохушкой! Ой, ну всё, мне пора. Я тут кое что присмотрела на свою любимую «новенькую» грудь, думаю, Пашик оценит. Всё, целую! — брюнетка чмокает воздух и замолкает.

— Примерьте вот этот красный набор. На вас он будет смотреться сногсшибательно. Идите за мной, я провожу вас в кабинку.

Поднимаюсь и следую за ней. Мне не терпится посмотреть на свой новый образ, почувствовать себя ещё более уверенной, достичь внутреннего равновесия. Каждый раз, находясь с Димой наедине, секс для нас становится абсолютным, взрывным удовольствием, таким важным и нужным для слияния двух душ, особенно сейчас...

— Проходите, пожалуйста, — девушка опускает бельё в специальную корзину и с той же милой усмешкой на губах исчезает. Плотная штора, возвращаясь на своё место, скрывает меня от посторонних глаз.

Тревога за Алекса потихоньку начинает набирать обороты. Я едва уговорила ребёнка поиграть на закрытой детской площадке под присмотром аниматоров. Общение с детьми на данном этапе его жизни просто необходимо, поэтому вздрагиваю, принимая чужой звонок мобильника за свой. Девчонки дали клятвенное обещание позвонить на случай непредвиденного «ЧП». Замираю и прислушиваюсь какое-то время. Неподалёку оживает приглушённый голос всё той же брюнетки, позволяя облегчённо вздохнуть и снять с себя платье.

— Милый, ну где ты ходишь? Я устала здесь торчать в одиночестве. Хочу, чтобы ты оценил и расплатился, — а дальше елейно-виноватым голоском, — я немного переборщила с лимитом, Пашуль...

Небольшая пауза. Громкий всхлип. Затем следует взрыв. Пашуле новость о лимите явно не понравилась.

— Не ори на меня! Между прочим я для тебя старалась... любимого! — возмущается девчонка, не в состоянии сдерживать эмоции.

— А ты не истери как вокзальная шлюха! Я и так бросил дела и прилетел в Питер на день раньше! — где-то совсем рядом мужчина чеканит твёрдую речь. — Ты написала, что у тебя случился конец света! Где ты, черт возьми? В какой кабинке?

— В третьей! — обиженно выплескивает.

Что-то мелькает на краю зрения, привлекая внимание в тот самый момент, когда мои пальцы застегивают застёжку бюстгальтера и руки опускаются вниз поправить трусики на попе. Плотный бархат, который отводит чужая мужская рука, блеснувшая золотистым циферблатом, открывает отличный вид на моё практически обнаженное тело. Я ахаю, скрещивая руки на груди. Со звонким стуком мобильный незнакомца падает на пол, разлетаясь на куски от столкновения с мрамором.

— Блять! — словно гром, раздаётся низкий рык. — Простите!

Глаза цвета виски врезаются в мою грудь и жадно прожигают вертикальную дорожку до пупка и ниже... ещё ниже... заставляя моё тело покрываться ледяной коркой за считанные секунды. Язык становится деревянным. Взгляд жёсткий. Цепкий. Оценивающий слишком профессионально. Парализует на месте, словно укус ядовитой змеи в самое сердце.

— В третьей слева, Павел! — визгливый голос брюнетки заставляет мужчину отмереть и отпустить штору. Я судорожно втягиваю воздух, и под всплеском адреналина, не потрудившись снять с себя бельё, начинаю одеваться со скоростью звука, ругая мысленно наглеца на чем свет стоит.

— Эммм... — грудной тембр по ту сторону ненадёжной преграды внезапно напоминает о близком присутствии его хозяина:

— Для мужчины есть два типа нижнего белья: «хочется снять» и «ничего не хочется». Это определённо "хочется снять"!

— Ч... ччто..? — едва выдавливаю из осипшего горла вопрос, но ответа так и не слышу. Взамен раздаются тяжёлые, отдаляющиеся в сторону шаги.

— Павел Аркадьевич, ваш телефон, — доносится знакомый голос продавщицы наряду с быстрым цоканьем каблучков...

Глава 10. Наглость — второе счастье.

Ася.

Пальчики с бордовым маникюром нащупывают под шторкой запчасти девайса и быстренько выуживают их.

— О! Простите, пожалуйста, за этот конфуз! Господин Серов случайно перепутал кабинки, — сквозь шум в ушах доносится голос взволнованной девушки-консультанта.

— Так пришейте к шторам шпингалеты! — язвлю я с досады, едва проходит замешательство. — Может хоть это воспрепятствует наглым мужчинам бесцеремонно врываться в чужие примерочные!

— Мариш? Ты совсем рехнулась? — слышу приглушённое рычание явно недовольного мужчины. — Скажи, это и есть твой Армагеддон? Мы договаривались на третий размер, на третий! Ты же упаковала в сиськи задницу бегемота! С какого хрена ты себя изуродовала? Я на «ЭТО», — выразительно произносит, подчёркивая «остроту» происходящего истерическим смешком, — не подписывался!

— Паш..? — дрожащий голосок пытается достучаться до мужского благоразумия. — Ты сейчас пошутил? Пашуль..? Чем тебе не нравится пятый размер? Это же секси! Тренд среди женских бюстов.

— Гы-гы... Всем! Всем не нравится! Я убит наповал... твоим старомодным тюнингом!

— Ты куда, милый?

— Выпить! А знаешь, я даже рад, что месячный лимит твоей карты закончился! Эстетичка, млять! — цедит сквозь сцепленные зубы. — Не то бы ты... Черррт! Да что ж за день такой? Лучше бы ты всё «ЭТО» в мозги вживила...

Судя по шагам, направился на выход. Облегчённо вздыхаю, выбираясь из временного заточения, и иду к кассе, прихватив с собой весь предложенный товар. Примерять бельё больше не хочется, да и времени не осталось. Павел Аркадьевич своим любопытством отбил всю охоту и, кажется, не только мне. Его «дама сердца» в расстроенных чувствах выбежала следом, так ничего и не купив.