Елена Москвичёва – Отдел снабжения. Горы (страница 5)

Рассвет наш плавно движущийся автобус встречал в степи. Жителям города, расположенного над бухтой в полукольце гор, нечасто приходится наблюдать процесс рождения дня с самого начала. У нас солнышко выходит из-за гор уже достаточно ярким и золотым. Здесь же мы сперва увидели на горизонте чуть заметный отсвет, а потом узкий малиновый краешек, указавший место восхода красного солнечного диска. И когда рассвет разгорелся во всю мощь, по другую сторону дороги вдалеке показались горы. И то, что поначалу выглядело белым облаком, озаряемым восходящим розовым солнцем, вдруг оказалось парящей над землёй двуглавой снежной вершиной Эльбруса. И одно только это сказочное завораживающее зрелище сполна окупало бессонную ночь с её телесными муками. Горы росли, приближались, меняли причудливые формы, но не одна из них не могла затмить царственный пятитысячник, явившийся миражом в отдалении и вскоре скрывшийся с глаз путешественников. Однако мы прекрасно знали, что подъезжаем всё ближе к обширным чертогам этой могучей и монуметальной, но кажущейся облачно невесомой в своём снежном убранстве главной горы Кавказа – высочайшего пика Европы. Рядом с которым их хвалёный Монблан не более, чем кочка на болоте. Ну, это я, конечно, утрирую. И всё-таки далеко Альпам до Кавказа.

Наш автобус свернул вправо, оставляя позади степь и двигаясь туда, где вертикаль решительно вытесняла горизонталь. Рядом с дорогой бежала река, и её бег однозначно свидетельствовал о том, что она стремительно спускалась с больших высот – пенясь, задыхаясь, сметая и прорубаясь, не желая и не имея возможности остановиться.

- Мы движемся по территории Кабардино-Балкарии, – прокомментировала Елена.

Домовладения встречающихся нам на пути селений выглядели добротными. Каменные постройки, кованые ворота, обширные подворья говорили о достатке. На полях зрели кукуруза и подсолнечник, повсюду свободно бродили многочисленные коровы бурой окраски.

Мы с Сашей обсудили замеченную нами особенность. Дома здесь выходили на улицу абсолютно глухой стеной, а не смотрели доверчиво в мир своими окнами, как повелось в других местах российской глубинки. Я предположила, что это особенность Кавказа, который веками вёл междоусобные войны, а Саша склонялся к тому, что здесь играют роль некие традиции Ислама.

Утро было уже в самом разгаре, а обещанного завтрака пока не предвиделось. Горы придвигались к шоссе всё ближе. Мы миновали советский по облику город Тырныауз, расположившийся в глубоком ущелье Баксана на высоте 1300 метров. Когда-то здесь вовсю работал комбинат, поставляющий промышленно развитой огромной стране вольфрам и молибден. Однако деиндустриализация коснулась и этих богатых природным сырьём высокогорий, что ясно читалось в облике ветшающего центра Эльбрусского района. Не прошло и получаса, как наш автобус прибыл в живописное место, где пенисто бурлила всё та же горная река, а вокруг поднимались горные пики, заросшие лесом. Здесь уже чувствовалось проявление высотной поясности, и лес напоминал смешанную тайгу более высоких широт. Внушительных размеров ели и сосны соседствовали с самыми настоящими берёзами, которые по праву считаются украшением среднерусских равнин, но не типичны для южного побережья и прилегающих к нему степей.

И вот автобусная часть нашего пути завершилась. Наша группа вытащила свои сумки и рюкзаки из багажника остановившегося у горного склона автомобиля. Транспортное средство планировалось оставить на пару суток внизу вместе с его суровым и недоброжелательным водителем, а мы дружно направилась к подножью фуникулёра. Это наследство советской эпохи представляет собой не вагончик, как в некоторых других местах, а открытую деревянную платформу. Мы уже знали, что на ней поднимется по рельсам вверх только багаж, а самим нам предстоит осилить более трёхсот ступеней прилегающей у фуникулёру узкой металлической лестницы. Суровое испытание, особенно для тех, кто пренебрегает физической активностью в своей повседневной жизни. Но наша группа была готова взять этот первый рубеж. Мы потихоньку убедились, что наши бесплотные духи никуда не потерялись и готовы начать путь вместе с нами.

Тогда я ещё не знала, что за три года до нашего приезда здесь произошла трагедия. Журналистка краевого центра, планировавшая сделать репортаж о высокогорной долине у подножия Уллу-Тау, вопреки действующим правилам осталась в салоне своего автомобиля. Когда платформа начала подниматься, незакреплённое транспортное средство сдвинулось с места и рухнуло в пропасть с сорокаметровой высоты. После гибели женщины фуникулёр на некоторое время прекратил работу, было возбуждено уголовное дело, прошли следствие и суд. Так что и операторы фуникулёра, и приезжающие сюда туристы сделали соответствующие выводы. Платформа, движущаяся по горным рельсам, предназначена лишь для неодушевлённых предметов, а люди должны подниматься своим ходом.

Глава 3. Лестница в небо и маслобойка

Хотела посчитать ступени, которых по слухам ровно триста десять, но отвлеклась и сбилась. Трудно сосредоточиться на счёте в таких условиях. Ведь нужно внимательно следить за тем, чтобы не оступиться и не прозевать момент, когда в считанных сантиметрах от тебя пройдёт громоздкая платформа фуникулёра. А тут ещё неописуемой красоты пейзажи – и заросшие хвойным и смешанным лесом горные пики по бокам, и ущелье, которое с каждым твоим шагом всё больше уходит вниз и превращается в головокружительную зияющую пропасть, прорезанную бурной струёй Баксана.

Лестница узкая, словно горная тропа – вдвоём едва разойдёшься. Но металл перил и ступеней всё ещё крепок – ни скрипа, ни шатания. Мы поднимаемся гуськом, не слишком спешим, иногда делаем кратковременные передышки. Вижу, что Бабаев, идущий значительно выше, постоянно помогает жене преодолевать нелёгкий подъём – аккуратно подталкивает Нину сзади. При этом сам Каримыч на удивление бодро справляется, несмотря на свой внушительный вес. У меня тут же возникло предположение, что невидимый Бабайка-Босс прилагает немалые усилия, чтобы помочь своему создателю справиться с подъёмом. Егоров с Женей Кузиной легко шагают впереди, значительно обогнав остальных, за ними движется Игорь, а потом идёт Паша, пропустивший вперёд свою Наташу. Мы с Патоличевым замыкаем шествие нашей тургруппы вслед за шестёркой туристов, не входящих в нашу компанию. Не потому, что мы самые неподготовленные. Просто надеемся, что таким образом – Егоров впереди, мы сзади – нам удастся лучше контролировать пятёрку домовых, которые могут растеряться и потеряться в незнакомых высокогорных условиях. За нами, замыкающей, движется Елена, которая отвечает за всех. Попутно руководитель группы ведёт видеосъёмку.

И вот мы на верхней площадке фуникулёра. Разбираем багаж с поднявшейся вверх платформы. Приходится подождать ушедшего по своим делам водителя крытого брезентом военного грузовика, который должен подбросить нас до альплагеря. Есть время осмотреться, и мы сразу отмечаем, что в эту летнюю пору данное высокогорное место достаточно многолюдно. Здесь, наверху, выстроилась небольшая очередь желающих спуститься по фуникулёру внедорожников, среди которых выделяется крутой автомобиль местных пограничников с ярким камуфляжем.

-

Им бы на дискотеку, а не в погранзону с такой фееричной раскраской, – в голосе Патоличева слышится осуждение. Но кавказские парни, похоже, в полном восторге от своего боевого мустанга. И окружающим соплеменникам машина явно нравится – они темпераментно выражают своё одобрение.

Пока наши уже отдохнувшие от подъёма мужчины рассматривают автомобили и изучают движущее устройство фуникулёра, женщины любуются окружающим пейзажем, обращая внимание на обилие цветов. Я отмечаю, что в близко подступившем горном лесу отчётливо пахнет грибами, а цветущие растения словно переехали сюда с изобильных лугов средней полосы. Хорошо различаю знакомые жёлтые плоские кружочки соцветий пижмы, а также высокий густо-розовый иван-чай и крупные фиолетовые колокольчики. Есть и цветы, названий которых не знаю, но очень хотела бы узнать.

Погода прямо с утра начинает показывать свой непростой характер. Наползает серый туман, закрывая величавые горные пики, чистейший воздух набухает влажностью. И нам, уставшим от июльского летнего зноя и суши, несказанно комфортно в этой влажной прохладе. Мы ещё и не подозреваем, что совсем скоро нам очень захочется сухости и тепла.

Ожидание заняло не менее четверти часа, и, как и следовало ожидать, у наших домовых опять не хватило терпения. Пока Гномик обследовал военный грузовик, на котором нам предстояло вот-вот отправиться в путь, Душенька, зачарованная ароматами леса, перемахнула через ограждение площадки и начала углубляться в горную чащу. Это заметила Девочка, и, к чести нашей первоэтажной сущности, она не стала игнорировать происходящее, а тут же обратилась ко мне:

- И что, так и будете любоваться цветочками, пока она не смоется?

- Кто смоется? – не поняла я.

- Подружка вашего дружка, – фыркнула невидимая красотка.

- А куда она смывается? – всполошилась я.

- В лес, разумеется, – в голосе нашей распрекрасной Хуаны слышались насмешка и презрение. – Я за ней бегать не собираюсь, если что. Много чести.