Елена Митягина – Два цвета реальности (страница 18)

В то время одному из вновь прибывших на «скорой» в больницу пациентов стало плохо, и нашего врача, по счастливой случайности оказавшегося на рабочем месте, привлекли к операции. Игорь Владимирович не мог отказать, кроме того, сама операция не была сложной, и должна была продлиться недолго. Но, как это бывает в самый неподходящий момент, время пошло против человека, и работа затянулась. Увлеченный делом врач забыл о том, что внизу в заведенной машине находится его внучка. И уж тем более не мог он подумать о том, что охранник закроет двери гаража, не проверив, все ли там в порядке.

Если бы не мой дурацкий дар, я бы не смогла увидеть во сне будущее, и все могло бы закончиться трагично. К счастью, этого не произошло, и дедушка воссоединился со своей внучкой. Они договорились друг с другом, что ничего не расскажут родителям девочки, чтобы те не волновались. В свою очередь Игорь Владимирович пообещал, что больше ни на секунду не оставит Анечку без присмотра, что бы ни случилось. Когда малышка задремала в комнате отдыха, дедушка вышел в коридор, где мы с Антоном ждали его.

– Как она? – сразу же спросила я. – Она не успела надышаться газом?

– С Анютой все в порядке, – ответил он, виновато опуская глаза вниз, рассматривая носки своих туфель. – Она провела немного времени в закрытом помещении с выхлопами, в общем, она не пострадала. Ребят, спасибо вам огромное. Я даже и подумать боюсь, что бы могло произойти, если…

– Никаких «если»! – прервала я начальника на полуслове. В его глазах застыли слезы. – Я знаю, это трудно, но постарайтесь не думать об этом, и не вините себя.

– Но машину в закрытом помещении лучше не оставлять заведенной, – улыбнулся Антон, вставив свои пять копеек.

Игорь Владимирович обнял по очереди каждого из нас, после чего спросил:

– Как вы узнали?

Ответа на этот вопрос я заготовить не успела, поскольку, выбегая из дома в пижаме (кстати, только сейчас я заметила, что нахожусь в домашней пижаме с мишками, на которую сверху накинута легкая куртка не по погоде), я и представить не могла, как все обернется. Конечно, я надеялась, что сон не сбудется, надеялась, что все привидевшееся мне перед телевизором – просто плод моего воображения. Однако не проверить это я не могла. И сейчас я стояла перед ними без единой мысли в голове, не зная, что ответить на вопрос о том «как?».

Вместе с Игорем Владимировичем на меня уставился Антон, который тоже до сих пор не знал, по каким причинам я приехала в столь поздний час в свой выходной в больницу и почему накинулась на него с расспросами о том, с кем приехал сюда наш начальник. По понятным причинам, рассказать правду я не могла, поэтому единственное, что мне оставалось – это быстренько что-то соврать.

– Я забыла на работе телефон, а мне он срочно понадобился, – ответила я неубедительно. И в ту же секунду, как в плохом фильме, из кармана куртки раздался звонок. – Ой, оказывается, все это время он был здесь, – я покраснела, все еще пытаясь изобразить дурочку. Сложно сказать, играла ли я эту роль на самом деле, или действительно была той, кем хотела казаться.

Я достала телефон и увидела номер Марины. Бедняжка волновалась за свою сумасшедшую соседку, которая темным зимним вечером вскочила с дивана посреди фильма, и уехала в неизвестном направлении. Я сбросила вызов, и Антон подозрительно на меня посмотрел.

– Хочешь сказать, ты заметила пропажу мобильника только спустя сутки?

– Ну да, – продолжила я гнуть свою линию. – Я редко им пользуюсь. И мало с кем разговариваю. А сейчас срочно нужно позвонить.

Антон все еще недоверчиво на меня глазел, пытаясь понять, вру ли я.

– А как ты…

Он не успел договорить, как я прервала его.

– Хватит вопросов, – устало сказала я. – Видишь, моя забывчивость пошла кому-то на пользу, – кивнула я в сторону Игоря Владимировича.

Начальник снова обнял меня и пожал Антону руку, но тот, снимая с себя лавры, игриво ткнул в меня пальцем и вскинул бровь вверх, намекая на то, что все это моя заслуга.

– Дети, – в особые моменты начальник иногда обращался к нам так ласково, – можете просить меня о чем угодно. Теперь я навеки ваш должник. Вы знаете, что всегда можете обратиться ко мне с любой просьбой. Если я что-то могу для вас сделать – только скажите.

Мы с Антоном сразу же начали открещиваться, мол, нам ничего не нужно, главное – все целы. Но Игорь Владимирович стоял на своем.

– Раз уж вы такие скромные, тогда я сам проявлю инициативу: вы можете взять дополнительный оплачиваемый недельный отпуск в любое время. Или же можете разбить его на отдельные выходные.

Мы улыбнулись, не став отказывать настойчивому желанию руководителя, после чего он попрощался с нами и отправился в комнату к спящей внучке. В эту ночь он решил остаться вместе с ребенком в больнице, не травмируя его очередными переездами. Антон вызвался проводить меня до машины. Когда мы покинули ожоговое отделение и стали спускаться по лестнице, он сразу же набросился на меня с расспросами. Как я и ожидала, он не поверил моим рассказам про забытый на работе мобильник.

– Так что же произошло на самом деле? – спросил он.

– Ты мне не веришь?

В тот момент я поняла, что Антон не из тех, кто так легко сдается, но он может оказаться из тех, кто поверит в мои странности. Если подумать, в новостях изредка мелькают сообщения о том, что из-за плохого предчувствия пассажиры не садились на самолеты, которые разбивались. Или о людях, которые так же по непонятным причинам, называемым видениями, спасались от различных бедствий и катастроф. Почему и я не могу быть одной из таких сумасшедших? Только сейчас слова Саши (вспомнив о нем, я почувствовала очередной укол в сердце) полностью дошли до моего сознания, и я поняла, что верю.

– Обещаешь, что не будешь смеяться, даже если не поверишь в то, что я скажу? – спросила я, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

– Обещаю, – с готовностью ответил Антон.

– Примерно за полчаса до того, как я оказалась в больнице, мне приснился вещий сон. В нем я увидела плачущую Аню, закрытую в заведенной машине в гараже. Я знаю, что говорю о странных вещах, и в это сложно поверить, но так все и было, хочешь верь, хочешь – нет.

Антон молча смотрел на меня, словно ожидая продолжения рассказа. Я развела руки в стороны, сообщая ему взглядом, что это все.

– Понятно, – задумчиво произнес он, и продолжил спускаться вниз по лестнице. – Знаешь, это и правда странно, но я почему-то верю. Ведь узнала же ты откуда-то об этом происшествии. И когда я встретил тебя в приемном покое, сразу почувствовал, что что-то не так.

– Не говори никому, пожалуйста, – попросила я.

– Обещаю, – ответил он. – А вообще, я верю в такие штуки. Во все мистическое и сверхъестественное. Так что в следующий раз, если произойдет что-то подобное, смело рассказывай мне. Смеяться не буду.

Его реакция меня хоть и удивила, но вместе с тем немного успокоила. Выходит, есть на свете люди, которые действительно верят в чудеса.

Дома ждала взволнованная Марина. Как только я вошла, она накинулась на меня с расспросами. Я решила пока не посвящать подругу в свои странности, отчеканив заранее заготовленную по дороге домой речь. Марина выслушала мой рассказ о том, что я, якобы, забыла про встречу со своим коллегой Антоном, которому должна была передать «кое-какие медицинские бумаги». Именно поэтому я так внезапно сорвалась с места. Подруга, как я и ожидала, не стала выспрашивать подробностей, но посмотрела на меня недоверчиво.

– Это было настолько срочно, что ты даже не переодела пижаму? – спросила она с усмешкой.

– Мы встретились в машине, я не выходила в таком виде к людям, – улыбнулась я. – Прости, что напугала.

– Да уж, это ты умеешь, – сурово ответила она, и мне даже стало немного стыдно. – Я все еще планирую посмотреть «Мглу», ты со мной?

Я весело кивнула, и наш киновечер на диване продолжился.

Глава седьмая

Утром я проснулась с решительным желанием встретиться с Сашей. Я не знала, как вести себя с ним, ведь за последние несколько дней я дважды грубо его отшила. Не смотря на полную пустоту в голове, я почему-то была уверена, что он примет меня и простит. Сейчас, вспоминая последние наши встречи, и уже веря ему, мне стало немного стыдно за свое прошлое поведение. Однако я понимала, что у меня есть оправдание, надеясь, что и он это понимает. И я не ошиблась.

С трудом дождавшись полудня, боясь, что заявляться в гости в выходной день раньше двенадцати не слишком корректно, я сложила в корзинку лимонное печенье, которое испекла в прошлый раз для Саши, и направилась к нему. У дома соседа стояла его машина и я, дважды передумав и снова передумав то, что передумала, все же собралась с духом и постучала в дверь. Саша открыл через секунду. Не глядя в мои глаза, он внимательно осмотрел корзинку с печеньем и, поняв, что пришла я с миром, кивком головы предложил мне войти. Когда я проходила через узкий порог, наши руки сблизились, и я почувствовала жжение на коже и легкий дискомфорт. Сразу же зачесалось запястье, и я вспомнила, что Саша про него рассказывал.

Когда я оказалась внутри, он, все еще не глядя на меня, молча подошел к плите, зажег газ и поставил чайник, после чего достал две кружки. Я поставила корзинку на кухонный стол, не зная, с чего начать. Но начать, судя по всему, все-таки должна была я.