Елена Минькина – Закон жертвы: ловушки прошлого (страница 4)

В свое первое посещение дочка настояла на том, чтобы Маринка стала осваивать калитки. Это оказалось очень сложным делом. Перейти в другое место не составляло труда, но вот вернуться назад порой было очень сложно. Маринке понадобился помощник. Сенах, слуга Бенну, стал учить ее этой премудрости.

Теперь она стала узнавать калитки, освоила до шестидесяти переходов. Ей нравилось, когда калитка выглядела как зеркало. Но большинство калиток были где угодно: в стене, в дереве, даже на открытом пространстве. Она научилась определять их по легким вибрациям. Она узнала, что калитки бывают переносные и стационарные. С переносными калитками сложнее: что взбредет в голову человеку, который и понятия не имеет о калитках, он может думать, что в его доме стоит просто зеркало. Так вот, ты делаешь переход в одно место, а можешь очутиться где угодно. Так как любой человек может перетащить зеркало-калитку в другое место.

Через месяц Маринка самостоятельно могла совершать переходы. Как-то раз с ней произошел один случай. Она решила перейти в Англию.

Если разобраться, таким способом можно было никуда и не переходить, но любопытство было сильнее. По карте размещения калиток она узнала, что там, в подвале одного из домов, лежала калитка в форме старинного зеркала.

Маринка и думать не могла, что хозяева дома нашли его в подвале и принесли к себе в спальню. Маринка ожидала увидеть подвал, а вместо него оказалась в спальне.

Перед ней была широкая кровать, и на ней спали мужчина и женщина. И надо же такому случится – женщина открыла глаза и уставилась с изумлением на Маринку, та же быстро вернулась назад. Теперь эта женщина будет думать, что у нее в доме завелось привидение.

Даже представить страшно, что бы могло случиться, если бы ее схватили. Поэтому переход всегда связан с риском для жизни.

Маринка узнала от Селены, что темные силы сами не смогут убить ее, они будут действовать только при помощи людей. А простой человек не пройдет через калитку, или все-таки сможет перейти? На этот вопрос никто ей ответить не мог.

Вот Сенах, он же не ведьмак, а ходит через калитки спокойно. Значит, любой человек может развить в себе эту способность. А может быть, в жилах Сенаха тоже течет «ведьмина» кровь? Никто не знает, откуда он появился.

Однажды калитка спасла ей жизнь. А было это так. Рано утром водитель, как обычно, забрал Настю в школу, а Машу и Дашу в детский сад. Маринка осталась одна. Уборщица приходила к десяти. Маринка решила еще немного поспать. Но Рекс, ее старый кот, стал вести себя как-то странно. Он заметался по комнате, тревожно замяукал.

Маринка и сама почувствовала опасность. Она быстро оделась и едва успела добежать до комнаты, где стояла ее калитка. Она слышала шум в своем доме, топот ног. Не искушая судьбу, быстро переместилась в свою деревню, успев прихватить сотовый телефон.

Оттуда она позвонила Сереже. Меньше чем через час дом окружила милиция, но бандиты уже скрылись. Они не взяли ничего, несмотря на то что в доме было много ценных вещей и денег. Все было на месте. Поэтому теперь Маринка не чувствовала себя в безопасности даже в своем доме.

Маринка вдруг вспомнила, что сегодня встречается со свекровью. От этой мысли настроение окончательно испортилось. Когда ее свекровь узнала, что Маринка снова беременна, то стала настаивать сделать УЗИ. Маринка и так знала, что у нее мальчик, но Лариса Федоровна была непреклонна. Сережа, чтобы успокоить мать, тоже стал просить Маринку об этом обследовании. Наконец она поддалась их уговорам. Свекровь нашла хороший медицинский центр, договорилась с профессором, чтобы тот посмотрел Маринку.

С тех пор как свекровь узнала о будущем наследнике, ее отношение к невестке резко изменилось к лучшему. Однако Маринка все равно чувствовала неприязнь к себе.

Эта женщина была просто маниакальна в своем желании увековечить фамилию мужа. Она перестала оскорблять невестку, терпела ее, как могла. Она ждала от Маринки внука, продолжателя их рода. Поэтому для нее это УЗИ было так важно. Сережа уверял ее, что будет мальчик, но ей надо было убедиться самой. Вот сегодня состоится УЗИ.

Через час Маринка вошла в медицинский центр. Там ее уже поджидала Лариса Федоровна. Она сразу же накинулась на нее:

– Ты чего опаздываешь, доктор заждался!

Взглянув на часы, Маринка поморщилась: – Да, действительно, она опоздала на целый час. Если честно, она вообще забыла про УЗИ.

И чтобы остановить поток неприятных слов, Маринка бросила:

– Пробки, еле доехала.

– Ладно, профессор обещал подождать, – промолвила свекровь более примирительным тоном.

Ничто не предвещало неприятностей. В воздухе, пропитанном запахом лекарств, ощущалось спокойствие. Странное дело, здесь Маринка вообще забыла про свой страх. На людях она чувствовала себя лучше. Надо что-то менять в жизни, если ей придется и дальше сидеть дома, то к концу беременности надо будет лечиться у психиатра.

Маринку уложили на жесткую кушетку, помазали живот чем-то липким, и старенький профессор вместе со свекровью стали внимательно всматриваться в экран аппарата.

Профессор был знаток своего дела. Он молча водил какой-то штукой по животу, морщил лоб, поправляя очки и одновременно делая какие-то пометки на бумажке. Свекровь же нетерпеливо дергала его за рукав.

– Ну что, доктор, мальчик?

Старенькому профессору это, наконец, надоело, и он произнес:

– Если вы, мамаша, будете мешать, то вам придется покинуть помещение.

И подмигнул при этом Маринке. Она сразу прониклась симпатией к доктору. Но через несколько минут его лицо изменилось. Он сказал:

– Все нормально, это, бесспорно, мальчик, но вас, мамаша, я попрошу выйти и подождать в коридоре.

Свекровь с неохотой покинула их. А профессор, взяв Маринку за руку, произнес:

– У вашего ребенка есть изменения, несовместимые с жизнью. Если вы не избавитесь от него сейчас, то просто потеряете время. Ребенок все равно умрет, как только родится. Скажите, это ваша мама?

Слова доктора проникали ей в мозг, капали на сердце раскаленным металлом, их смысл медленно доходил до нее, в ужасе глядя на доктора, она прошептала:

– Нет, доктор, это моя свекровь.

Через несколько секунд страшный смысл слов, наконец, дошел окончательно. Ей показалось, что время застыло. Бледное лицо старого доктора стало похоже на маску. Весь мир вдруг изменился – пришла в движение комната, закружилась мебель, и стало очень светло, а потом темно.

Она очнулась от резкого запаха нашатыря, доктор легонько бил ее по щекам:

– Ну что ты, доченька, разве можно так реагировать? Это же не единственный ваш ребенок!

Старичок опустился на стул и вытер белым платком лысину, ставшую багровой.

– Уф, даже не представляете себе, как вы меня напугали! Вам лучше?

Маринка начала медленно вставать.

– Нет, нет, полежите немного.

Ей хотелось быстрее убежать отсюда, как будто доктор был виноват в том, что ее ребенок умирает.

Собравшись немного с силами, она выдохнула:

– Мне кажется, что вы ошибаетесь. Я знаю, что с ребенком все в порядке.

Старый профессор тяжело вздохнул и развел руками:

– УЗИ не обманешь. Сейчас очень хорошо видно сердце ребенка, уж поверьте мне. Тяжелейший порок сердца, такой даже оперировать нельзя. Он сразу умрет, как только родится. Зачем вам мучиться еще 12 недель? Вы не старая, можете еще родить. Сейчас модно рожать и в сорок. Отдохнете немного, и у вас все получится, если конечно захотите. Только не знаю, зачем вам это. В семье уже есть две девочки. По нашему времени это уже много.

Не слушая его, Маринка с мольбой в голосе спросила:

– Доктор, может быть, вы ошибаетесь? Этот ребенок не может умереть! Этого просто не может быть!

– Успокойтесь, милая, сейчас это сплошь и рядом. Посмотрите, какая экология. Когда я был помоложе и начинал делать УЗИ, такого не было. А сейчас у каждой третьей беременной выявляется патология. Жаль, что вы не пришли на обследование пораньше. Много времени потеряли….

Маринка вскочила с кушетки, рывком натянула юбку. Эта новость никак не укладывалась в ее голове. Посмотрев внимательно в глаза доктору, она медленно, растягивая каждую фразу, произнесла:

– Но я не каждая третья, доктор. Мой сын Виктор должен жить.

Доктор даже вскочил со своего стула. Сколько раз в своей жизни он наблюдал реакции беременных женщин, поэтому знал, что поведение любой из них после такого сообщения может быть непредсказуемым. Сейчас надо любыми способами успокоить ее. Он засуетился, подбежал к чайнику, в спешке опрокинув стул. Сейчас главное – проявить побольше участия. Наливая женщине воду, он произнес:

– Вы даже имя дали. Раньше так не делали, считалось плохой приметой. Я думаю, это было правильно, ведь он – не рожденное дитя, это эмбрион.

Маринку била дрожь. Трясущимися руками она схватила стакан и, глотая воду вместе со слезами, произнесла:

– Вы не понимаете, доктор. Этот ребенок для моего мужа был так важен. У нас не две, а три дочки, а он хотел сына.

Она вдруг вспомнила про свекровь:

– Я вас прошу, не говорите ничего моей свекрови.

– Об этом не беспокойтесь. Я дам вам направление в больницу, вам вызовут искусственные роды. Все будет хорошо. В нашей больнице делают полное обезболивание. Ну а свекрови скажете, что случился выкидыш. С кем не бывает?

Маринка все еще не верила в такой приговор. Она не понимала, почему так случилось. Порок сердца? Больное сердце – это «страх». Это ее страх отразился на ребенке.