Елена Минькина – Я больше не буду страдать (страница 2)
– Хорошо, – сдался Максим Петрович, – только у меня есть условие: он должен пойти работать. У меня есть вакансия для него, только что освободилось прекрасное место: мне нужен управляющий в ресторан. У него неплохое образование, думаю, потянет. Ресторан перепишу на тебя. Даже если этот придурок уйдет из семьи, у тебя всегда будет кусок хлеба с маслом. Ты знаешь, мой ресторан прибыльный, место раскрученное, но имей в виду: больше я с ним общаться не буду. Но если узнаю, что он тебя обижает, яйца ему оторву. Можешь так ему и передать.
– Папа, – осторожно заметила Валя, – мне кажется, Андрей не потянет твой ресторан. Он такой ленивый, спит до двенадцати часов…
– Вот и хорошо. Именно в это время начинается его работа – ресторан открывается в двенадцать. Если не потянет, тебе придется взять это на себя. Завтра приезжай ко мне часикам к двум. Я передам тебе дела.
– Мой папа берет тебя в свой ресторан управляющим, – сообщила Валентина мужу вечером. – Я считаю, тебе повезло, это хорошая работа. На первое время ты будешь получать оклад. Он назначил тебе двести тысяч. А затем, когда родится ребенок, папа даст тебе процент с прибыли.
– Я согласен, – быстро кивнул Андрей. – Но почему он сам не сказал мне об этом?
Валя потупилась.
– Он против того, чтобы я с тобой жила. Считает, ты не любишь меня и живешь со мной ради денег. Уверен, что наш брак вскоре распадется…
– Старый козел! Ну и хрен с ним! Я его рожу тоже видеть не хочу…
Хотя Андрей злился на тестя, но перспектива работать в ресторане показалась ему весьма привлекательной. Он знал, что Валин папа живет, в основном, за границей, и потому лезть в его дела не будет. А в ресторане всегда можно кого-нибудь снять на вечер. Знал он также, что этот ресторан всегда забит до отказа. В его обязанности входило следить, чтобы повара работали добросовестно, официанты быстро обслуживали клиентов, и заботиться о чистоте и порядке.
Работа оказалась не такой легкой, как он ожидал. Посетители часто попадались с характером, устраивали скандалы из-за найденных в тарелке волос или ниток, норовили не заплатить. Стервозные официанты прятали чаевые, а на кухне среди поваров наблюдались частые скандалы. К концу дня он валился с ног от усталости и ругал на чем свет стоит жену и тестя.
Странно, но после того, как Андрей вышел на работу, ему не раз предлагали должность получше, что могло дать ему полезные знакомства и связи. Но он так упивался своими вечными неудачами, что ему было жаль с ними расставаться.
– А стоит ли дергаться? – говорил он жене. – Раз у меня такая тяжелая судьба, ничего хорошего не жди.
– Некоторые твои друзья живут в сто раз хуже, – возразила Валентина.
– Хуже? У них хотя бы жены красивые, а мне с тобой и по улице ходить стыдно.
У Вали повлажнели глаза от привычных слез. Она отвернулась и промолчала. Валя погладила себя по огромному животу и тут же успокоилась. Доченька, когда появится на свет, уж точно подарит ей любовь.
Глава 2
Андрей смотрел мутным взглядом в пространство. Злость на жену переполняла его. «Что за жизнь, – думал он с горечью, – вместо того, чтобы сладко поспать после утех с девчонками, я должен тащиться в роддом!»
Андрей вышел с проститутками из дома и поежился – летняя ночь была холодной, как осенью. Сначала хотел поймать такси, но ночная прохлада немного отрезвила, и Андрей решил поехать в больницу на своей машине.
– Андрюшенька, – заканючила Роза, когда они ехали по Арбату, – давай зайдем в гастроном, я себе пива куплю, голова болит жутко.
Он оставил машину на платной стоянке и, вместо гастронома, повел девочек в ресторан, заказал три пива. Сделав несколько глотков, Андрей понял, что зверски хочет есть. Он подозвал официанта.
– Принеси-ка что-нибудь.
– Простите, но кухня закрыта. Я могу предложить вам орешки или оливки, есть чипсы.
– Все неси, – угрюмо произнес Андрей. – Могли бы оставить дежурного повара, уроды. Что будет в роддоме, не знаю, возможно, придется проторчать до утра.
Он заказал себе еще пива и немного водки. Роза зевнула.
– Андрей, может, отпустишь нас? Мы лучше в другой раз придем.
– В другой раз мне придется платить за отель, а так дома никого, надо это использовать. И вообще, я вас снял до утра.
Когда они вышли из ресторана, уже светало, дул пронизывающий северный ветер. Девушки в коротеньких летних платьях дрожали от холода.
– Ладно, – вдруг сказал Андрей заплетающимся языком, – отпускаю. Только плачу половину суммы.
Девушки молча взяли деньги и удалились.
Когда, наконец, он добрался до роддома, медсестра, узнав его фамилию, сразу побежала за доктором.
Доктор возник перед ним мгновенно. Этот худощавый пожилой человек с лысиной на макушке, окруженной ежиком седых волос, выглядел уставшим. Доктор поздоровался с Андреем.
– Что же вы так поздно приехали?
– Пробки, – соврал Андрей.
– Ночью? – удивился доктор. – Ладно, это ваше дело… У вас родилась дочь – полтора килограмма, рост сорок сантиметров. Идите за мной, я вам ее покажу.
Доктор повел Андрея по длинному коридору к палате, где находилась новорожденная. Они остановились на секунду перед дверью, и доктор быстро пробежал глазами по бумажкам у него в руках. Из комнаты донесся крик ребенка. Когда они вошли, Андрей увидел свою жену, неподвижно лежащую на кровати, и медсестру, держащую на руках ребенка. Лицо жены было восковым и неподвижным.
– Что здесь происходит? – с трудом выговорил Андрей.
– Ваша жена умерла, – ответил доктор. – Если бы она рожала в специализированном роддоме, ее бы спасли. Она же говорила вам, что у нее больное сердце?
– Роды за миллион, которые она предлагала? Нет уж, увольте, – возмутился Андрей, не совсем понимая, что произошло.
– Но ваша жена Валентина умерла! Мы сделали все, что могли!
– Господи, – Андрей схватился за голову. До него, наконец, дошло, о чем говорит доктор. – Я – хренов неудачник!
– Что вы бормочете? – переспросил доктор.
– Я – несчастливый человек, меня преследуют неудачи, – отозвался Андрей. – Теперь я лишился жены!
– Крепитесь, у вас есть дочка, вот она, – произнес доктор.
Он взял новорожденную на руки и протянул Андрею. Малышку уже успели оттереть от крови и слизи. Андрей увидел крохотное личико с молочно-белой кожей и прядками блестящих белесых волос. Носик и ротик были совсем крохотными. Непонятно, на кого походил этот ребенок. Но яркие серые глаза с бахромой черных ресниц пристально и недобро взглянули на Андрея. Казалось, девочка что-то соображает…
– Зачем она мне? – Андрей отпрянул от крохи. – Что я буду с ней делать?
Доктор брезгливо поморщился.
– Мы оставим девочку на какое-то время здесь, она очень слабенькая. Проведем обследование и подержим в кувезе, пока она не наберет вес, а вы пока поищите ей няню.
Андрей еще раз взглянул на сморщенное личико своей дочери и подумал: «Может, она тоже умрет…»
– Как вы ее назовете? – спросила медсестра.
– Не знаю, – пожал плечами Андрей. – Мы с женой еще не придумали имя…
– Возможно, девочка проведет здесь несколько недель. Хорошо, если мы будем называть ее по имени.
– Да называйте, как хотите, – Андрей поморщился, – мне все равно…
– Может, назовете ее Аксинья? – предложила медсестра. – Сокращенно Ася. Имя такое милое…
– Я же вам сказал, – разозлился Андрей, – мне все равно! – Он резко развернулся, собираясь покинуть палату.
– Вы должны отдать распоряжения насчет похорон вашей жены, – предупредил доктор. – Надо заказать гроб. Если она была верующей, необходимо пригласить батюшку на похороны.
– Но я не знаю, как это делать, – Андрей растерялся. – Все вопросы обычно решала моя жена…
– Она не может сама себя похоронить, – зло усмехнулся доктор. – Обратитесь к знакомым, сообщите ее родственникам, они помогут.
Андрей сразу вспомнил о тесте. «Черт, ему надо сообщить, что его дочь мертва! А если он узнает, что я сэкономил на родах? Этот доктор наверняка ему об этом расскажет. Он сразу же отберет и ресторан, и квартиру. Хотя все было записано на Валентину, а я ее наследник… Возможно, старик возьмет себе внучку, он еще крепкий. В любом случае, надо как-то ему сообщить…»
Он нерешительно потоптался на месте, с надеждой посмотрел на доктора и кашлянул нерешительно.
– Доктор, у меня к вам просьба… Позвоните отцу Вали, я вам номер дам. Он не любит меня, избегает общения…
– Нет уж, увольте, – нахмурился врач. – Я и так с вами кучу времени потерял. У меня сейчас операция, а вы разбирайтесь со своими проблемами сами. И кстати, ваша жена оставила вам записку, – доктор протянул ему свернутый листок бумаги.
Андрей медленно развернул его…
«Андрюша, если ты читаешь это письмо, значит, меня уже нет на этом свете. Я чувствую, как силы покидают меня. Мне осталось жить совсем немного. Я очень сильно люблю тебя и благодарна за все. У меня к тебе последняя просьба: не отдавай нашу дочку моему отцу. Иначе она вырастет такой же несчастной, как и я. Мой папа не умеет любить. Андрюша, найди себе женщину и женись, пусть она станет мамой для нашей девочки. У нее должна быть мама, а любая женщина полюбит нашу крошку, если начнет ее воспитывать с пеленок, так мы, женщины, устроены. Надеюсь, ты выполнишь мою последнюю просьбу. Прощай, мой любимый!»
– Когда она умирала, то сказала такие слова… – доктор устало смотрел на Андрея.