Елена Михалёва – Соль (страница 7)

Он облокотился на релинг и глядел вдаль с радостной улыбкой.

– Но что если они вздумают приплыть сюда? – мне сделалось не по себе.

Я пробежала взглядом по его точёному профилю с крупным прямым носом и волевой челюстью, отметила на скуле маленький шрам, потом зачем-то сделала вывод о том, что борода его пострижена не слишком ровно и можно делать это гораздо аккуратнее, что, несомненно, будет идти ему больше. И лишь тогда повернулась к китам.

– Не переживайте, госпожа, – ответил капитан, который, к счастью, не обратил внимания на моё любопытство. – Они направляются совсем в другую сторону.

– Хвала Небесам, – пробормотала я.

И капитан снова улыбнулся мне.

– Знаете, киты по своей натуре одиночки, – он кивнул на два фонтана вдалеке. – Большая редкость встретить пару.

– Это могут быть мать с детёнышем, – я снова отодвинулась, когда поняла, что наши рукава соприкасаются.

– Могут, – де Солер хмыкнул. – Но главное, что они не одиноки.

– Романтичный подход, – я покосилась на капитана.

– Практичный, – поправил он. – Вдвоём проще выжить. Как китам, так и людям.

Мой взгляд невольно скользнул по его рукам, расслабленно лежащим на перилах. Ладони мужчины выглядели грубыми и загорелыми. И никаких следов от перстней или колец. Тем более, обручальных. Из чего я сделала вывод, что этот не слишком молодой «кит» говорил о себе.

Наверное, я мало времени уделила гигантским животным вдалеке и чересчур откровенно пялилась на Рауля, потому что он обратился ко мне с довольно банальным вопросом:

– В чём дело? – его тёмные глаза хитро прищурились.

Он повернул голову так, что поднявшееся из моря солнце осветило его лицо с одной стороны и окрасило волосы в оттенок живой меди. Вблизи я различила бледные веснушки на носу и у висков. А ещё тонкие морщинки в уголках глаз из-за того, как часто он щурился на ветру и солнце.

– Матрос назвал вас «капитан Соль», – быстро нашлась я, изобразив интерес.

– Ах, это, – он с усмешкой глянув в сторону рулевого, которой в эту минуту смотрел перед собой. – Бортовое прозвище, не более.

– Вы позволяете подчинённым давать вам прозвища? – я закусила губу.

– Это неизбежно, госпожа Луиса, – Рауль наклонился ко мне и понизил голос: – Это вопрос не субординации, а доверия. Мои матросы рискуют жизнью ради меня, когда море подкидывает сюрпризы. Они имеют право дать мне прозвище. И поверьте моему опыту, лучше знать, как ваши люди прозвали вас прямо в лицо, чем гадать, как они называют вас за спиной.

Его тень закрыла меня от солнца, отчего мне вдруг померещилось, что стало холоднее. До новых мурашек. А ещё я уловила запах.

Капитан де Солер пах точно также, как и его корабль – просоленной древесиной с нотками эфирных масел и… ириски. В последнем ингредиенте я не сразу распознала ром.

Я снова мягко отступила от него, чтобы подставить лицо под тёплые солнечные лучи.

Дикость какая. Нюхать мужчину. Надеюсь, он не заметил этого. Хотя, очень сомневаюсь. Человек, который различал на бирюзовых волнах каждую задрипанную чайку вряд ли не видел того, что творилось у него под носом.

Я отвернулась и пошла неспешным, прогулочным шагом вдоль борта, в сторону носа корабля. Капитан двинулся вместе со мной, отставая лишь немного, чтобы держать между нами хоть какую-то дистанцию. Настоящий прорыв для того, кто имеет привычку вторгаться в личное пространство.

К этому времени киты ушли на запад и совсем пропали из виду. К счастью.

– Какой он? – вдруг спросила я. И тут же уточнила, уловив замешательство капитана: – Мой жених. Лорд Альварес. Какой он человек?

– Вы так быстро меняете тему, – с улыбкой заметил де Солер.

Я обернулась, чтобы подарить ему отборный, хмурый взгляд. Но мужчина выглядел весёлым.

– Находите меня забавной, капитан? – я фыркнула и остановилась на месте, едва дойдя до носовой части «Санта Адоры». – Хотите услышать правду? Мне страшно, – ну вот, я и сказала это вслух. – Мне чертовски страшно, потому что моя жизнь вдруг резко переменилась без моей на то воли. Меньше, чем за день, представляете? И вот я плыву одна, в обществе незнакомых мне мужчин, неизвестно, куда, чтобы передать свою судьбу в руки, неизвестно кого. Вряд ли это так уж смешно.

Где моя сабля? Подайте мне её!

– Я вовсе не смеюсь над вами, госпожа.

Не в силах вынести его тяжёлый взгляд, я отвернулась туда, где чёрно-золотой полосатый бушприт вздымался над волнами. Корабль бодро бежал вперёд, подгоняемый попутным ветром. Мы шли чётко на юг.

– Лорд Альварес хороший человек, но, как по мне, немного скучный, – раздался за моей спиной ровный голос капитана де Солера. – Он любит свой остров. Живёт в огромном особняке, который более похож на замок. Такой необъятный, что вряд ли даже видел все его комнаты. Ваш жених привык вести несколько затворнический образ жизни. Боится покушений на свою ценную жизнь и редко выходит в люди. Ещё реже покидает Исла дель Валор и плавает на другие острова Квадры. Но если возникает такая необходимость, он окружает себя маленьким войском верных ему людей, а его прогулочный флот похож на военную армаду. Раньше лорд Альварес таким не был. Но, полагаю, оно и к лучшему. Супруг вам достанется спокойный и ненавязчивый.

Я внимательно выслушала это скудное описание моего грядущего, а затем всё же повернулась к капитану, чтобы с недоверием уточнить:

– Как давно вы знакомы с лордом Альваресом? – а потом добавила ещё: – И насколько хорошо его знаете?

Рауль де Солер медленно пошёл дальше вдоль борта. Настал мой черёд идти за ним. Но на сей раз мы шли рядом.

– Мы вместе служили в юности, – ответил мужчина. – Конечно, у него чин был повыше моего из-за данных от рождения привилегий. Но своим положением Домиан пользовался редко. Поэтому мы довольно неплохо общались. А после судьба нас развела. Я остался в море, а его ждала земля Исла дель Валор. Я дослужился до капитана и получил права на этот корабль, а он стал лордом, вместо своего почившего отца. В чём дело, госпожа Луиса?

Вероятно, он прочёл на моём лице очередное искреннее удивление.

– Раз вы вместе служили, – мой взгляд прошёлся по капитану раза четыре прежде, чем я изрекла окончание вопроса: – тогда сколько же вам лет?

Мы остановились возле судового колокола, такого же матово-золотого, как и прочие металлические покрытия на «Санта Адоре».

– Так вы думали, что лорд Альварес немолод? – в тёмных глазах заплясали новые искорки веселья, когда я кивнула в ответ. Капитан скрестил руки на груди и выпрямился: – По-вашему мнению, сколько мне лет?

Я сглотнула. И после короткого, лихорадочного раздумья, наконец, решилась накинуть капитану де Солеру побольше.

– Сорок?

Он запрокинул голову и засмеялся в голос.

– Я правда так плохо выгляжу? – никогда не слышала, чтобы человек находил забавным оскорбительные намёки на его дурной внешний вид. И уж тем более уточнял: – Клянусь Небесами, пора завязывать с дешёвым пойлом и продажными женщинами.

Я запоздало захлопнула отвисшую челюсть.

– Я пошутил, госпожа Лу. Не смотрите на меня так, умоляю.

Он умоляет? Это мне хочется выброситься за борт, когда он меня разглядывает.

К счастью, неловкий разговор завершился весьма прозаичным образом. С нижней палубы начали подниматься матросы. Одетые в одни лишь рубашки, либо вовсе раздетые до пояса, они смеялись и зевали, собираясь у грот-мачты. Нас с капитаном заметили не сразу.

Рауль де Солер заслонил меня собой и наклонился, чтобы шепнуть:

– Вам лучше пойти к себе, госпожа. У моих людей по утрам нечто вроде физической тренировки, после которой они умываются или плавают в открытом море, чтобы освежиться, если оно спокойно, как сегодня, – я заметила лукавую улыбку на устах капитана: – Никогда не видели обнажённого до пояса мужчины, могу поспорить?

Вместо ответа я поджала губы.

Разве я осмелилась бы ему сказать, как два года назад мы с Инес заплатили целый золотой молодому кузнецу в Порто-Крус, чтобы он разделся перед нами? Полностью. Исключительно в образовательных целях, разумеется. Мы убежали от него со смехом спустя всего несколько минут, красные и жутко смущённые. Благо, отец так и не узнал о том случае. Инес бы точно досталось. Не говоря уже о кузнеце, который был сложен ничуть не хуже матросов, как мне кажется. Папеньке я тогда сказала, что лошадей мы не подковали потому, что я потеряла деньги. Он пожурил меня, а в следующий раз отправил к кузнецу Хуана.

– Позвольте проводить вас до каюты? – любезно предложил капитан, когда я деликатно отвела глаза.

– Буду очень признательна.

Мы прошли мимо матросов, при этом Рауль де Солер всё так же заслонял меня собой на ходу, а своим людям послал строгий взгляд, чтобы не потешались над робеющей девушкой.

За дверью своей каюты я спряталась, как за щитом, едва юркнув внутрь.

– Отдыхайте, госпожа, – раздался снаружи голос Рауля. – Доброго вам утра.

– И вам, капитан, – запоздало ответила я через дверь, но, кажется, он уже ушёл.

Я прислонилась спиной к стене и перевела дух. Кончики моих пальцев всё ещё оставались холодны, когда я щёлкала засовами. Последняя щеколда с лязгом прищемила кожу. Я ойкнула и сунула палец в рот.

– Погань несмазанная, – проворчала я, пнув носком туфли порог.

И услышала, как в коридоре заскрипели половицы.

Проснувшийся Моралес поприветствовал капитана заспанным голосом, после чего они оба вышли на палубу.