Елена Медведева – Мозг в чемодане. НЛП для бизнесвумен (страница 9)

– Говорите.

– Скажи ему, что он должен беречь мою жизнь. Если со мной что-нибудь случится, и я исчезну, то сразу будут опубликованы вещественные доказательства его участия в деле Михаила Валецкого. Эти доказательства находятся у верных людей, которых вы не знаете. Передайте, что будет опубликована записная книжка полковника, из которой он вырвал листок для записки Михаилу. Передай ему, что он может не беспокоиться – я не собираюсь это опубликовывать, и имени полковника Роберта Асинуги нигде упоминать не буду. – Я сейчас выйду, а вы поезжайте дальше. Если вас интересует, что я буду делать, то уверяю вас, что пойду домой.

Андрей вышел в вечернюю темноту.

Еще одна победа! Теперь Андрей может быть спокоен – его никто не тронет. Над ним по-прежнему безоблачное небо, усеянное бесчисленными звездами. Может быть, навестить Тэсс? Дом профессора Шварцберга, как помнит Андрей, где-то недалеко. И Тэсс, наверное, дома.

Андрей быстрыми шагами пошел вдоль палисадников. Вот и знакомый дом. Окна освещены, но не все. Отец наверняка работает. А что делает она? В окнах никакого мелькания. Значит, гостей нет. А что если позвонить? Она откроет. Он войдет. Она удивится. И тут… тут он придумает что-нибудь. Сколько раз у него было так, что в нужную минуту он находил правильное решение. Когда бы раньше он ни шел к женщине, он не составлял никакого плана, а получалось всегда успешно. Значит, позвонить?

Дверь открыла служанка. Спросила, как доложить о нем Тэсс.

Как доложить? Вот этого Андрей не знает. Сказать, что ее хочет видеть Андрей Дизель? Нет. Так нельзя. Он ведь знакомился с ней как Михаил.

Андрей растерялся. Служанка терпеливо ждала.

– Мэри, кто-то пришел к нам? – раздался сверху голос Тэсс.

Она идет вниз! Сейчас она увидит его! Андрей остолбенел и вдруг бросился к двери и выбежал на улицу. Сзади раздался крик: «Куда же вы?»

Андрей остановился за углом перевести дух. Какая обида! Какой он дурак! Она сама шла к нему, а он струсил. Нет, не струсил, просто сейчас не время выяснять отношения.

В ту ночь Андрею не спалось, но и работать он не мог. Было тревожно. Надо бы послушать новости. Что это? Даже ночью говорят о ракете «Феномен», как если бы это был первый запуск ракеты в космос. Слова диктора звучали как приговор: «Ракета потеряла управление. Вероятно, произошло столкновение с метеоритом. Он пробил обшивку и что-то повредил в устройстве управления».

Андрей представил себе ракету, плывущую в темной холодной пустоте. В этом металлическом гробу находится заживо погребенный, сам себя приговоривший к мучительной смерти от холода и удушья Михаил.

Андрею Дизелю стало дурно. Закружилась голова. Он сел в мягкое кресло, зябко поежился. Неужели все кончено?

От неожиданного телефонного звонка он даже подпрыгнул.

– С вами говорит полковник Роберт Асинуго. Мы, кажется, уже знакомы. Познакомились на пресс-конференции… Была приятная встреча… Дорогой мистер Дизель, мне нужно срочно поговорить с вами. Я хотел бы приехать к вам сейчас же… В таком случае я еду… Через полчаса буду у вас…

Андрей в недоумении положил трубку. Вот как! Роберт Асинуго сам едет к нему на переговоры! Выходит, что он зря погорячился. Может быть, и пугаться-то нечего. Надо обдумать все спокойно.

Андрей Дизель сел в кресло и закурил. Он понемногу приходил в себя от панического испуга. Что и говорить, перепугался он здорово. А почему? Ведь если рассудить здраво, то бояться надо не ему, а Асинуге. Это он несет ответственность за гибель человека в ракете. Это не его провал, а провал Военного ведомства! А военные, особенно Асинуго, действительно попали в сложное положение. Они должны что-то сказать публике. Ясно, что им желательно было бы заявить, что Михаила они не знают и никаких соглашений с ним никогда не имели. Однако у Андрея и профессора Шварцберга есть вещественные доказательства. С каким удовольствием они разделались бы с ними, да нельзя. Таким, как профессор Альберт Шварцберг, не заткнешь рот. Он будут говорить прямо и беспощадно.

Значит, Роберт Асинуго едет к Андрею покупать вещественные доказательства: записную книжку с золотистым обрезом, письма Михаила. Посмотрим, какую цену даст за них полковник.

Андрей Дизель встретил Роберта Асинугу как старого друга. Услышав гудок подъезжающего автомобиля, он, в знак особого расположения к гостю, даже вышел к воротам и с обворожительной улыбкой ожидал, когда Роберт пройдет по дорожке между клумбами. Андрей не знал, о чем они сегодня договорятся, но был уверен, что они договорятся обязательно. Иначе и быть не могло.

Роберт вышел из машины приветливый, но озабоченный. На лице была улыбка, но серые глаза выражали непреклонную решимость. И вообще он напоминал Андрею сжатую пружину, поблескивающую холодной сталью.

Роберт Асинуго был теперь уже в генеральском мундире. Андрей подумал, что генеральское звание Бобби получил за смелый эксперимент с Михаилом. Верховное командование, с таким восторгом принявшее предложение Асинуги, спохватилось сразу же после того, как произошла утечка информации, и Роберт был вынужден все же дать кое-какие сведения об эксперименте. Пока ракета благополучно летела по своей орбите, можно было еще надеяться, что все закончится грандиозным успехом. Но в создавшемся положении надо было искать выход: договориться с Андреем Дизелем.

Андрей провел генерала Асинугу в кабинет.

– Очень рад, что вы, наконец, нашли возможность приехать ко мне. Я давно ждал вашего визита…

– Простите, мистер Дизель. В другой раз я бы с удовольствием поговорил с вами о многих интересных вещах. Но сейчас мне не до этого. Вы понимаете, в каком затруднительном положении мы оказались. Давайте сразу перейдем к делу.

– Я согласен, господин генерал. Уверяю вас, что я сделаю для вас все, что будет в моих силах. Я не хочу делать неприятности ни Военному ведомству, ни лично вам, но прошу также понять и меня. Отдать вам записную книжку и письма я не могу. Это для меня смерть. Получив книжку, вы сразу опубликуете, что журналист Андрей Дизель обманул общественность ради сенсации. Никакая сумма за эту книжку не спасет меня.

Генерал нетерпеливо махнул рукой.

– Мы не собираемся покупать эту книжку. Мы об этом и не думали, зная, что вы на это не пойдете. Есть другое предложение. Но прежде хотел бы сказать, что вы имеете дело с противником, который вам не по зубам. Подумайте, кому вы бросили вызов!

– К чему эти угрозы, господин генерал? Я не боюсь многотонных грузовиков, которые могли бы раздавить меня по вашему заказу, я не боюсь тюремных камер, мысль о сумасшедшем доме вызывает у меня лишь улыбку. Ничего этого вы не сделаете! Предупреждаю вас еще раз: если со мной произойдет несчастье, вашей карьере тоже конец.

Асинуго стиснул зубы и глухо произнес:

– Михаил сам хотел этого… Если, конечно, верить вашей выдумке, что в ракете кто-то есть. А сколько ученых принесли себя в жертву! И никто не осуждает их за это.

Андрей засмеялся.

– Михаила тоже никто не осуждает. Это не преступление – принести себя в жертву науке. Но убить другого для науки – это уже преступление, тем более ради собственного продвижения…

– Вы перебили меня. – Я все-таки прошу вас понять, что мы не те люди, которые могут склонить голову перед начинающим журналистом.

– Повторяю, я не хочу с вами бороться. Поймите, и мне выгодней иметь в вашем лице друзей, а не врагов. К чему мне эта борьба? Я хочу жить, наслаждаться жизнью и прошу вас найти выход. У вас есть предложение? Уверен, что есть. Иначе вы не приехали бы ко мне.

Генерал Асинуго внимательно посмотрел на Андрея, как будто только сейчас по-настоящему увидел его. Да, Андрей занимает более сильную позицию в этом разговоре, знает это и потому спокоен.

Роберт улыбнулся.

– А ведь вы правы. Попытаемся договориться. А из вас, кстати, вышел бы неплохой военный. Я попытался сломить ваше самообладание, но вы выстояли…

– О-о, что вы, господин генерал. Военная карьера меня никогда не привлекала. Вот вы – прирожденный военный, это сразу видно. Вам идет командовать, в смысле властвовать. А я просто хочу жить! К чему мне власть, если я и без нее могу все взять от жизни.

– И я в студенческие годы даже не помышлял о военной карьере. Был не очень прилежным студентом. С большим удовольствием проводил время в спортивных играх, веселился в барах, развлекался с женщинами. Однако вскоре понял, что знания, доступ к информации – это уже орудие владения умами людей. Так уж устроен мир, что самой большой информацией владеют люди, у которых в шкафу висит военная форма. И сколько бы журналистских расследований вы не проводили, вы никогда не проникните за предел обыкновенных домыслов. Например, слышали ли вы что-нибудь об астральном спецназе?

– Мне не интересно заниматься этими шарлатанами.

– Шарлатаны – только ширма, за которой в действительности происходят удивительные вещи. Кто хоть раз попробовал, уже никогда не захочет, как вы выражаетесь, «просто жить». Но вернемся к моему предложению относительно вас. Представьте себе, что Военное ведомство категорически заявляет, что в ракете не было ни Михаила, ни кого-либо еще, за исключением подопытных животных. Конечно, мы допускаем возможность того, что с ракетой может что-нибудь случиться. Мы не хотели, чтобы до поры до времени кто-нибудь мог получить хотя бы малейшую информацию о действительно уникальном техническом эксперименте. Поэтому мы положили в нее одно устройство… Так что через некоторое время ракета «Феномен» не будет болтаться в Космосе…