Елена Медведева – Если не хочешь умереть, или Экстрим и физика. Свиньи тоже любят (страница 12)

– Петя! Вставай! Ты опоздаешь в аэропорт! – Лариса обеими руками сильно трясла его за плечи. – Или ты передумал лететь?

– Куда лететь? Домой?

– Что с тобой? Ты не узнаешь меня?

– Лариса! – Петр нежно обнял и поцеловал жену.

– Академик Серов и Милентина уже звонили из аэропорта.

– Иван Аркадьевич? Он жив? Я же собственными глазами видел… – Петр в изумлении уставился на родное Ларисино лицо. – А ты как тут оказалась?

– Пить надо меньше. Вчера на юбилее у Зойки ты так надрался, что я еле приволокла тебя домой. Как ты мог нализаться перед ответственной конференцией? Ты же сам говорил, что там ты надеешься найти общий язык с Серовым.

– А куда мы летим? В Грецию?

– А на Мальдивы не хочешь? Конференция состоится в Иркутске.

Петр протер заплывшие глаза и, быстро вскочив, направился в ванную. Из крана с горячей водой вырвался обжигающий пар.

– Да-а, придется договариваться, – Петр пустил холодную воду и, подставив голову под освежающий поток, попытался смыть воспоминания о ночном кошмаре.

Студент нажал на красную кнопку пульта, и в этот момент громко засвистел мобильный.

– Ты где? Мы уже третью кружку опрокинули.

– Меня не ждите – у меня хвост по физике, надо бы промассировать мозги.

– С каких делов ты вдруг решил податься в аккуратисты?

– Завтра дам вам диск с забойной игрушкой. Если врубитесь, проблем с Милентиной Колбасюк у вас больше не будет.

Свиньи тоже любят

Глава 1

Зверь на шампуре

В электронную почту молодой программист Николай Леонов заглядывал редко – если кому-то срочно понадобится, звякнут по мобиле или СМСку пришлют. Электронный адрес Николай заполучил только ради понта – все-таки теперь он сотрудник солидной фирмы и прикид у него соответствующий: дорогой темно-серый костюм, рубашка с галстуком, в портмоне – дюжина визиток. Правда, вкалывать приходится по полной программе – даже на перекур не разрешают отлучаться. Но сегодня можно позволить себе небольшой расслабон – начальство в полном составе удалилось на совещание.

Пароль к своему почтовому ящику он придумал неслабый – «moya mechta» – даже во сне не забудешь. Однако в свои двадцать с небольшим Коля еще не составил окончательное представление о том, в чем же состоит его мечта. Стать таким же знаменитым, как отчим матери академик Николай Леонов-старший? Слава – вещь переменчивая, как прогноз погоды. Сначала вознесут тебя на Олимп, а потом вдруг хрясть по морде и будешь ловить тупняк всю оставшуюся жизнь – не приятно ощущать себя мужиком, у которого все будущее позади. Стругать бабульки тоже хлопотное занятие. Зачем иметь больше, чем тебе требуется для нормальной жизни? Деньги – тот же наркотик – их всегда не хватает тому, кто зациклился на преумножении капитала. Самое большое счастье – это хорошая семья. Вот его родители – птицы не высокого полета, но зато до сих пор влюблены друг в друга. Правда, были и у Веры с Алексеем обломы в семейной жизни, но они все простили друг другу. И бабушка Коли Людмила Андреевна кудахчет над дедом, как курица над яйцом.

За этими мыслями Коля даже не заметил, как машинально вошел в сеть. За те полгода, что он не заглядывал в почту, накопилось несколько посланий от провайдера, включая поздравление с днем рождения. Надо бы отправить их в корзину или вообще удалить. Внезапно его красивое лицо вытянулось и покрылось смертельной бледностью. В глубине души Николай Леонов-младший давно опасался, что такое может случиться, но шли дни, недели, месяцы, и он уже поверил в то, что его оставили в покое.

Письмо от анонима поступило всего час назад. «Верни то, что тебе не принадлежит. Встретимся в субботу в 15–00 возле памятника Пушкину».

Две недели до…

В субботнем номере Химкинской газеты «Вперед» пенсионерка Людмила Андреевна обнаружила очень важную для себя информацию: пенсионерам, имеющим 50 лет трудового стажа, положена ежемесячная надбавка к пенсии в размере 800 рублей. Людмила Андреевна трудилась с 16-ти лет, сначала на текстильном предприятии, а позже, по окончании мехмата МГУ, на флагмане космических технологий – заводе «Энергомаш».

Отпускать с работы ее не хотели, и, если бы не давка в тролейбусе в утренние часы, она бы потрудилось еще лет этак пять. В свои семьдесят два Людмила Андреевна выглядела на 55. Выше среднего роста, худощавая и всегда по моде одетая, сзади она вообще смотрелась как девушка. Иногда она даже ловила себя на том, что вздрагивает и оборачивается, когда за спиной раздается: «Девушка!» И тогда с грустью подмечала промелькнувшее в глазах разочарование. Зато дочь Людмилы Андреевны голубоглазая красавица Вера и в свои сорок с небольшим приковывала к себе внимание встречных мужчин, несмотря на хромоту.

Первый понедельник февраля стал последним днем зимних каникул в техническом университете, где Вера преподавала математику. И это был один из двух приемных дней в Центре социальной защиты, куда Людмила Андреевна собиралась обратиться по поводу добавки к пенсии. 800 рублей – сумма, конечно, небольшая, если учесть, что и Вера, и зять Алексей неплохо зарабатывают. У восьмидесятилетнего супруга Людмилы Андреевны, лауреата Ленинской и Государственной премий Николая Павловича Леонова пенсия тоже вполне приличная. И 22-летний внук Николай Леонов-младший уже давно не клянчит у бабушки денег на «мороженое». Но у Людмилы Андреевны имеется одна слабость, какой страдают многие пожилые и не очень пожилые женщины: Людмила Андреевна не может пройти спокойно мимо несчастных бездомных животных. Если нет под рукой чего-нибудь съестного, все равно остановится, погладит, поговорит – доброе слово и кошке приятно. И к птицам Людмила Андреевна проявляет сострадание, особенно в зимние холода, когда на земле и корку хлеба не найдешь. Благодаря ее любви к Природе, даже зять, в прошлом заядлый охотник и вороний киллер, теперь персонально знает каждого живущего по соседству голубя, да и с воронами мирится – это в лесу пернатые волки разоряют птичьи гнезда, а в городе они – санитары.

От остановки троллейбуса до Центра надо было пройти пешком метров семьсот в параллель к широкой аллее, где на старых липах и летом и зимой собирались вороньи стаи. Вера с трудом поспевала за матерью, бодро шагавшей по узкому тротуару в своих любимых кожаных брюках, белой куртке и надетой задом наперед бейсболке. Это был район старого города с явным преобладанием серых кирпичных хрущоб, украшенных в период притока нефтедолларов яркосиними и ярко-желтыми экранами балконов.

Внезапно Людмила Петровна замедлила шаг и, сделав резкий бросок влево, наклонилась над нахохлившейся от холода птицей. Это была черная ворона с блестящими умными глазами и неуклюже выпирающим правым крылом.

– Крыло сломано, и, следовательно, птица летать не может, и, следовательно, нуждается в помощи человека, – хотя Людмила Андреевна и не произнесла это вслух, Вера не сомневалась, что такая мысль мелькнула в ее голове и что вслед за мыслями будет немедленно принято гуманное, но необдуманное решение. Так оно и случилось.

– Вера, давай отложим пенсионные дела до следующей недели, – умоляюще заглядывая в глаза дочери, протянула Людмила Андреевна.

– Мама! Я не могу отпрашиваться с работы! Неужели ты хочешь взять в дом эту раненую птицу? Не забудь, что ее надо кормить – вороне требуются белки, то есть мясо.

– Я не могу ее бросить умирать на холоде. И потом она беззащитна перед опасностью нападения со стороны бродячих собак и кошек.

Ворона с благодарностью посмотрела на Людмилу Андреевну и, прыгнув вдруг в проем подвального окна, исчезла в черной дыре.

– Мама, надеюсь, ты не будешь пытаться обследовать эту модель абсолютно черного тела? Ты, конечно, стройная, но не пролезешь.

– Как ты можешь надсмехаться над матерью?! – возмутилась Людмила Андреевна. – Иди и посмотри, нельзя ли пройти в подвал из подъезда.

К огорчению Веры, дверь в подвал оказалась не заперта. Обмануть мать она не могла, и потому, скрепя сердце, проинформировала Людмилу Андреевну о данном факте и даже вызвалась сопровождать ее в это подсобное помещение. Как ни странно, оно имело вполне жилой вид: правый угол занимал довольно приличный бархатный диван, на котором нежилась лоснящаяся трехцветная кошка. У торцевой стены стоял накрытый яркой клеенкой кухонный стол, на краю которого бурлил электрический чайник. На тарелке – свежие булочки с отрубями. Имелось в подвале и водоснабжение. Над раковиной висело довольно большое зеркало, на полочке стоял стаканчик с зубной щеткой. В левом углу располагались принадлежности, выдававшие род занятий обитателя подвала: рабочий халат, ведро с тряпками, швабра…

– Есть здесь кто-нибудь? – крикнула Вера.

С противоположной стороны донесся шорох, гулко зазвучал пол под тяжестью многочисленных прыжков. Из темноты на Веру уставились десятки светящихся кошачьих глаз. Она пригляделась и заметила несколько наполненных сухим кормом и вполне съедобными объедками пластмассовых мисок. В одной из них сидела ворона со сломанным крылом и с жадностью заглатывала тонкую и длинную сосиску. Ни одна из кошек не покушалась на лакомство, терпеливо дожидаясь окончания вороньего пиршества.

– Вот видишь, мама, ей тут неплохо живется.

– Да-а, пожалуй, мне не по карману угощать ее сосисками, – Людмила Андреевна вздохнула со смешанным чувством разочарования и облегчения – в ее помощи не нуждаются, – это одновременно и хорошо и плохо. Однако из-за этой вороны они могут не успеть попасть на прием до обеденного перерыва. Больше всего Людмила Андреевна не любила торопиться – отсутствие такой необходимости после выхода на пенсию казалось ей единственным, но все же существенным плюсом. Она направилась было к выходу, но вдруг окликнула Веру и остановилась.