Елена Мазур – Леди Осень (СИ) (страница 31)

— Та-ак, и что дальше? — шепотом спросила Дара.

— А дальше ищем Смотрителя, — так же тихо ответил Глеб. — Без него мы не сможем безопасно пройти за ворота.

Согласившись с его мнением, мы решили разделиться и принялись осматривать сад снаружи, обходя его вокруг и высматривая среди множества ледяных фигур ту самую, что нам нужна.

Забор был высок и прозрачен, но прутья были настолько плотно облеплены льдом, что разглядеть что-то между ними было сложно. К тому же, меня не покидал страх, что кто-то может в любой момент выглянуть в окно и заметить нас, подозрительных чужаков, рыскающих у королевского сада.

И стоило мне об этом подумать, как рядом раздались голоса, а потом тонкий женский вскрик.

Инна!

— Всем стоять! Никому не двигаться! Всем нарушителям приказываю добровольно сдаться!

Больше десятка человек в белой форме дворцовой стражи окружили нас, не давая шанса на побег. Их было слишком много для нас пятерых, а значит, это не просто случайная встреча — нас явно ждали.

На какое-то время повисла звенящая тишина… А потом в один миг случилось сразу многое.

Инна, что стояла дальше всех от нас, была первой схвачена одним из стражников. Ей завели руки за спину, ограничивая движение, и попытались увести, но не успели. Глеб, словно молния, резво выскочил прямо на стражника с занесенным кулаком и одним ударом оглушил мужчину, вырывая из его объятий жену. В тот же миг внимание остальных стражников переключилось на них, и пару взяли в кольцо.

Филипп крикнул нам с Дарой:

— Бегите! Быстрее! Я их задержу!

Не дожидаясь моего ответа, он обернулся крупным филином, с крыльев которого тут же посыпались листья, казавшиеся в такой темноте простыми перьями, и с яростным криком набросился на ближайшего стражника.

С огромной скоростью он нападал то на одного врага, то на второго, переходя к третьему, четвертому… Бешено носился вокруг, создавая хаос, вселяя в противников страх громким уханьем, вонзая острые когти в их плоть и безжалостно раздирая ее.

Однако стражники тоже были не промах, настоящие зимние маги. Они пускали в него ледяные стрелы и шипы, от которых приходилось уворачиваться, пытались сбить потоком холодного ветра или обездвижить крылья морозным касанием. Это не приносило никакого вреда летнему магу. Так же, как и стражникам атаки ночной птицы были ни по чем — те просто закрывались прочными ледяными щитами и морозными панцирями.

Тем не менее, Филиппу удалось главное — стянуть на себя все внимание и дать Глебу больше пространства для действий. И теперь я могла увидеть собственными глазами тот самый клинок лорда Февральского, появившийся из ниоткуда.

Ледяной и блестящий, с идеально гладкой поверхностью, необычайно тонкий и острый. Огромный и наверняка очень тяжелый, но Глеб держал его так, будто тот ничего не весил. С грацией опытного воина он обрушивал бесконечные удары на противников, больше не скрывая свою истинную силу и смело подключив к делу осеннюю магию.

Звон оружия и звуки стихии раздавались по всей округе. Я понимала, что нашим мужчинам ничего не грозит, ведь они не просто сезонные маги, а настоящие месяцы. Но все же тревожно было видеть, как они вдвоем сражаются против такого числа противников. Мне ли не знать, как легко задавить даже сильнейшего воина большим числом?

И вот, когда в парящего над землей Филина стремительно понеслась огромная ледяная глыба, я не сдержала крика:

— Берегись!..

Но тот все равно не успел вовремя среагировать и увернуться вышло лишь частично. Крыло задело мощным ударом, и Филина унесло куда-то в сторону.

Но дальше разглядеть уже было невозможно — на мой крик обернулось двое стражников. Они мигом позабыли о мужчинах и ринулись к нам с Дарой, крикнув предупредительное:

— Стоять!

Девушка схватила меня за руку и потащила прочь с места схватки. Мы неслись со всех ног, петляли, кое-как уворачиваясь от враждебной магии. Легкие жгло огнем, несмотря на то, что вдыхали мы холодный воздух. Настолько низких температур я не любила, мне было тяжело с ними справляться, поэтому выдохлась я раньше Дары. Она практически тащила меня за собой, подгоняя, толкая то в одну, то в другую сторону. Но это не помогало — мужчины бегали быстрее нас.

Один из них выбежал вперед и преградил нам путь, лишая возможности сбежать. Он мерзко оскалился, глядя на нас с превосходством, а в его руках постепенно росла ледяная глыба.

Второй мужчина был прямо напротив позади нас, но в отличие от напарника, на так сильно рассчитывал на магию. Он достал железную цепь и готовился сковать нас ею, но Дара не дала ему такой возможности. Она снова дернула меня за собой, уводя в единственную оставшуюся сторону — к воротам сада.

Первый маг выругался и послал нам вслед незаконченное заклинание. Ледяной булыжник, к счастью, рухнул в землю, никого не задев, а цепь второго, прицельно бившая по ногам, все же промазала. Но я рано обрадовалась. Внезапно удлинившись, цепь начала обрастать новыми звеньями — теперь уже изо льда — и змеей обматываться вокруг моей лодыжки.

Недолго думая, я принялась бить цепь своей магией, пытаясь растопить лед, но тот поддавался с трудом. Тогда Дара решила помочь. В ее руках вдруг возник ледяной клинок, не такой большой, как у ее брата, но не менее красивый, а главное — столь же острый. С одного удара ей удалось отсечь голову «змеи», впившейся в мою ногу, и мы рванули к воротам. Те открылись без всяких проблем, приглашая нас внутрь.

Стараясь не думать о том, что возможно за ними нас ждет мгновенная смерть, мы шагнули на территорию легендарного сада. Ворота со скрипом закрылись, отрезая нас от погони. А потом нас накрыла тишина…

16

Тишина королевского сада не была абсолютной. Она звенела, переливалась множеством ненавязчивых, едва различимых звуков. Такое можно услышать на берегу заледеневшего пруда ясным морозным утром. Тихий треск льда, низкий гул ветра, шорох опадающего снега... И раз мы могли слышать эти звуки, значит, вопреки ожиданиям, все еще живы.

Мы с Дарой настороженно переглянулись и решили продолжать движение. Здесь было в разы холоднее, чем снаружи, и промедление может грозить обморожением.

Узкие дорожки сада петляли между восхитительными статуями всевозможных видов: деревья и цветы, фонтаны и скамейки, животные и птицы… И да, здесь были человеческие фигуры. И их было очень много.

— Эти статуи поразительны! — приглушенным голосом то и дело восторгалась Дара, останавливаясь почти у каждого ледяного человека. — Ты только посмотри! Такие четкие черты, настолько качественно проработанные детали одежды, вплоть до мельчайшей складочки, даже до мельчайшей морщинки на коже! Такое мастерство просто невозможно! Это ж надо… Они как настоящие…

И правда. Все в них — рост, пропорции, выражения лиц и позы — было настолько реалистичным, что возникали сомнения в том, что они были сделаны кем-то. Разве что фигуры были однотонно голубоватыми и на жаре бы, несомненно, растаяли.

— Постой, а вот этого я где-то видела… — задумчиво произнесла Дара, указывая на одну из статуй.

Я присмотрелась и тут же узнала:

— Это же брат короля! Я видела его портреты во дворце.

— Точно! Я вспомнила! В галерее Инны тоже есть его портреты. Поразительное сходство!

— Но зачем он здесь? — задумчиво проговорила я. — Из рассказов учителей я помню, что он погиб на охоте. Если ему хотели поставить памятник, то почему именно здесь, в запретном саду, куда годами не ступает нога человека? — меня вдруг осенила страшная мысль: — Если только…

— Если только это не он сам собственной персоной, — закончила за меня Дара.

Что если... его каким-то образом заманили сюда, зная, что становится с каждым ступившим за ворота сада?.. Способен ли Леонард убить собственного брата в процессе борьбы за трон? Вполне.

О боже… Неужели и нас ждет такая же участь — стать одной из этих статуй, пополнить эту жуткую бездушную коллекцию?

— Пошли скорее! — поторопила я подругу, старательно отгоняя неприятные мысли. — Надо найти Смотрителя.

Еще некоторое время мы кружили по саду, как по лабиринту, присматриваясь к человеческим статуям, но так и не находя среди них того, кто нам нужен. В конце концов дорожка вывела нас к небольшому пустому пространству, в центре которого находился неописуемой красоты ледяной цветок.

Его сложно было назвать статуей. Он именно рос из земли, как самый обычный цветок, и лепестки его трепетали на ветру, как настоящие. Цветок был полон жизни, он будто дышал ею, и это выделяло его среди всех остальных ледяных фигур сада.

— Какая красота! — выдохнула Дара. — Как думаешь, что будет, если его сорвать?

— То же, что и в сказке, — предположила я, пожав плечами. — Думаю, мы не умерли до сих пор только потому, что ничего не трогали. Вот и его не будем трогать.

— Согласна. Вот только Смотрителя мы не нашли, а значит нужно сделать что-то такое, чтобы спровоцировать его появление.

Я с сомнением посмотрела на подругу и осторожно спросила:

— И что ты предлагаешь?

— Не знаю, может, кинуть в него что-нибудь, чтобы не прикасаться? Или потыкать чем-нибудь?

Идея показалась мне кощунственной, но у Дары имелись хоть какие-то идеи, в то время как я ничего другого предложить не могла. Даже странно, что именно той, кто любит статуи и сама является скульптором, мог прийти в голову именно такой способ разрушить самую совершенную из них.