Елена Матеуш – И Двери откроются (страница 9)
На лицо настоятельницы набежала тень при мысли о третьем письме, что ей предстоит составить. Сообщать родителям пропавших послушниц об их исчезновении она не любила. Хотя они, отправляя дочерей в Обитель Рора, прекрасно знали о возможности такого исхода, но каждые, с кем это всё же случалось, страшно поражались, что пропала именно их деточка.
У одних от печальной новости пробуждалась родительская любовь, придавленная до этого задетой гордостью или боязнью позора, другие пытались найти выгоду, но и те, и другие начинали донимать настоятельницу вопросами, упрёками и угрозами.
Барон Гартис не показался матушке Брунди любящим отцом, но сорвать с Обители отступные наверняка попытается. Насколько она знала, род Гартис был почти разорён, и пропавшая Марьяс была их шансом поправить своё положение через выгодный брак. Девочка же умудрилась забеременеть не от того, за что её и сослали сюда. Родители, похоже, надеялись скрыть её позор в этом удалённом монастыре. По их планам Марьяс должна была оставаться здесь до самых родов, после чего ребёнка у неё забрали бы, а саму выдали замуж за подобранного отцом жениха. Но девочка решила по другому. Сбежала от них в другой мир по открытой Рором дороге. А матушке Брунди теперь за неё отдуваться. Что же, не в первой!
****
Обратный путь до кельи показался Марине в два раза короче. Она не успела задать Поле и половину вопросов, что появились у неё после встречи с настоятельницей. Послушнице пришлось несколько раз подтвердить, что Марина поняла правильно – её оставляют в Обители!
От облегчения на Марину напала говорливость:
– Я так рада, что остаюсь! Я буду жить там же или меня переселят? Нужно собирать вещи для переезда? А что за послушания вы выполняете? Что сейчас нужно сделать? Значит, Мир меня принял?
– Не части! – засмеялась Пола. – Я тоже рада, что тебя оставляют. Нет, вещи собирать не надо, да и что там тебе собирать. В ближайшее время ты останешься в той же келье и с остальными сёстрами и послушницами начнёшь знакомиться постепенно. Сегодня нас осмотрит целительница, а потом нам начнут давать послушания. Какие – узнаем от сестры Килурии. Она старшая над послушницами. Строгая – просто жуть!
– А зачем целительница? Ты больна? Я чувствую себя хорошо. Ушибы больше не беспокоят. А целительница – это платно? У меня же нет ваших денег.
– Она проверит, нет ли у нас каких-то скрытых болезней. Иногда пришедшие заносят свои болячки. Но ты не бойся! Если бы было что-то опасное, то матушка целительницу к нам не прислала бы. Она в Обители одна и ею рисковать не стала бы. Лечит она нас бесплатно, а вот если зовут целителя со стороны, то да, платить придётся. Но такое случается редко. Сестра Нида – сильный маг и опытный.
– Маг? У вас лечат магией?
– Конечно! А как иначе? У вас что – по другому?
– У нас магии нет.
– Не может быть! Ты просто не всё знаешь. У вас, наверно, это тайные знания, как в королевстве Рудир. Там тоже говорят, что магии нет, а сами закупают у нас артефакты для жрецов.
– Нет, у нас правда нет.
– Вы что, освещаете дом факелами, как наши предки?
– Нет, электричеством.
– Это как?
– Лампы, как у вас примерно, только светятся благодаря току.
– Это как?
Марина попыталась вспомнить объяснения, что давались когда-то на уроках физики, но поняла, что каждое новое её пояснение вызовет всё тот же вопрос: “Это как?”, и вряд ли смутные воспоминания помогут ей прояснить всё окончательно. Тем более, вдруг обнаружилось, что часть слов в новом языке отсутствуют и в голове словно звучал щелчок при переключении с языка на язык. До этого она не ощущала, что говорит на другом, не родном языке, а сейчас вдруг почувствовала, и это рождало тревогу.
Так что она оставила попытки объяснить технические принципы земного освещения:
– Объяснять долго, да я и не электрик.
– Вот! – торжествующе воскликнула Пола. – Я же говорю – магия. Только у вас она называется “эде-ктри-чество”! Тебя просто не посвящали в тайные знания.
Марина сочла, что это очень удобно – объяснять всё, в чём не разбираешься, магией и тайными знаниями, в которые ты не посвящён. И решила взять этот способ на вооружение, если её начнут расспрашивать о технике её мира, потому что объяснить, как работает смартфон или автомобиль, она всё равно не в силах.
– Наверно, можно и так сказать, – согласилась с Полой Марина
Глава 8
Марина отложила в сторону азбуку и потёрла глаза. Прозанималась весь вечер после ухода Полы. Она твёрдо решила как можно скорее освоить местную письменность. Раз остаётся здесь, то надо уметь читать и писать. Марина даже не поняла вначале, когда Пола в ответ на её просьбу проверить, правильно ли она произносит буквы, спросила:
– А зачем тебе это?
– Как зачем? Если выучу неправильно, то…
– Нет, зачем тебе грамота? – перебила Пола. – Женщине её знать не обязательно. Моя мама не знает, и ничего, счастлива.
– А ты?
– Отец заставил меня учиться, потому что у родителей долго не получалось с наследником, а я старшая, вот он и думал, что придётся меня к семейному делу приставить. Но обошлось. Торин оказался крепким мальчиком, перерос опасный возраст, так что от меня отстали.
Марина растерянно смотрела на Полу,не зная, как объяснить то, что для неё казалось очевидным:
– У нас всех учат грамоте, и не только.
– Прямо все – все умеют читать? – недоверчиво переспросила Пола.
– Ну да, – потом поправилась. – У нас в стране. Только в отсталых странах есть неграмотные. Не уметь читать – это вроде как быть неполноценным.
– Можешь не мучиться. У нас не так. Если ты останешься в Обители, то и так не пропадёшь. А сестру Летицию тебе всё равно не заменить. Она из знатного рода и будет монастырским библиотекарем пока жива.
– Да я и не претендую на её место. Но для меня быть неграмотной – это как безрукой. Не могу так.
– Вот и видно, что ты из благородных, – сделала вывод Пола, оценивающе глядя на Марину.
Та не стала спорить. Потом, когда разберётся с тем, как здесь всё устроено, тогда и решит, что о себе рассказывать, а о чём промолчать. То, что пока к ней отнеслись неплохо не значит, что в здешнем Мире нет наказаний и предубеждений. И можно невольно ухудшить своё положение, сказав или сделав что-то не то. Вот, например, её короткая стрижка здесь не к месту, как выяснилось из разговора с целительницей.
Та пришла к ней в келью вскоре после встречи с настоятельницей. Марине было любопытно и немного боязно встретиться с местной медициной. О родной у неё остались смешанные воспоминания.
Сестра Нида велела ей лечь на кровать и, закрыв глаза, медленно водила над ней руками. Марине даже стало немного смешно. Трудно было поверить, что это не какое-то мошенничество. Потом сестра проверила ей пульс, предложила высунуть язык и, закрыв глаза, дотронуться пальцем до носа.
– А молоточком по коленке бить не будете? – не сдержалась Марина, вспомнив, как проходила профосмотр два года назад.
– Зачем?
– Вроде рефлексы проверяют.
– Ваши целители так делают – бьют молотком по ногам? Если судить по твоему здоровью, они у вас только и могут, что людей калечить. Коновалы… – презрительно процедила сестра Нида.
Марина опять не смогла сдержать усмешки. Ворчанье целительницы напомнило ей всегдашние комментарии при походе к новому парикмахеру.
– Кто вас стриг? – обязательно вопрошал новый мастер. – Как так можно?!
Ворчание парикмахеров Марина привыкла пропускать мимо ушей, но здоровье всё же вещь куда более важная, и она спросила:
– Что, всё так плохо?
– Нет, ничего особенно страшного у тебя нет и никакой угрозы Обители ты не несёшь. С Полой тоже всё в порядке. Скажу матушке, что можно снимать изоляцию.
– А не особенно страшного? Вы что-то нашли?
– Много чего по мелочи. Такое впечатление, что тебя не лечили, а всё заживало само, но следы оставались. Так что походишь ко мне раз в неделю. Буду слабенькими заклинаниями понемногу править, дам отвар укрепляющий и, – сестра Нида бросила взгляд на Маринину причёску, – если хочешь, приготовлю тебе мазь, ускоряющую рост волос.
– А что, разве с ними что-то не так?
Уж на что, на что, а на волосы Марина никогда не жаловалась. Густые и отрастали быстро. Как коротко Марина ни стриглась, а в парикмахерскую приходилось ходить часто. И даже Павел, при всей его страсти к экономии, не оспаривал необходимость этих походов.
– Как у целителя у меня к ним замечаний нет. Но у нас такие короткий волосы у женщин могут быть только в трёх случаях.
– Каких?
– Если она наёмница, но это сразу видно, что не про тебя. Уж больно ты хилая. Если перенесла тяжёлую болезнь, или если женщина шлюха, связалась не с тем мужчиной, и её так наказали.
– Ничего себе! – Марина провела рукой по своему коротко остриженному затылку.
– Так что если не хочешь создавать о себе неверное мнение, лучше отращивай волосы. Это тут, в Обители, мы привычные, насмотрелись в Око Рора, знаем, что бывает всяко, и ни о чём нельзя судить по первому взгляду, а остальной народ, да вот хоть те же паломники, они сразу на тебя с подозрением посмотрят. Так делать тебе мазь?
– Да, конечно! А она быстро подействует?
– Есть такие, что за неделю волосы до талии вырастут, но тебе сильное средство я дать не рискну. Неизвестно, как на тебя наша магия действует. Пока я только слабые воздействия применять буду. Спешить нам некуда.