Елена Малиновская – Спасти жениха (страница 10)
– Что… что случилось? – запинаясь, спросила я, неверящим взглядом уставившись в пустую раму.
Фрея перед ней не было. Испарился он, что ли?
– Никто не смеет называть меня тупицей! – в этот же момент услышала я гневное восклицание приятеля. Повернула голову и с немалым восторгом лицезрела его – стоящего чуть поодаль и живого! Правда, моя радость тут же сменилась тревогой и страхом, когда я увидела, что Фрей хмуро вытирает кровь с лица.
– Что с тобой? – встревоженно спросила я. – Ты ранен?
– Пустяки! – с нарочитой небрежностью отмахнулся от моего вопроса Фрей. – Осколком бровь рассек, ничего серьезного. Пусть это послужит мне уроком и наказанием за излишнее любопытство.
– Урок уроком, но позволь мне взглянуть на твою боевую рану, – попросил Морган. Подумал немного и с нарочитой суровостью добавил: – Кровь идет сильно. Еще не хватало, чтобы ты мне ковер заляпал.
Фрей благоразумно не стал возражать. Морган шагнул к нему, и на некоторое время мужчины перестали обращать на меня внимание. Почти сразу голову приятеля окутало сиреневое свечение лечебного заклинания.
Я решила воспользоваться удобным случаем и подошла ближе к опустевшей раме. Под подошвами ботинок неприятно захрустели стекла.
– Во имя всех богов, Тамика Пристон, стой на месте! – сухо приказал Морган, но при этом не кинул в мою сторону даже взгляда, полностью занятый колдовством. – Еще не хватало, чтобы и с тобой что-нибудь случилось!
Я негромко хмыкнула. Да ладно, стою, стою. Хотя, по-моему, мне ничего не грозит. Интересно, что случилось с демоном, когда зеркало разбилось? Он сбежал или же был изгнан?
Россыпь драгоценных камней на раме очаровывала. Отблеск магического огня рождал в их глубине танец разноцветных бликов. Да, стоило признать, Морган выбрал роскошную темницу для демона.
«Поговори со мной…»
Я вздрогнула, едва не закричав во весь голос от неожиданности. Что это? Слуховая галлюцинация, или же…
«Я буду верой и правдой служить тебе…»
«О небо! – устало вздохнул Эдриан. – Начинается. Мика, будь умничкой, передай этой твари, что в твоей голове закончилось свободное место. Если ты обзаведешься еще одним внутренним голосом, то рискуешь в ближайшее время сойти с ума. И я бы очень не хотел делить твое тело с демоном. Соседи из них преотвратные. Вечно одеяло на себя тянут. В переносном смысле, конечно».
Я почти не обращала внимания на бурчание своего постоянного спутника, уставившись на один особенно крупный осколок. В нем должен был отражаться потолок, но вместо этого клубилась плотная непрозрачная мгла. Так и хотелось подойти ближе и всмотреться в этот туман, силясь разобрать, кто же скрывается за ним. Казалось, что еще немного – и я увижу хрупкую невесомую фигуру…
А в следующее мгновение мою голову пронзила острейшая боль. Было такое чувство, будто раскаленные иглы вонзились мне в обе глазницы и там застряли. Нет, я не закричала, но лишь потому, что голос отказался служить мне. Я вдруг онемела, не в силах даже замычать или каким-либо другим образом выказать свое страдание.
«Прости, – с неимоверным трудом из-за оглушительного биения сердца расслышала я покаянный голос Эдриана. – Но я не могу позволить, чтобы ты попалась в эту ловушку. Никаких договоров с демонами, Мика! Пока я в твоем теле, я не позволю тебе свернуть на эту дорогу, хотя, безусловно, для арахнии она была бы самой легкой и простой. Но, кажется, ты сама не собиралась уподобляться матери. Или передумала?»
Боль схлынула так же стремительно, как и появилась. Я аж задохнулась от блаженства. Невольно дотронулась до своих глаз, убедившись, что они по-прежнему на своих исконных местах и никакие иглы не торчат из них. Опасливо посмотрела на Моргана, но тот по-прежнему был занят с Фреем. И только после этого позволила себе яростно сжать кулаки. Эдриан, это еще что за самодеятельность?!
«Я уже извинился, – спокойно парировал тот. – И заметь, не жду благодарностей за заботу».
Я задумчиво нахмурилась, подумав совсем о другом. А ведь получается, что Эдриан имеет слишком много власти. Он может заставить меня страдать, может на какое-то время вообще стать мною. Выходит, при желании он способен мучить меня до тех пор, пока я не разрешу ему получить контроль над моим телом.
«Не беспокойся, – поспешил заверить меня Эдриан. – Если бы я хотел совершить что-либо подобное, то уже совершил. Нет, Мика, мне нужно мое собственное тело. Что за радость возродиться в образе девчонки? И по-моему, я тебе об этом уже говорил».
– Ну вот и все! – в этот момент довольно провозгласил Морган. Отряхнул руки, словно после тяжелой работы, и сделал шаг назад. Склонил голову набок, придирчиво изучая итог своих трудов.
Заинтересовавшись, я подошла ближе. Лицо Фрея было густо перемазано уже подсохшими кровавыми разводами, но о полученной ране почти ничего не напоминало. Лишь над бровью серебрилась тоненькая ниточка шрама, выглядевшего давно зажившим.
– Спасибо, – буркнул Фрей и, тяжело засопев, уставился себе под ноги, почему-то опасаясь даже на мгновение встретиться взглядом с Морганом. Тот, к слову, глядел на него во все глаза, словно пытался рассмотреть что-то прежде невидимое.
– Дверь была заперта? – отрывисто спросил Морган.
Я удивленно хмыкнула. Получается, тварь из зеркала все-таки породила в Моргане сомнения.
«Еще бы, – с сочувствием произнес Эдриан. – Демоны – мастера ведения споров. Они не способны солгать, однако обрушат на тебя такую лавину намеков и предположений, что в итоге ты сам будешь готов поверить в любую ложь».
Фрей между тем не торопился отвечать. Его уши медленно, но верно наливались краской стыда.
– Заперта, – наконец чуть слышно признался он.
– В таком случае как ты вошел? – еще строже спросил Морган.
– Да я сам как-то не понял. – Краска теперь распространилась и на шею приятеля. – Задумался о чем-то своем, отстал. А потом мне почудилось, будто за дверью плачет девушка. Ну, в общем, я и сломал замок. Просто двинул как следует плечом – дверь и распахнулась. Девица так горько рыдала, что я подумал… Не знаю, как сказать…
И Фрей замолчал, видимо, не в силах выдавить из себя страшное признание.
– И вы решили, что я – последний мерзавец, который держит в заточении какую-нибудь девицу? – Морган от возмущения перешел на подчеркнуто официальный тон. – Так, что ли?
– Ты же маг, – прошептал Фрей, словно это обстоятельство могло оправдать его предположение. – Да еще тот разговор о брачных традициях этих психов. Ну то есть драконов. Как тут не заподозрить чего дурного?
Морган зажмурился и несколько раз со свистом втянул в себя воздух. Я с небывалым интересом наблюдала за его реакцией на простодушное замечание Фрея. Обычно сдержанный на эмоции, маг почему-то раскраснелся. На скулах разгорались два некрасивых чахоточных пятна гнева. Странно, такое чувство, будто он в настоящем бешенстве. Но почему? Конечно, приятного мало в том, что Фрей случайно счел его способным на подобный поступок. Однако у меня создалось такое впечатление, что Морган счел это чуть ли не выпадом против него лично.
Фрей тоже понял, что переступил некую грань. Он кинул быстрый испуганный взгляд на Моргана и пробасил:
– Я страшно извиняюсь. Очень-очень извиняюсь!
– Ваше счастье состоит в том, что я уверен: вы раньше не встречались ни с кем из рода Ульер, – донельзя измененным от ярости голосом процедил Морган. – И ни разу не вели разговоров с Арчером. Иначе я бы заставил вас умыться кровью!
– Да я вроде и так умылся ею, – неловко пошутил Фрей.
А я, в свою очередь, напряглась, не понимая, что именно хотел сказать Морган. Какое отношение мог бы иметь Арчер к ошибке Фрея?
«Это же очевидно! – возмутился моей недогадливостью Эдриан. – Путем несложных логических умозаключений я пришел к выводу, что Арчер распространял какие-то некрасивые сплетни о Моргане. То есть если бы Фрей пообщался с твоим женихом, то тот намекнул бы ему, что Морган якобы имеет обыкновение похищать девушек и использовать их… ну, ты понимаешь… В таком случае ошибка Фрея означала бы, что твой приятель поверил этим слухам. Это уже настоящее оскорбление, которое можно смыть только кровью. А так Морган понял, что твой друг – наивный остолоп, готовый броситься на помощь абсолютно любому».
Бр-р! Как-то все это слишком сложно для меня. Арчер, распространяющий сплетни о Моргане? Да нет, чушь какая-то! Я не верю, что мой жених на это способен!
Морган между тем все так же буравил взглядом повинно склоненную голову Фрея. Но я видела, что его злость уже идет на убыль. Пятна гнева на высоких острых скулах бледнели, постепенно сходя на нет.
– Ладно, забыли, – наконец проговорил маг. Выдавил из себя измученную улыбку: – Как говорится, все хорошо, что хорошо заканчивается.
И только после этого Мышка, которая, оказывается, все это время прождала на пороге, с радостным лаем подбежала к Фрею и зажмурилась от блаженства, когда рука приятеля привычно потрепала ее уши. Правда, высокому здоровяку для этого пришлось присесть. А Морган между тем задумчиво прошелся по комнате, внимательно глядя себе под ноги и словно выискивая что-то.
– Там! – не выдержав, подсказала ему я, кивком указав на осколок, чья поверхность была затянута загадочной мглой. – Эта тварь спряталась там.
Морган недовольно покосился на меня, но ничего не сказал. Остановился над указанным местом и долго задумчиво вглядывался в сочащийся туманом кусок зеркала.