Елена Малиновская – Прыжок под венец (страница 12)

Интересно, а страна-то как называется? А ведь Азиэль говорил, только мудреное название как-то вылетело у меня из головы. Слишком много на меня навалилось. Альгендия? Да, вроде так.

Впрочем, сейчас у меня есть проблемы куда важнее.

– Да, ты выделил! – плачущим обиженным голосом проскрипел неизвестный мне мужчина, который, по всей видимости, являлся отцом Вэйланда. – Ты позволил мне обитать на чердаке. Там, куда никто и никогда не заглядывает по доброй воле!

– А чем ты недоволен, собственно? – чуть повысив голос, перебил его Вэйланд. – Да, твоя комната вдалеке от дворцовой суеты. Но тем лучше. Никто тебя тут не беспокоит. И ты никого тут не можешь довести до сердечного приступа. А ты опять за старое! Хочешь, чтобы во дворец вызвали экзорциста и наконец-то тебя упокоили?

Экзорцист… Это понятие было мне знакомо. По-моему, так называют людей, которые тем или иным образом связаны с потусторонним миром. Изгоняют демонов, помогают заблудшим душам обрести покой.

Это что же получается, Вэйланд сейчас разговаривает с призраком?

– Не хочу, – после недолгой паузы признал сварливый незнакомец. – Но, заметь, не я первый начал! Это твоя знакомая вломилась в мое жилище и принялась тут хозяйничать! Я молчал, терпел, думал, что она все-таки уйдет. Не выдержал лишь после того, как она принялась лазить по моим вещам и нашла дневник. Между прочим, это крайне неприлично – читать чужие личные записи!

В голосе незнакомца зазвенело настоящее негодование, и я почувствовала, как мои щеки немного потеплели от смущения. И впрямь, как-то невежливо вышло.

Но я немного не поняла. Это что же получается, дневник принадлежит не Вэйланду? Однако я прочитала имя владельца.

– Лисичкина Анна Вячеславовна! – в этот момент строго сказал Вэйланд. – Может быть, ты прекратишь притворяться? Открывай глаза!

Я недовольно надула губы.

– Открывай глаза, – чуть мягче повторил Вэйланд. После короткой паузы добавил: – Только не пугайся.

Слова мага меня заинтриговали. Чего или кого я должна испугаться? Даже интересно стало.

И я опасливо приоткрыла один глаз. Огляделась и тут же открыла другой, не обнаружив ничего страшного или опасного рядом.

Я лежала в той самой комнате, где провела до этого несколько часов. Такое чистое на вид постельное белье ощутимо пахло затхлостью, что доказывало, что кроватью в действительности давно никто не пользовался. Эх, надо было раньше его понюхать. Но как-то не догадалась.

Хвала небесам, я лежала, прикрытая одеялом. И я покраснела вновь, вспомнив, что предстала перед Вэйландом совершенно неодетой. А ведь ему пришлось отнести меня на кровать. Как сказала бы моя бабушка – срамота-то какая!

И жаркая волна стыда мгновенно залила мои щеки и шею.

– Я не смотрел на тебя, – сразу же заверил Вэйланд, без проблем угадав, что именно меня так сильно смутило.

– Ага, не смотрел, – хихикнул кто-то совсем рядом. – Только слюнями захлебывался, бедный, пока на кровать не перетащил. Повезло, что еще не споткнулся!

А теперь покраснел Вэйланд, тем самым без слов доказав, что дело обстояло именно так. Я зло засопела и натянула одеяло как можно выше. Ишь, какой нехороший тип! Слюнями он, видите ли, захлебывался. Пусть на свою Генриетту глазеет. И вообще, Вэйланд женат!

Я вспомнила найденный дневник и запись, которая так потрясла меня. Ох, сейчас я задам этому верховному магу! Пусть знает, что я в курсе его подлых планов.

«Не стоит, – чуть слышно прозвучал глас рассудка. – Анюта, вообще-то, тебе бы лучше затаиться…»

– Ты женат! – гневно вскричала я. Во мне так бурлили эмоции, что я просто не слышала доводы рассудка. – Убийца! Я выведу тебя на чистую воду! Синяя Борода!

Глаза верховного мага мигом стали совершенно круглыми от изумления.

– Вообще-то, я бреюсь, – промямлил он и на всякий случай потер свой гладкий подбородок. – Причем регулярно.

Вот ведь… непонятливый тип! Неужели неясно, что это образное выражение?

«Да откуда же ему знать? – опять робко подал голос мой рассудок. – Вряд ли в этом мире есть такие же сказки и легенды, как в твоем».

– Я не позволю себя убивать! – продолжила я буйствовать. – Я протестую! Учти, я буду сопротивляться!

Пылая яростью, откинула одеяло и вскочила на ноги. Сжала кулаки, как будто приготовилась принять свой последний бой.

Челюсть Вэйланда медленно отвисла. Ага, не ожидал от меня такого напора! Ну, он еще узнает, почем фунт лиха…

– Прикрылась бы ты, деточка, – отечески посоветовал мне кто-то, и с пола медленно и печально взмыло полотенце, которое упало с меня не так давно.

Только сейчас я осознала, что стою перед верховным магом в чем мать родила. То есть абсолютно голая. И тот, совершенно не стесняясь, смотрит на меня во все глаза.

Что мне оставалось делать? Только завизжать в полную мощь своих легких.

Ох, какой вопль вырвался из самых недр моей души! Такой громкий, отчаянный, преисполненный негодования, что оконные стекла в унисон задребезжали.

Полотенце опять рухнуло на пол, так и не долетев до меня. Должно быть, тот невидимый, кто пытался подать мне его, поторопился прикрыть уши руками.

Вэйланд, вздрогнув, очнулся от своего ступора. Понятливо зажмурился, ради надежности даже приложив обе ладони к лицу.

– Я не смотрю! – крикнул он, пытаясь перекрыть мой истошный визг. – Анна, во имя Единого – прекрати! У меня сейчас мозг через уши вытечет.

Я одним прыжком преодолела расстояние, отделяющее меня от спасительного полотенца. Торопливо закуталась в него. Затем обернулась к Вэйланду и обвинительно ткнула в него указательным пальцем.

– Это все ты виноват! – чуть не плача, заявила я. – Если бы не ты, то…

Я замялась, не найдя с ходу, что предъявить Вэйланду.

По сути, он был виноват абсолютно во всем! Если бы он не нацепил на меня тот дурацкий браслет, то я не угодила бы в эту комнату и не нашла бы этот загадочный дневник. Следовательно, не узнала бы, что он женат…

– Так, милочка, сбавь обороты, – неожиданно сурово проговорил уже знакомый мне скрипучий голос. – Больно ты шустра и бестолкова, как я погляжу. Сначала врываешься в мои покои. Затем роешься в моих вещах. А напоследок обвиняешь моего сына не пойми в чем.

И воздух около меня принялся на глазах густеть, преобразуясь в некое подобие вязкого киселя.

Я попятилась, не отводя взгляда от сего чуда природы. Ой, что это?

– Призрак, – пискнула я, словно придушенная мышь, когда лицезрела полупрозрачную фигуру седого сгорбленного старичка в длинном темном сюртуке и потертых штанах. – Это же призрак!

– Только визжать не надо! – сморщившись, взмолилось привидение. – Пожалуйста, девочка моя. У меня голова уже раскалывается от того шума, что ты производишь.

Я озадаченно хмыкнула. А разве призраки умеют испытывать боль? Честно говоря, я считала, что это невозможно.

– Даже не думала, – гордо обронила я.

– Я уже могу смотреть? – в этот момент осторожно осведомился Вэйланд, который так и сидел, крепко прижав ладони к лицу.

– Смотри, сынок. – Старикашка премерзко хохотнул и добавил: – Да и вообще, что ты там не видел.

Я покраснела, вспомнив, что у верховного мага уже была масса возможностей в мельчайших подробностях изучить мое тело. Эх, пожалуй, стоит натянуть джинсы и свитер. Они хотя бы не спадают в самый неожиданный момент. Хотя вряд ли они уже высохли.

Вэйланд между тем боязливо растопырил пальцы, не торопясь отнимать ладони от лица. Бросил на меня быстрый взгляд и лишь затем, убедившись, что я прикрыла наготу, убрал ладони от лица.

– Ну и голосина у тебя, – с истинным восхищением вздохнул он. – Как сирена противогарпийной тревоги.

Противогарпийной? В этом мире есть гарпии? Очень интересно!

– А теперь скажи, с чего вдруг ты решила, будто я намерен тебя убить, – продолжил Вэйланд. – И почему у меня должна вырасти синяя борода?

После чего озадаченно потер свой подбородок, словно проверяя, не пробивается ли щетина.

– Синяя борода – это не борода, – пустилась я в долгие путаные объяснения, решив начать с самого легкого.

Правда, тут же замолчала, осознав, насколько нелепо это прозвучало.

– А что же это? – с иронией осведомился Вэйланд. – Даже боюсь предположить, что в вашем мире могут называть бородой. Разве это не волосы, растущие на лице?

– Понимаешь, есть у нас одна детская сказка, в которой рассказывается о герцоге Синей Бороде, – сделала я еще одну попытку. – Его так называли потому, что у него действительно росла синяя борода. А еще у него было шесть жен и все таинственно исчезли. Потом он женился на седьмой и отдал ей ключи от всех комнат в своем замке, правда, строго-настрого запретил заходить в одну из них. А сам уехал. Молодая жена не сумела сдержать любопытства, заглянула туда и обнаружила тела шести своих предшественниц, жестоко убитых.

По мере моего рассказа Вэйланд все выше и выше поднимал брови. Наконец, не выдержал и повелительно воздел указательный палец.

– Подожди, ты сказала, что это детская сказка, – перебил он меня.

– Ну… да, – подтвердила я, не совсем поняв, что именно ему не понравилось.

– И в детской сказке рассказывается про одержимого убийцу? – с сарказмом уточнил Вэйланд. – Любопытные в вашем мире традиции! Я надеюсь, сказка хотя бы без картинок была? А то прямо наглядное пособие получается для начинающих садистов.

– Вообще-то, это сказка является назиданием, – огрызнулась я.