Елена Малиновская – Отбор. Вне конкурса (страница 3)

Юноша насмешливо поднял бровь и окинул меня выразительным взглядом.

Я почувствовала, как мои щеки запылали от негодования. Ишь ты, и в самом деле ему мой наряд не понравился.

Да, я не собиралась разряжаться в пух и перья, явившись на церемонию записи в отбор. Честно говоря, у меня и не было такой возможности. Девицы вокруг меня блистали роскошнейшими нарядами, каждый из которых тянул на настоящее произведение искусства. А я… Ну, мое платье было чистое и опрятное. Матушка несколько ночей потратила на то, чтобы привести мой гардероб в порядок. Да, я была не в бархате и не в парче. Зато скромный синий сарафан придавал моим серым глазам голубой оттенок весеннего неба и выгодно подчеркивал фигуру. То бишь отсутствие лишнего веса и наличие какой-никакой груди. Подумаешь, нет в нем соблазнительного декольте и волнующего разреза на подоле. Я и подумать не могла, что это будет обязательным условием для того, чтобы попасть в число счастливиц, допущенных до отбора. И, в конце концов, должно ведь быть хоть какое-то разнообразие. Мои соперницы так и щеголяли своими впечатляющими достоинствами. Того и гляди, у кого-нибудь грудь вывалится на всеобщее обозрение. Не думаю, что отсутствие моих прелестей на этой ярмарке тщеславия причинит кому-нибудь огорчение.

Юноша между тем с демонстративным вниманием принялся перебирать бумаги на столе, всем своим видом показывая, что вопрос закрыт.

Ну уж нет, не на ту напал! Он внесет мою фамилию в окончательный список участниц! Или я вытрясу из него всю душу.

– И все-таки я не услышала объяснений, – процедила я, страдая от невыносимого желания огреть этого оболтуса чем-нибудь тяжелым по голове. Чтобы у него мозги на место встали.

Ишь ты, и сам вырядился как на смотрины. Камзол золотой нацепил, рубашка, выглядывающая из ворота, так и слепит белизной. Кстати, по-моему, и косметикой не побрезговал. Уж больно четкая линия бровей была у этого смазливого юнца. И глаза наверняка подвел.

Юноша тяжело вздохнул и устало посмотрел на меня.

– Девушка, вы прекрасно понимаете, что ваш вид не подходит для участия в конкурсе, – снисходительно обронил он. – Думаю, вы успеете сбегать домой и переодеться. У вас есть еще целый час до окончания записи.

– Что именно вас не устраивает в моем облике? – переспросила я.

Интересно, если я ему все содержимое чернильницы на камзол опрокину – это сочтут за оскорбление представителя императорской власти?

Юноша, который вряд ли подозревал, какие кровожадные мысли в этот момент одолевают меня на его счет, презрительно поджал губы, явно не желая вдаваться в подробности.

– Между прочим, в листовке ничего не сказано о форме одежды, – не унималась я. – А по всем остальным критериям я подхожу. Мне меньше двадцати пяти. Я не замужем и не имею детей. Согласие родителей получено.

– Да при чем тут это! – распорядитель все-таки не выдержал и повысил голос, утомленный моей неуступчивостью. – Дорогуша, вы выглядите так, как будто в библиотеку собрались, а не во дворец на императорский бал конкурсанток!

Надо же, догадливый малый. Именно в библиотеку я и собралась. Нужен мне был этот бал. Говоря откровенно, я и танцевать-то не умею.

– В таком случае дайте мне официальный отказ! – потребовала я. – Заверенный печатью и подписью.

– Вы судиться, что ли, со мной собрались? – Распорядитель презрительно фыркнул. – Очень смешно!

А вот мне сейчас было отнюдь не до веселья. Моя мечта таяла, рискуя в любой момент рассыпаться в прах. Мне нужно стать одной из конкурсанток! Иначе об учебе в академии можно забыть. По крайней мере, на ближайший год.

– И все-таки я настаиваю!..

Как я ни старалась сохранить бесстрастность, но мой голос опасно дрогнул. Слишком сильные эмоции меня сейчас переполняли. Как ни стыдно признаться, но я готова была разрыдаться прямо при всех. И не для того, чтобы меня пожалели. Просто мне было очень обидно.

Распорядитель мученически возвел глаза вверх. Покачал головой и открыл было рот, желая мне что-то сказать.

Однако мгновением раньше на его плечо легла чья-то рука.

– Что тут происходит? – мягко осведомился незнакомый мужчина.

Он появился так внезапно и бесшумно, что я вздрогнула от неожиданности. Ух ты, возник словно из ниоткуда!

Затем окинула нового участника беседы внимательным взглядом, пытаясь определить, сможет ли он выступить моим союзником в этом споре. Симпатичный, кстати. Правда, староват для меня. По-моему, тридцать лет ему точно есть. Темноволосый, темноглазый. И одет в неприметную одежду, которая резко контрастировала с золотым камзолом распорядителя.

Однако юноша, который так упорно старался не допустить меня до участия в конкурсе, почему-то отреагировал на появление этого незнакомца очень остро. Он вдруг побледнел, да так сильно, что стало очевидно – косметикой в этот день парень все-таки воспользовался. Вон как пудра выделяется. Словно маска на посеревшей от волнения коже.

– Г-г-господин, – запинаясь, выдохнул он. Встал, сел, собрался было опять встать, но мужчина надавил ему на плечо рукой, безмолвно приказывая остаться на месте.

– Что тут происходит, Маверик? – повторил он недавний вопрос с доброжелательной улыбкой. – Неужели назревает скандал?

Юноша почему-то не торопился ему ответить, глазея на мужчину с таким первобытным ужасом, как будто перед ним вдруг материализовался огнедышащий дракон.

Наверное, этот неприметный тип является его начальником. Поди, какой-нибудь старший камердинер. Ну или кто там еще есть из слуг. Не разбираюсь я в дворцовой иерархии.

– Да, назревает скандал! – решительно вмешалась я, торопясь воспользоваться удобным случаем наябедничать. – Этот… этот нехороший тип не хочет вносить меня в список участниц!

Мужчина со скрытой иронией изогнул бровь, внимательно посмотрев на меня.

И неожиданно мне стало как-то не по себе. Было в его взгляде что-то… не совсем обычное. Точнее сказать – совсем необычное. Как будто порыв невидимого ветра заставил меня поежиться. Кажется, теперь я понимаю, почему Маверик в смешном золотом камзоле так боится этого мужчины.

Но я упрямо подняла подбородок, решив бороться до конца. Если меня не допустят до конкурса, то им придется силком выталкивать меня из дворца. А я буду упираться всеми руками и ногами и орать об ущемлении моих прав.

– Видите ли, внешностью я не вышла, – возмущенно затараторила я. – Лицо у меня для императора слишком некрасивое.

– Неправда! – возмутился распорядитель, выйдя из ступора от такой откровенной лжи. – Девушка, я и слова не сказал против вашей внешности! Конечно, шика и лоска вам не хватает, но что ожидать от простолюдинки.

Я нехорошо сощурила глаза. А вот это он зря сказал. Сдается, полетят сейчас клочки по закоулочкам. Неужели сам аристократ в десятом поколении? Ой, что-то сильно сомневаюсь!

Краем глаза я заметила, как незнакомец опустил голову, пряча снисходительную усмешку. И тут же воспылала праведной яростью. Ишь ты, а он, судя по всему, поддерживает мнение этого хлыща напыщенного. Подумать только, он еще показался мне симпатичным. Как обманчива бывает внешность!

– Но вы посмотрите на себя и посмотрите на остальных участниц конкурса, – продолжил Маверик.

И в подтверждение своих слов ткнул указательным пальцем в ближайшую девицу, которая слишком усердно делала вид, будто не прислушивается к происходящему.

Та немедленно подарила мне улыбку, полную превосходства. Круто развернулась на высоченных каблуках, с удовольствием продемонстрировав свою филейную часть, туго обтянутую зеленым бархатным платьем. Затем повернулась передом и приняла томную позу, позволив правой тоненькой лямке низкого лифа опасно соскользнуть с плеча.

Теперь ее грудь держалась в пределах декольте лишь каким-то чудом. Если бы девица хоть немного наклонилась вперед, то непременно продемонстрировала бы свой внушительный бюст всем заинтересованным зрителям.

Маверик не удержался и плотоядно вздохнул, невежливо, в упор, уставившись на сию часть тела моей более удачливой соперницы. А вот незнакомец был сдержаннее в проявлении эмоций. Он мазнул по девушке равнодушным взглядом и едва заметно поморщился, словно от отвращения.

– То есть, чтобы попасть в число конкурсанток, мне нужно показать вам грудь? – язвительно поинтересовалась я. – Тогда написали бы это прямым текстом в объявлении.

Незнакомец не выдержал и фыркнул от с трудом сдерживаемого смеха, украдкой подмигнув мне в знак одобрения.

– Что? – Маверик воззрился на меня с неподдельным удивлением. – Да с чего вы это решили?

– А чем тогда она лучше меня? – вопросом на вопрос ответила я. – Лично я вижу лишь одно отличие между нами: количество обнаженного тела.

Маверик неполную минуту осмысливал услышанное, не найдя сразу, чем возразить. Затем издал полный муки стон.

– Девушка, ну как вы не понимаете, что нельзя прийти на отбор в таком виде! – прорычал он. – Вы ведь отправляетесь во дворец! Предстанете перед самим императором!

– Нет, я прекрасно понимаю желание императора видеть вокруг себя только полуобнаженных девиц, – как можно громче провозгласила я, желая привлечь внимание окружающих к происходящему. – Почему бы и нет? Была бы я холостым богатым мужчиной, то тоже развлекалась бы подобным образом. Но…

– Достаточно, – вдруг обронил незнакомец.