Елена Малиновская – Крылья для ведьмы (страница 41)

— Ты… ты… — заикаясь, выдохнула я. Ткнула пальцем в камин и промычала невразумительно: — Ты… Как это? Что это?

— Я огненный дракон, Оливия, — проговорил Элден, не торопясь обернуться ко мне. — Знаешь, люди считают меня слишком холодным и скрытным. Но это лишь потому, что я вынужден постоянно держать эмоции под строжайшим контролем. А дракону это ой как непросто. Особенно если в твоих жилах пульсирует настоящее пламя. Мне просто нельзя злиться. Иначе я рискую в прямом смысле слова испепелить обидчика.

— Теперь понятно, почему Артен так испугался сегодня, — ляпнула я и тут же прикусила язык.

Оливия, бестолочь! Думай хоть немножко перед тем, как что-нибудь сказать! Элден ведь только что запретил тебе упоминать это имя.

Вопреки моим ожиданиям, Элден не рассердился. Напротив, издал грустный смешок и повернулся ко мне.

О недавней вспышке гнева в его облике сейчас ничего не напоминало. Из глаз исчезли даже самые крохотные искорки. Он вновь выглядел как совершенно обычный человек.

— Оливия, я очень хочу, чтобы ты обрела крылья, — тихо сказал он. — По той простой причине, что для тебя это так важно. Но… Я не смогу помочь тебе в этом.

— Но почему?!

Я выкрикнула это в полный голос, от бессильной ярости сжав кулаки и топнув ногой. И даже мысль о том, что я поступаю как капризный ребенок, готовый закатить истерику из-за какой-то ерунды, не смутила меня.

Потому что для меня это не пустяк.

— Для того чтобы познать секрет этой магии, надо побывать на самой грани жизни и смерти, — негромко проговорил Элден. — Хоть одним глазом, но заглянуть в мир мертвых, почувствовать дыхание смерти. Тогда и только тогда ты осознаешь, что нашу реальность возможно кроить по собственному разумению. В этом хрупком пограничном состоянии ты обретешь вторую тень, которая сделает тебя иным существом.

— И-и-и? — вопросительно протянула я, когда Элден замолчал. — По-моему, звучит замечательно.

— Замечательно? — с горькой иронией переспросил он. — Оливия, я ещё раз повторяю: ради этого тебе придется побывать на грани смерти. И я должен буду вытащить тебя оттуда. Причем именно в тот момент, когда твое сердце уже остановится, но тебя ещё возможно будет спасти. Если сделать это слишком рано — ничего не получится. Если слишком поздно… Я навсегда потеряю тебя. И я не могу — понимаешь? — просто не могу пойти на это! Я не могу и не хочу подвергать тебя такому риску! Потому что если ты умрешь из-за меня, то и вся моя дальнейшая жизнь лишится смысла! Ведь я люблю тебя!

Заключительные слова Элден почти выкрикнул мне в лицо. Тяжело дыша, отвернулся, и почти погасшее пламя в камине получило новое щедрое подношение в виде очередного плевка огнем.

— О-о-о, — смущенно протянула я. — Я как-то не подумала об этом.

— Знаешь, в какой-то мере Артен прав, — задумчиво протянул Элден, по-прежнему стоя спиной ко мне. — Если кто и способен дать тебе крылья, то только он. Несмотря на всю его любезность и неизменную вежливость, он абсолютно равнодушен к тебе. Он рассматривает твою жизнь лишь с точки зрения полезности для себя. Я не сомневаюсь, что Артен с легкостью определит тот момент, когда мир теней откроется перед тобой, и успеет выдернуть тебя оттуда. Но я понятия не имею, какую плату он потребует.

«Я готов дать тебе слово чести, что мое предложение абсолютно бескорыстно».

В моей голове словно сама собой прозвучала фраза, которую обронил Артен, когда я уже уходила из его кабинета. Но здравый смысл подсказывал, что не стоит об этом говорить Элдену. По-моему, ему необходимо успокоиться.

В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском отгорающего пламени в камине. Тень под ногами Элдена съежилась, готовая вновь раствориться при дневном свете.

Неслышно ступая, он опять направился к столику с напитками, не глядя на меня. Остановился подле него, но не выбор сделать не торопился. Замер, устало ссутулившись и вновь погрузившись в какие-то невеселые раздумья.

Сердце кольнула острая жалость к Элдену. Как-то вдруг я вспомнила, какими суматошными у него выдались прошедшие дни. А ведь он так мечтал отдохнуть после королевского бала! А в итоге беды лишь умножились. И во многом из-за меня.

Неожиданно для себя я скользнула к нему. Не задумываясь о том, что делаю, обняла со спины, прижалась так крепко, как только сумела.

— Прости, — шепнула виновато, слыша, как под моим ухом ровно и сильно бьется его сердце.

— Почему ты просишь у меня прощения? — с легкой ноткой изумления спросил Элден, не торопясь выбраться из моих объятий. Напротив, накрыл мои пальцы своими руками, сжал их. С усмешкой поинтересовался: — Или ты еще что-то натворила?

— Нет, но… — Я грустно вздохнула. — Мне так жаль, что я ничем не могу помочь тебе! И тебе постоянно приходится следить за тем, чтобы я не угодила в какую-нибудь беду.

— Оливия, в этом и заключается любовь к другому человеку, — тяжело вздохнул Элден. — Не бывает счастья без волнения и страха за своего избранника. Это две стороны одной медали.

После чего осторожно повернулся ко мне. Привычная улыбка завибрировала в уголках его рта, когда он легонько очертил пальцем абрис моего лица. Подушечкой большого пальца тронул мои губы.

Зажмурившись, я потянулась к нему. Почувствовала, как его рука нырнула в мои волосы, чуть натянула их — и послушно запрокинула голову.

Поцелуй получился легким, почти целомудренным. По крайней мере, вначале. Но затем объятия Элдена стали крепче, а губы жаднее. Теплая тяжелая ладонь лежала на моем затылке, не позволяя мне первой оборвать ласку. А впрочем, я и не думала об этом. Напротив, вся подалась вперед, чувствуя, как кровь начинает быстрее пульсировать в моих жилах. Кожа покрылась теплыми мурашками от удовольствия. Хотелось, чтобы этот миг длился вечно…

И тем большим было мое разочарование, когда Элден внезапно отпрянул. Да так резко, что едва не перевернул столик, о котором, по всей видимости, напрочь забыл.

Я чуть не застонала от обиды. Что за муха его укусила?

— Прости, — виновато выдохнул Элден, не глядя на меня. — Оливия, меня часто называют «железным», но я ведь не такой. Я из плоти и крови. Сегодня произошло слишком многое. И я… я не уверен, что смогу совладать с собой. Что остановлюсь в нужный момент и не позволю себе большего…

Я растрогалась. Элден выглядел сейчас таким смущенным, таким милым, таким… нормальным, что ли. И не скажешь даже, что он умеет плеваться огнем.

— Элден, — пробормотала, кокетливо взмахнув ресницами, — а надо ли останавливаться?

Щеки вспыхнули от смущения, когда я сообразила, что именно сказала. Но усилием воли прогнала зарождающуюся панику, когда увидела, каким радостным блеском вспыхнули глаза Элдена.

— Оливия, — сказал он. — Но…

Я не дала ему договорить. Решительно шагнула вперед — и угодила в предусмотрительно распахнутые объятия. Первой настойчиво прижалась своими губами к его губам.

На сей раз Элден действовал гораздо решительнее. Жадными, требовательными поцелуями он прошелся по моему лицу, спустился по шее к линии декольте, и я прерывисто вздохнула, отчаянно цепляясь руками за его плечи — так внезапно ослабели колени. Мои пальцы дрожали, не в силах совладать с пуговицами на его рубашке, ногтями я то и дело царапала его разгоряченную кожу, и Элден каждый раз при этом вздрагивал то ли от боли, то ли от наслаждения.

— Хочешь фокус? — с неожиданным лукавством дохнул он мне на ухо. На дне его зрачков вспыхнул знакомый багровый огонь, который теперь уже не пугал меня. И мое платье вдруг без следа слизнуло бесцветное пламя, которое исчезло так же мгновенно, как и появилось, не причинив при этом ни малейшей боли.

«Драконы удивительно точно умеют регулировать температуру своего пламени, — прозвучали в памяти слова из давным-давно прослушанной лекции. — Они способны испепелить перышко, лежащее на листке бумаге. И при этом бумага даже не потемнеет от жара».

А в следующее мгновение Элден подхватил меня на руки, вновь отыскал мои губы, запечатлев на них долгий поцелуй. И окружающая реальность перестала интересовать меня.

Я не запомнила, как мы добрались до спальни, расположенной на втором этаже. Элден не стал тратить время на то, чтобы открыть дверь. Он просто щелкнул пальцами — и она с грохотом рухнула, сорвавшись с петель. Затем осторожно опустил меня на постель, опять поцеловал.

Я выгнулась под его лаской, такой уверенной и одновременно мягкой. Я даже не заметила, как Элден освободился от своей одежды. Просто вдруг обнаружила, что мои ладони скользят по его обнаженной коже.

Удивительно, но куда-то исчезло мое смущение. Я прекрасно сознавала, что комнату заливает яркий солнечный свет, и Элден видит меня всю — от головы до пяток — без защиты каких-либо покровов. И мне нравилось это. Я словно купалась в его взгляде. Восхищенном, влюбленном и таком горячем. От каждого его прикосновения, от каждого поцелуя во мне разгоралось пламя желания. Оно стало невыносимым, когда я почувствовала на себе тяжесть его тела. Вся потянулась к Элдену, как никогда желая ощутить миг полного единения.

— Оливия…

Просто поразительно, но Элден все-таки сумел остановиться. Навис надо мной на вытянутых руках, тяжело дыша. Над его верхней губой мелким бисером выступил пот. И мне было страшно представить, чего ему стоила эта пауза.