Елена Малиновская – Чернокнижники выбирают блондинок (СИ) (страница 47)

Как ни странно, неторопливый рассказ Летисии увлек меня настолько, что я перестала прислушиваться к происходящему в гостиной. Впрочем, больше извне не долетало никаких звуков. И я немного успокоилась. Должно быть, Дреган решил проблему. Иначе суматоха и взволнованные крики продолжались бы.

– Все началось тогда, когда она забеременела, – проговорила Летисия. – К слову, девушка не видела в этом особой проблемы. Напротив, она даже обрадовалась. Свято верила, что после этого ее избранник точно сделает ей предложение. Ну а родители не будут против. Они по-прежнему мечтали лишь о счастье для единственной дочери и сквозь пальцы смотрели на ее поздние отлучки и невнятные объяснения того, где она проводила вечера. – Помолчала немного и вдруг с жаром выдохнула: – Дура! Какая же я была дура!

Ага, стало быть, я права. Речь идет о прошлом именно Летисии. Но с чего вдруг она решила излить передо мной душу?

Правда, я все-таки сделала вид, будто удивлена, и спросила:

– То есть вы рассказываете о себе?

Летисия не ответила. Она нервно то сжимала, то разжимала кулаки, видимо, полностью погрузившись в нелегкие воспоминания.

– Я рассказала обо всем Миртону, – глухо произнесла она, окончательно отбросив все иносказания. – Он на удивление спокойно воспринял это известие. Даже подарил мне какую-то безделушку. И помолвка действительно состоялась. По вполне понятным причинам свадьбу решили не откладывать. Месяц-другой – и я стала законной супругой Миртона. Поверь, не было на свете девушки счастливее, чем я. Я переехала в его дом на правах законной хозяйки. И вот тут-то и начались странности.

Хорг оперся на здоровое крыло и сел. В его глазках-бусинках я с изумлением прочитала сочувствие.

– Миртон занимался магией. – Летисия так хрустнула пальцами, что на миг мне почудилось, будто она переломала их себе. – Самостоятельно, без учителя. Потому что больше всего его привлекала темная сторона колдовства. А некроманты и чернокнижники крайне редко и очень неохотно берут себе учеников. Знаешь, существует у этой братии любопытное поверье. Будто ученик, убив своего учителя, заберет себе всю его накопленную силу. После этого, понятное дело, никто из колдунов не торопился делиться своими знаниями. Поэтому Миртону пришлось постигать все азы магии самостоятельно. В его кабинете книги были повсюду. На столе, под столом, шкафы ломились от бумажного содержимого. Сначала мне это даже нравилось. Я не предполагала, что у избалованного женским вниманием красавчика на самом деле такие интересные увлечения. Но потом…

Летисия чуть не сорвалась на хриплый стон. Опомнившись, продолжила с прежней нарочитой отстраненностью, изо всех сил пытаясь не показать той боли, что терзала ее изнутри.

– Он заставил меня принимать участие в своих ритуалах, – сухо сказала она. – Сперва мне это представлялось своего рода забавой. Почему бы и не полежать обнаженной на камнях, пока любимый бормочет над головой что-то непонятное? Тем более Миртон предусмотрительно нагревал мое своеобразное ложе, так что простудиться мне не грозило. А затем мы предавались страстной любви. Вполне достойная награда за час скуки. Но чем дольше это продолжалось – тем больше мне не нравились увлечения мужа. Из милой странности эти ритуалы превратились в нечто изматывающее. Я перестала спать ночами. Точнее, даже не так. Я боялась спать ночами. И дело даже не в том, что мне снились кошмары. Я погружалась в некое подобие полуяви, когда ты все силишься вырваться из зыбкого небытия, но в итоге погружаешься в него сильнее. Я пыталась говорить с Миртоном. Но тот лишь посмеялся надо мной. Сказал, что бессонница и напрасные тревоги часто мучают беременных. Тогда я наотрез отказалась от участия в ритуалах. И он… – запнулась и процедила с горячей ненавистью: – Он ударил меня. Несильно, правда, но очень обидно. Несколько раз хлестнул по щекам, а на следующий день уверял, что будто бы таким образом пытался остановить мою истерику.

– Неужели после этого вы остались с ним? – искренне ужаснулась я.

Летисия вздрогнула, как будто только сейчас вспомнила о моем присутствии в комнате. Устало посмотрела на меня.

Удивительно, но сейчас она словно постарела на десяток лет, не меньше. Скулы хищно заострились, от крыльев носа к уголкам рта пролегли глубокие скорбные морщины.

– Впрочем, я что-то разговорилась. – Она с явным усилием раздвинула губы в улыбке, правда, в итоге получился какой-то болезненный оскал. Махнула рукой и добавила: – Не буду тебя больше томить. Поведаю сразу конец истории. В положенный срок я родила Дрегана. Симпатичного зеленоглазого мальчугана. А через месяц после этого Миртон отдал его душу одной из зеркальных тварей, желая получить могущество истинного чернокнижника.

Я беззвучно ахнула. Ничего себе! Но теперь понятно, почему Дреган никогда не упоминал в разговорах отца.

Но что же это получается? Неужели у Дрегана нет души?

– Правда, Миртон не успел завершить ритуал, – спокойно проговорила Летисия. – Потому что я ему помешала.

– Каким образом? – запинаясь от испуга, спросила я.

– Лучше тебе не знать, девочка, – Летисия усмехнулась, и в ее глазах полыхнуло зарево мрачного торжества.

В кабинете после этого повисло тяжкое молчание. Летисия устремила взгляд в окно, легонько постукивая по столу пальцами.

– А зачем вы мне это рассказали? – не выдержав, все-таки спросила я.

– Ну как зачем? – Летисия легкомысленно пожала плечами. – Ты ведь собралась замуж за моего сына. Подумала, что тебе будет интересно и полезно узнать некоторые подробности нашей семейной истории.

Я мысленно фыркнула. Ага, все-таки я была права. И мать Дрегана тоже не одобряет наш брак. Но, в отличие от остальных, она не стала спорить со мной напрямую, а принялась пугать страшилками из прошлого.

Конечно, я верила, что она рассказала мне правду. Но у Дрегана есть душа! Иначе он не заступился бы за меня перед Грегом, не спас бы Рауса, не позволил бы нам остаться в замке.

В этот момент дверь в кабинет распахнулась, и на пороге предстал сам Дреган. Бледный и удивительно сосредоточенный.

Хорг тихонько пискнул и моментально вжался в диван, должно быть, подумав, что пришел час расплаты.

Но Дреган лишь окинул его взглядом и почти сразу перевел его на меня.

– Идем, – приказал он. – Лютик, мне без тебя не справиться.

– Что с Раусом? – встревоженно воскликнула я, мгновенно вскочив на ноги.

– Сама увидишь, – уклончиво отозвался Дреган.

Понятное дело, спокойствия мне это не прибавило. И я выскочила из кабинета.

Глава 2

Рауса я увидела сразу же, как только вбежала в гостиную вслед за Дреганом. Он лежал с закрытыми глазами на диване с распахнутой на груди рубашкой. Казалось, что в его лице не осталось ни кровинки.

Рядом бестолково суетился отец. Он то поправлял под головой Рауса подушку, то принимался обтирать его лицо краем передника.

Ирель тоже не сидела без дела. Она с усилием растирала виски моему брату и что-то невнятно бубнила себе под нос.

– Твой брат жив, – сказал Дреган, предупредив мои возможные вопросы. – Но я немного опоздал. Шаршах успел отхватить от его души изрядный кусок. К тому моменту, как я добрался сюда, душа Рауса слишком удалилась в нижний мир.

– Я не понимаю, – растерянно призналась я.

– Твой брат не умирает, – поспешил успокоить меня Дреган, но тут же мрачно продолжил: – Однако если мы упустим его душу, то… – и запнулся в поисках подходящего слова. Затем осторожно сказал: – То это будет уже не твой брат.

Как ни странно, паники не было. Даже слезы на глаза не навернулись. Я понимала, что если Дреган пригласил меня сюда, то у него есть план, как вернуть моего брата.

– Неужели ничего нельзя исправить? – спросила я, уже догадываясь, каким будет ответ.

– Можно. – Дреган неохотно кивнул. – Но видишь ли, Лютик, то, что я хочу предложить тебе, очень опасно. Если меня постигнет неудача, то Раус умрет. Умрет по-настоящему. Если же у меня все получится, то твой брат вернется из нижнего мира таким, каким в него уходил.

Отец судорожно всхлипнул от этих слов и тяжело – не сел даже – рухнул в ближайшее кресло.

– Господин маг, но вы же сказали, что Раус не умрет, – пролепетал он.

– Если я ничего не сделаю, то через несколько часов он очнется, – сказал Дреган. – И ничего не вспомнит о произошедшем. Ему будет казаться, что он лишь на миг закрыл глаза. Но остальная его память не пострадает. То есть он будет знать, что Лютик его сестра, а вы его отец. Проблема лишь в том, что у него не останется души. Ему будет плевать на ваши слезы и мольбы. Он с легкостью убьет любого из вас, если ему это окажется выгодно. И не почувствует при этом ничего. Ни радости, ни огорчения. Возможно, лишь досаду, если при этом придется отвлечься от какого-нибудь интересного ему дела.

– Жуть какая! – Ирель отняла ладони от висков моего брата и выразительно поежилась. Проскрипела: – Да это же будет настоящий демон во плоти!

– Возможно, – не стал спорить с ней Дреган. – Хотя демон все-таки пострашнее. Я спугнул Шаршаха, то есть какая-то толика души у Рауса осталась. Скорее всего, со временем он вновь начнет понимать смысл слов «милосердие» и «доброта». Но на это уйдет не одно десятилетие.

В моих ушах словно сам собою зазвучал голос леди Летисии, рассказывающей скорбную историю ее недолгого замужества.