Елена Малиновская – Частная магическая практика: Лицензия. Заговор. Сны и явь (страница 53)

– Ты забавный человек, – с искренним изумлением проговорила змея. – Впервые за долгие не годы – века – я встречаю кого-то с такими убеждениями. Но что мне делать? Правила были установлены в незапамятные времена: два универсала, каждый из которых занимает присущий ему трон. Равновесие, незыблемое и непоколебимое.

– А как же амулет, скрывающий способности универсала? – Я недоверчиво прищурилась. – Раянир рассказывал, что король дарил его тому из наследников, кого желал видеть на троне после себя. Получается, тот не мог пользоваться своей силой?

– Почему, мог. – Змея зашелестела чешуйками, теснее сжимая вокруг меня кольца своего тела. – Ты удивишься, но амулетов на самом деле два. Их единственная задача – скрыть способности универсала от Королевского межмирового совета. Люди… Люди не любят магов, чья сила настолько велика и неподконтрольна. И их легко понять. Помимо прочего, амулеты еще служили для того, чтобы ребенок не навредил себе и окружающим, пока не научится контролировать свои способности. Но как только амулет оказывался снятым – сила универсала пробуждалась. Это позволяло мне наслаждаться моей маленькой игрой на человеческих слабостях и потаенных желаниях, не привлекая особого внимания со стороны других миров. Насколько я понимаю, один амулет достался тебе. Значит, второй все еще хранится во дворце. Как только ты согласишься на мое предложение, твой брат вернется туда и наденет его.

– Если соглашусь, – машинально поправила я. Замялась, но все же выдавила из себя, пытаясь не покраснеть: – И потом, я уже ничего не смогу надеть. Я… я сломала амулет.

– Сломала? – Удивительно, но мне показалось, будто змея с трудом сдерживает смех. – Однако. Но ничего страшного, у меня есть запасной.

– Рада за тебя, – огрызнулась я. Подалась вперед, почти вплотную приблизившись к глазам змеи, которые горели в ночи, словно два раскаленных изумруда. – Объясни мне еще одну вещь. Почему меня так настойчиво пытались убить? Я имею в виду истинных варрийцев. Кто-то даже натравил на меня призрака с карающим мечом. Если память мне не изменяет, такой вид магии используют только твои подопечные. И потом, этот, как его… Ишиарис, что ли… По какой причине он так настойчиво уговаривал меня искупаться в пруду по дороге сюда? Знаешь, мне показалось, что это закончится для меня чем-то страшным.

– Ишиарис уговаривал тебя искупаться? – задумчиво повторила змея. – Жаль, очень жаль. Неужели крамола и ересь дошла уже до моего ближайшего окружения?

Я удивленно вскинула бровь. О чем это она сейчас?

– Видишь ли, девочка, далеко не всем варрийцам нравится тот порядок, который я некогда завела, – печально проговорила змея. – До меня периодически доносятся отголоски их недостойных мыслей. Мол, зачем подчиняться чужакам, которым выделили лучшие земли, если можно выгнать их восвояси? Зачем терпеть поборы и платить непомерные налоги за пользование своей же исконной территорией? Не легче ли нарушить многовековой порядок и начать самим диктовать условия пришельцам? Меня это… расстраивает. Я дала им жизнь, мне и решать, как им следует себя вести. Почему они считают, что имеют право лишить меня единственного развлечения? Кто-то из них предположил, что, если убить одного универсала, игра сорвется. Вот они и попытались. Ишиарис… Он хороший слуга, осторожный и опытный. Я не предполагала, что он переметнется на сторону еретиков. Если бы ты вздумала искупаться в пруду, то погибла бы, едва только коснулась воды. Это жидкий яд, моментально впитывающийся через кожу и парализующий сердечную мышцу. Ишиарис подумал, верно, что никто не заподозрит его в убийстве. Ты была уставшей, грязной и мучилась от жажды. Нет ничего удивительного, если бы ты без спроса решила хотя бы напиться или умыться. Он бы объяснил мне, что не успел тебя остановить, а противоядия от этой воды не существует. Я вижу в твоих мыслях белые цветы, мимо которых вы проходили по дороге сюда. Их аромат не гарантировал мгновенной смерти, поэтому Ишиарис не рискнул ставить себя под удар. По всей видимости, ранее тебя пытались убить эти же заговорщики. До Раянира – универсала в полном расцвете сил – им было добраться куда тяжелее, чем до тебя, даже не подозревающей о своем даре.

– А как они обнаружили, где я живу? – полюбопытствовала я. – Ведь тогда меня защищал амулет.

– Защищал от всех, кроме меня. – Змея обернула вокруг меня еще несколько колец. Теперь она окружала меня со всех сторон так плотно, что невольно мне стало не по себе. – Девочка, я создала эти амулеты, поэтому мне они не могут отвести глаз. Мне – и моему ближайшему окружению. Ишиарис как раз относится к нему… Относился… До сегодняшнего вечера.

Я промолчала. Если честно, в чем-то я поддерживала заговорщиков. Два народа не могут вечно ублажать прихоти стареющего божества, которое умирает от скуки и развлекается наблюдением за бурлением чужих страстей. В этой ситуации надо что-то менять. И легче всего – разрубить узел, чем кропотливо его развязывать. Амулеты, кровные родственники, становящиеся злейшими врагами, какие-то придуманные ритуалы и глупые правила насчет равновесия. К чему все это? Чтобы белая змея в своей священной роще хихикала от удовольствия, наблюдая за разыгрывающейся на ее глазах трагедией? Чтобы она от души веселилась, чувствуя страх и отвращение менее удачливого претендента на престол, думающего, что ему придется разделить постель с ящерицей? Чтобы любовалась ненавистью, разгорающейся в его глазах, когда тот понимал, что может поквитаться с родным братом или сестрой за свою неудачу? Глупости все это, глупости и непонятная блажь.

– А ты попробуй сыграть, – вкрадчивым шепотом предложила змея. – Поверь, тебе понравится. Власть – это наркотик, которого никогда не бывает много. На твою долю досталось так мало любви и радости. Подумай, все возможно изменить. Одно лишь слово. Даже не слово – простой кивок, и дальше я все сделаю сама. Неужели ты не хочешь поквитаться с твоим братом, который готов был единокровную сестру принести в жертву своим амбициям?

Я вспомнила Раянира. Его срывающийся голос, когда он рассказывал о своем детстве и гибели родной деревни. Нет, я его не ненавижу. Мне его жалко. Пусть. Пусть играет в короля, если ему так хочется. Я не намерена составлять ему пару в этой глупой затее.

– Ну что же мне с тобой делать? – неподдельно расстроилась змея. Ее глаза теперь горели прямо напротив моих, кожа уже ощущала прикосновение холодной чешуи. Н-да, из этой западни мне точно не выбраться. – Конечно, когда-нибудь это должно было произойти. Я знала, что рано или поздно, но сюда явится универсал, считающий свой дар проклятием. Но не думала, что это произойдет так скоро. Моя забава продлилась всего несколько веков. Неужели придется придумывать новую игру?

– Делай как знаешь. – Я устало вздохнула, незаметно перейдя на менее официальный тон.

О небо, как же все надоело! Если эта змея намерена меня убить – пусть перестанет тянуть время и сделает это. Все равно я не соглашусь на ее уговоры стать ящерицей или же сесть на престол Варрия.

– Твое решение окончательное?

Я едва не заорала в полный голос от ужаса, когда почувствовала на своей щеке ее раздвоенный язык. Она что, пробует меня на вкус? Никогда не думала, что божества питаются человечиной. Но потом, взяв себя в руки, все же кивнула.

– Жаль, очень жаль.

Я с удивлением ощутила, как плотные кольца чешуйчатого тела вокруг меня начинают разжиматься. Зеленые изумруды змеиных глаз как-то поблекли, будто припорошенные пеплом. Она еще смотрела на меня, но словно уже была своими мыслями где-то далеко отсюда.

– Возможно, я и впрямь задержалась здесь, – чуть слышно прошелестело над ухом. – Новый мир, новые правила, новые игроки. Пора размять старые косточки.

– Что будет со мной? – осмелилась я на вопрос, когда змея отвернулась.

– С тобой? – донеслось изумленное приглушенное шипение. – Да ничего. Живи как знаешь. Ты и твой брат уже не универсалы. В королевской династии Варрия они больше никогда не будут рождаться. Мои дети предали меня, поэтому и их я лишаю своего благословения. Пусть сами разбираются с вопросами передачи власти.

– А война? – не отставала я. – Война между ящерицами и людьми продолжится?

– Не думаю. – Змея уже почти целиком скрылась в высокой траве. – Девочка, сейчас между моими детьми начнется такая грызня, что внешние враги отойдут на второй план. Потом… Все будет зависеть от того, кто окажется на престоле. Впрочем, так всегда бывает. Развлекайтесь. Теперь все целиком в ваших руках.

Я еще долго сидела на прежнем месте, чувствуя, как медленно остывает камень за моей спиной. С уходом змеи его прежде ровное неяркое свечение стало само по себе угасать. Минута, другая – и я окажусь в полной темноте.

Идея брести куда-то ночью в полном мраке меня абсолютно не прельщала. Мало ли, вдруг свалюсь в тот самый пруд и погибну на месте. Вдруг переломаю себе ноги, угодив в какую-нибудь яму. Лучше дождаться утра здесь.

Памятуя про жуков, выходящих на охоту с наступлением ночи, я забралась на камень. Распласталась на его гладкой, плоской вершине, чувствуя, как медленно уходит тепло, а ему на смену спешит холод, пробирающий до костей. Н-да, тяжеловато будет провести так несколько часов. Прошлой ночью нас с Раяниром грело магическое покрывало, но и то я замерзла так, что зуб на зуб не попадал. Пожалуй, утро следующего дня я встречу ледышкой.