Элена Макнамара – Я твой Ад (страница 3)
Игнат научил меня действовать решительно. И всегда брать то, что считаешь своим. И похер, какие будут последствия. Глядя на боксёра Рената, я приобрёл желание нарастить мышцы и приумножить физическую силу. А у Кирилла научился умению обдумывать планы, выстраивать стратегии.
Хлюпик и неудачник Ян Колесников умер четыре года назад. Теперь я другой человек. Сильный, выносливый, богатый и… беспринципный. Они меня таким сделали. И я им благодарен.
Стриптизёрша замирает в моих руках, потому что наверняка испугалась реакции своего босса на мои слова.
– Танцуй, – шепчу ей в ухо, перехватив за горло.
Она подчиняется, но делает это вяло и скованно.
Соболев берёт себя в руки и неторопливо возвращается за стол. Сев в кресло, закидывает ноги на дубовую столешницу.
– Ты не сможешь её найти, Ян, – говорит он, как мне кажется, с толикой сожаления. – Потому что Игнат этого не хочет. А когда он чего-то не хочет… В общем, ты меня понял.
– А ты? – отпихнув девчонку, подаюсь вперёд и внимательно смотрю на Соболева. – Для тебя так уж важна чужая драма, Кир? Ты же никогда не лез в подобные вопросы.
– А я буду солидарен с Игнатом, – расслабленно отвечает Кирилл.
– Почему? Какое тебе дело до Вики?
– Дело не в Вике, Ян, – он качает головой, – дело в дружбе. Игнат – мой друг. Ты – нет. Он меня не предавал. Ты – да! Так понятно?
– Вполне, – бросаю сухо, поднимаясь с дивана.
Конечно, он прав, чёрт возьми. Я их предал. Даже не планируя делиться награбленным, хотел сбежать с Викой, чтобы спасти её от нежеланного брака. И сделал бы это снова. Предал бы вновь, потому что любил эту девушку. И сейчас хочу любить только её…
– Моему предательству нет прощения, Кир, – говорю, не скрывая сарказма. – Ведь никто из вас не поступил бы так же ради любимой. Никто из вас не сделал бы ничего запредельного ради спасения дорогого человека. И Ренат не от большой любви к Вике поджёг тот дом, использовав пожар в качестве ширмы для её побега. И не от любви к ней сказал мне, что Вика вошла в этот дом. Отправил меня на верную гибель, точно зная, что её там нет…
– И Ренат отплатил за свой поступок сполна, – обрывает меня Кирилл. – Отсидел три года за это.
– А я три года был в аду, думая, что моя девушка погибла из-за меня! – повышаю голос, и он тут же превращается в хрип.
Запах гари, дым, вонь обожжённой кожи вновь фантомно заполняют ноздри. Сгибаюсь пополам, зайдясь в приступе кашля. Твою мать… Только не сейчас!
– Ты в норме?
Соболев тут же оказывается рядом. Протянув руку, хочет сжать моё плечо, но в последний момент, словно передумав, отступает на шаг назад.
– Да, в норме, – отвечаю, натужно дыша. С жадностью глотаю воздух и проталкиваю его в лёгкие.
Прошло четыре года, а мне всё ещё нечем дышать, когда возвращаются воспоминания о том пожаре. Наверное, сейчас это единственное моё слабое место. Меня можно напугать лишь огнём, как бы глупо это ни звучало…
Прохожу к двери и распахиваю её. Киваю стриптизёрше, чтобы оставила нас наедине с Соболевым. Та поспешно удаляется.
Закрыв дверь, смотрю на друга, а он выжидающе смотрит на меня.
– Ты же деловой человек, Кир. И у всего есть цена. Просто назови свою. Сколько ты хочешь?
– За то, чтобы сдать тебе Вику? – уточняет он с ухмылкой.
– Да. Я заберу её, и мы уедем. Не будем мозолить глаза всем вам. Будем считаться погибшими, если угодно. Назови цену, Кир!
Поцокав языком, он качает головой и говорит, слегка растягивая слова:
– Знаешь, что меня действительно интересует?.. Как? Как ты поднялся? Откуда у тебя деньги, Ян?
– Это слишком длинная история.
Кир бросает взгляд на часы.
– Я не тороплюсь. И хочу послушать эту историю, – проходит мимо меня к двери и добавляет, обернувшись: – Не здесь. Через дорогу есть приличный ресторан.
Понятно – хочет переместиться на нейтральную территорию. Соболев не любит вторжений, а я буквально вторгся в его святая святых.
Странно, что он вообще готов общаться со мной…
Выхожу за ним следом, и мы спускаемся на первый этаж. За последние полчаса народу значительно прибавилось. Гости – в основном, толстосумы – восседают на удобных диванах, лицезрея девиц, танцующих для них.
Подмигнув барменше, забираю свои ключи от машины и бумажник. Достаю из него наличку и оставляю несколько купюр на барной стойке. Просияв, девушка прячет деньги в бюстгальтер и переводит взгляд на Соболева. Тот быстро прощается с персоналом, и мы выходим на улицу. Направляюсь к своей машине, но Кир останавливает меня.
– Ресторан, как я и говорил, через дорогу, – кивает на двухэтажное здание напротив. Потом смотрит на Бентли. Присвистывает. – Да уж… История, похоже, и правда будет занятной.
Я пожимаю плечами и, ничего не ответив, иду в сторону ресторана. Говорить о себе мне не хочется, но если это поможет убедить Кирилла встать на мою сторону, то, пожалуй, я готов болтать без умолку.
Мы заходим в ресторан, где нас встречает девушка-хостес.
– Добрый вечер, – улыбается она, – у вас забронировано?
– Вообще-то, нет, – Кир обворожительно улыбается ей, – но мы же придумаем что-нибудь, верно?
Девушка просматривает списки и неуверенно качает головой. Собирается вежливо отделаться от нас, я уверен… Подаюсь вперёд и, приблизившись к ней вплотную, незаметно засовываю деньги в нагрудный карман её рубашки.
– Нам очень нужен столик, – понижаю голос до шёпота.
Бросив взгляд вниз и рассмотрев купюру, она вновь смотрит на списки. Растягивает на губах дежурную улыбку и кивком головы призывает следовать за собой. В итоге ведёт нас на второй этаж, минуя главный зал. Мы оказываемся на широкой террасе под открытым небом. Здесь всего несколько столиков, и играет живая музыка.
– Хорошего вечера, – вновь улыбается хостес, когда мы присаживаемся за стол.
Как только она удаляется, подходит официантка и подаёт нам меню.
– Мы позовём, когда определимся, – отпускает её Соболев. Пролистывает меню, время от времени бросая взгляд в мою сторону. – Нам бы следовало хорошенько нажраться, Ян. Ты восстал из мёртвых, чем не повод? Вот только твоё возвращение мотивировано местью, и мне это не нравится.
– Я много кому не нравлюсь и привык к этому, – отложив меню, скрещиваю руки на груди, откидываясь на спинку стула. – Когда я узнал, что Вика жива, то решил, что вы все меня предали. Не я вас! А вы! Ты, Ренат, Игнат и даже сама Вика. Но в моих глазах главным виновным был именно её брат. Потому что он, как и всегда, решил всё за свою сестру, инсценировав её смерть. Я отправил ему письмо с угрозами, рассчитывая на то, что в силу своего характера Игнат начнёт действовать импульсивно, но он меня удивил. Он сбежал. А сразу после его свадьбы и Вика пропала со всех горизонтов. Я смотрел записи с дорожных камер, Кир. Знаю, когда именно она вернулась в город. Знаю, что хотела пойти к брату, но в итоге подалась к Алиеву. Правда, он её уже не ждал… Потом свадьба Сокола – и всё… След оборвался. Вика исчезла, и только вы знаете, где она. Я гонялся за Игнатом пять месяцев, считая, что он забрал её с собой… Но мои догадки оказались неверными. Тогда я послал второе письмо, уже всем вам. И я готов отомстить, если потребуется.
– За что? – Кир резко захлопывает меню. – За что ты будешь мстить?
– За то, что вы не отдаёте её… За то, что быстро забыли о моём существовании. Вы ведь даже не хоронили меня, Кир. Вам было плевать…
– Этим занимались твои родители, – бросает он в оправдание.
– Ну и где моя могила? – испепеляю его тяжёлым взглядом.
Кир разводит руками.
– Твою мать… Я не знаю, ясно? Да, мы не были на твоей могиле! Ренат сел в тюрьму, Игнат оплакивал сестру и бился в агонии по своей девушке. А я… Я всё знал. Знал, что Вика жива и врал другу. Здесь, среди живых, происходила охуенная драма. И прости, но мне было плевать на мёртвых. Тогда ты был мёртв, Ян. Мёртв! И значит, я уже ничем не мог тебе помочь.
– Что ж… Цинично, как и всегда
– Возможно. Только вот я всегда таким был. А ты стал… чужаком, которого мы пока не знаем. И сильно сомневаюсь, что захотим узнать. Ты сам виноват, Ян. Ты должен был сказать нам, что делаешь это ради Вики.
– После драки кулаками не машут. Я сделал то, что сделал. И сделал бы это вновь.
– Да-да… Потому что это же Вика! – в его тоне проскальзывает насмешка, а потом взгляд перемещается за мою спину, и улыбка сползает с лица. Челюсти сжимаются, губы превращаются в напряжённую тонкую линию.
Бросаю взгляд через плечо, но не вижу ничего и никого примечательного.
– Увидел старого знакомого, – отмахивается Соболев, вновь становясь расслабленным. И кивает на меню: – Ты определился?
Глава 3
Мы прибыли в ресторан даже раньше семи. Клиент мужа и его жена уже были там. Только вот забронированный нами столик на открытой террасе был занят другими людьми. Произошла какая-то путаница или что-то в этом роде. Не знаю… Мне было всё равно, где ужинать, а вот Руслан решил, что вечер безнадёжно испорчен, и даже устроил скандал хостес. Та долго извинялась, но мой муж не поленился сходить на второй этаж, чтобы взглянуть на тех, как он выразился, подлецов, которые заняли наш столик.
Позорище…
Руслана уже очень долго нет. Я стараюсь абстрагироваться и улыбаюсь его клиенту и жене клиента самой обворожительной улыбкой в мире. Мужчина явно гораздо старше своей супруги. Она выглядит достаточно привлекательно и, на мой взгляд, не нуждается в пластике. Но у богатых же свои причуды, верно?