Элена Макнамара – Он мой порок (страница 6)
– Мы почти на месте, – отвечает Игнат, круто сворачивая влево. – И раз уж ты писала не мне, на твоё счастье Ян уже ждёт тебя.
Мне кажется, или я слышу в его голосе нотки обиды? Я задела его самолюбие, хотя совершенно этого не хотела.
Игнат паркуется в нескольких метрах от береговой линии. Выходит из машины, но не помогает мне выбраться. Не открывает мою дверь, а замирает возле капота и с грациозной ленцой на него облокачивается. Ждёт, когда я выйду. А я не тороплюсь. Пока отстёгиваю ремень безопасности, смотрю по сторонам. Солнце уже у самого горизонта, но на улице достаточно светло, чтобы разглядеть всё вокруг.
Коттедж слева – он стоит почти на пляже. Плотный ряд дорогих блестящих машин, припаркованных парой метров правее, растянутая сетка для волейбола и несколько парней, перебрасывающих мяч через неё. А также группы людей, прогуливающихся и по всему пляжу, и возле самого коттеджа.
Когда открываю дверь автомобиля, слышу музыку. Похоже, это место буквально создано для вечеринок. И теперь я понимаю, что одета, скорее всего, неподобающе. Просто майка, тонкие чёрные брюки и кеды. Недлинные волосы рассыпаны по плечам. Не собиралась прихорашиваться… И я совсем не вписываюсь.
– Это дом моего друга, – кивает на коттедж Игнат. – Того самого, которому принадлежит стрип-клуб.
Я неловко переминаюсь с ноги на ногу и не могу сосредоточить свой взгляд ни на чём вокруг. Холодные голубые глаза зачаровывают, приковывая внимание к себе, стоит лишь взглянуть в них.
– Как его зовут? – спрашиваю лишь для того, чтобы поддержать светскую беседу.
– Кирилл Соболев, – бросает Игнат, отклеиваясь от капота и приближаясь ко мне. – Слышала о нём?
– Я никого здесь не знаю…
Хочу объяснить, что совершенно не слежу за светской жизнью города и далека от всего этого. А Игнат подходит так близко, что его кроссовки задевают носы моих кед, и я замолкаю, завороженно уставившись на нашу обувь. Потом его рука ложится на мой подбородок, вынуждая поднять голову. Мне приходится задрать его повыше, чтобы смотреть парню прямо в лицо, потому что он выше на целую голову. Вновь встречаюсь с его изучающим взглядом и ощущаю, как краска приливает к моему лицу.
– Тогда пойдём, я познакомлю тебя со всеми.
– Зачем? – вопрос получается задать только шёпотом, но это то, что действительно хочу знать. – Зачем таким людям, как ты, общество такой, как я?
На губах парня растягивается ленивая полуулыбка, а взгляд становится прожигающим.
– Я не стану спрашивать тебя, каким человеком ты меня считаешь… И не стану спрашивать, кем считаешь себя. Сегодня не стану. Я спрошу тебя позже, потому что ты изменишь своё мнение.
Он отступает, и его тёплые пальцы покидают мой подбородок.
– Пошли, незолушка, – протягивает мне руку. – Повеселимся не на балу…
Глава 4
– Ты не надела мой подарок, – едва касаясь моей щеки подбородком, шепчет Артём. – Тебе он не понравился.
Я достаточно резко отстраняюсь, выбираясь из тесного контакта с начальником. Потупив взгляд, качаю головой.
– Это слишком дорогой подарок, я же сказала, что не приму его.
Он подарил мне колье, которое на шее ощущалось как кирпич. Я сняла его, как только осталась одна, и больше не надевала, всё время подыскивая повод, чтобы вернуть.
– Лиз… – с придыханием шепчет мужчина, вновь приближаясь. – Я правда не понимаю, в чём дело… Почему ты так усердно динамишь меня?
– Артём Игоревич, прошу… Нас могут увидеть.
Самодовольно фыркнув, мужчина окидывает взглядом причал. Пожав плечами, так же самодовольно улыбается.
– Не хочешь сплетен о том, что спишь с начальником? Поверь, я могу очень быстро заткнуть людям рты. Ты только скажи!
Зажмуриваюсь, невольно вспоминая один-единственный вечер, проведённый вместе, а потом тот отвратительный секс, который случился по моей глупости. Вероятно, в тот момент я просто решила, что уже могу двигаться дальше… Завести любовника, который готов осыпать меня бриллиантами, да и вообще, позволить кому-либо заботиться обо мне… Но нет, не могу. Всё ещё не могу!
– Я не хочу сплетен, не хочу дорогих подарков, – начинаю шептать, в онемевших пальцах сжимая подол платья, – вообще не хочу подарков. Мне нужно время.
– Сколько? – он немного повышает голос. – Сколько, Лиз? Я уже год у твоих ног. Сколько можно играть в прятки?
Боже… Что ты знаешь о прятках? Однако вслух я говорю совсем другое:
– Возможно, мне просто нужно сменить обстановку и взять небольшой отпуск?
Пожав плечами, изображаю на лице наивность и даже улыбку выдавливаю.
– Сбежать, значит, хочешь? – хмурит брови Артём. – Ладно, я подумаю о твоём отпуске, моя конфетка.
Прежде чем отступить, поднимает руку и касается моей щеки. Проводит подушечками пальцев по скуле, от чего табун мерзких мурашек пробегает по спине.
Игнат когда-то словно заклеймил меня. Сделал так, что больше никто не должен меня трогать. Реакция моего тела на чужие ласки всегда именно такая – омерзение.
Артём Игоревич тяжело, с надрывом вздыхает. Не получив от меня никакой реакции, резко отдёргивает руку.
– Я подожду, Лиз, – обещает с оттенком угрозы в голосе. – И если надо, истреблю весь мужской род, который рискнёт к тебе приблизиться.
Я вновь прячу взгляд под ресницами, а потом чувствую, как Артём Игоревич наконец уходит. Поднимаю глаза и сразу встречаюсь с холодным изучающим взглядом голубых глаз. Игнат стоит среди толпы собравшихся на аукционе в нескольких метрах от корвета. Создаёт впечатление простого участника аукциона, правда, смотрит только на меня. Весь чёртов вечер. И я уверена, что он видел, как клеится мой начальник, потому что в голубых глазах совершенно чётко читается угроза.
В попытке не тонуть в омуте его глаз перевожу свой взгляд на гостей вечера. На всех сразу. Постояльцы, обслуживающий персонал и он – второй удар из прошлого. Кирилл Соболев. Лучший друг Игната. Он приехал этим утром. А сейчас расслабленно стоит возле стола с фуршетом и салютует мне бокалом с шампанским. Фальшивая, слишком приветливая улыбка на его губах не обещает ничего хорошего.
Возможно, мне не стоит отказываться от покровительства Артёма Игоревича… Хоть и не уверена, что он может помочь.
Наверное, мне уже никто не поможет…
Корвет покупают за крупную сумму. Мой начальник ликует. Словно у него мало денег, и сорвав куш этим вечером, он озолотился так, что хватит на всю оставшуюся жизнь. Не хватит. Хорошо изучив богатых и влиятельных, я поняла, что желание наживы никогда не проходит. Лишь только потеряв всё, они начинают мыслить по-другому…
– Куда ты так торопишься? – причитает Настя.
Девушка работает здесь горничной всего месяц и, честно говоря, работать совсем не хочет. Расхаживает по комплексу, виляя задом, в попытке найти толстосума побогаче. Удивительно, что Артём Игоревич до сих пор не обратил на неё внимания и, наконец, не отстал от меня.
– Я хочу, чтобы ты ещё раз навела порядок в номере, – бросаю ей через плечо, – прямо сейчас. Иначе у нас обеих будут проблемы.
– У того красавчика? – со смешком уточняет Настя. – Которому я относила права? Как там его? Кажется, Игнат…
– Нет, – отвечаю с раздражением. – У его друга!
Кирилл Соболев отличается излишним педантизмом и придирчивостью. Если что-то будет не так, он попросит встречи с администратором. А это я. И я совсем не хочу с ним встречаться.
Мы подходим к номеру пятьдесят три на последнем, пятом этаже здания. На этом этаже всего три номера, и они самые лучшие в нашей гостинице. Однако всё равно не соответствуют требованиям Кирилла. Он слишком богат и слишком избалован. И когда он, чёрт возьми, уедет?
А самое главное – что они намерены делать? Он и Игнат. Со мной!
Отгоняю от себя все мысли до единой. Три года разговоров самой с собой не прошли даром. Пусть идут к чёрту, я их больше не боюсь. А если и виновата перед ними, то сама выбрала меру наказания. Отшельничество. Отказ от всего, что было мне положено. Так что, я искупила вину с лихвой.
Нервы как натянутые струны, не дают даже дышать полной грудью. Страх, раздражение – всё это, вероятно, написано на моём лице, потому что Настя вглядывается в него слишком внимательно.
– Приступай, – киваю на дверь, натягивая на лицо привычную беспристрастную маску.
– Да чисто у него там всё, – фыркает Настя, когда проходим в комнату.
Я одариваю её уничтожающим взглядом.
– Проверь, с тебя не убудет.
Она вновь фыркает, но не спорит. Покачивая бёдрами, обходит гостиную по кругу, рукой проводит по мебели, по дорогому костюму, висящему на вешалке в открытом шкафу, а потом оборачивается ко мне.
Да-да, я всё ещё здесь. Уперев руки в бока, смотрю на девушку выжидающе. Она протяжно и обречённо вздыхает, порывисто покидает номер, а возвращается со всем необходимым для влажной уборки.
– Да кто он такой? – бурчит себе под нос.
А я зажмуриваюсь, потому что картинки когда-то минувших событий затапливают сознание.
– Елизавета Александровна, – допытывается Настя, – у Вас такое лицо, словно призрака встретили. Напуганное, что-ли…
– Что-то типа того, – шепчу себе под нос и выхожу за дверь, – сразу двух призраков.
Прислоняюсь спиной к стене. Пристраиваю затылок на её гладкую поверхность. Мне хочется, наконец, закончить этот день и остаться одной. Без конца поглядывая на часы на запястье, буквально отсчитываю минуты до конца рабочего дня. Осталось пятнадцать минут…