Элена Макнамара – Мой (не) герой (страница 2)
– Захарова, – обращается ко мне девушка – кажется, Кристина – которую сегодня буду заменять. – Ты всё поняла? – буравит меня недовольным взглядом, и я вытягиваюсь по струночке. – Тут у нас списки всех, кто посещает клуб по абонементу, – тычет в монитор компьютера наманикюренным ногтем. – А вот тут те, кто записался на пробное занятие… На телефонные звонки отвечаешь дежурными фразами. Вот они, – протягивает бумажку с текстом. – Если что, звонишь мне.
– Хорошо, – с готовностью киваю. – Мне всё понятно, правда. Списки, фразы, звонить!
Кристина укоризненно качает головой и, поцокав языком, добавляет:
– Маленькая ты больно! Убежишь из этого зоопарка с криками о помощи.
– Почему зоопарка? – удивлённо моргаю.
Она небрежно подхватывает свою сумочку и идёт к двери. Оборачивается.
– Потому что здесь обитают неотёсанные гориллы, считающие себя настоящими мужиками со стальными яйцами.
Девушка брезгливо ведёт плечом и выходит за дверь, а я, опешив, смотрю ей вслед.
Часы показывали десять утра, когда этот «зоопарк» ожил. Сначала в дверь ввалился массивный качок с огромной сумкой на плече. На меня он с недовольством зыркнул, когда попросила его предъявить абонемент. Кстати, так и не предъявил, а размашистым шагом прошествовал в сторону раздевалок.
Следом пришла целая компания таких же верзил. Они были немного приветливее, даже показали свои абонементы, но сделали это так, словно оказали одолжение. Потом я вспомнила про список в компьютере, быстро осознала свою ошибку и стала спрашивать лишь фамилии. Тогда день вполне наладился. Не считая масляных шуточек на тему новой работницы, то есть меня, все были вполне приветливы. Особенно тренеры, с которыми я быстро нашла общий язык.
Самый старший из них – Тарасов Константин Сергеевич – попросил называть его дядя Костя. Провёл экскурсию по всему клубу и показал, куда я ни при каких условиях не должна заходить. И, конечно, этим местом были раздевалки с душевыми. Вероятно, дядя Костя почувствовал мою страсть влипать в неприятности, и я была благодарна за его прозорливость.
Работа мне понравилась, поэтому позвонила Кристине и попросила её ещё об одной смене. Она согласилась, я вышла на следующий день, однако Ренат так и не появился… Впрочем, как и на следующий день тоже.
Я задавала вопросы. Много вопросов, касающихся его персоны. В основном, обслуживающему персоналу. И очень быстро привлекла к себе внимание. Моё любопытство всегда играло против меня. К концу третьего рабочего дня дядя Костя подошёл ко мне и в лоб спросил, почему я интересуюсь Алиевым. Ничего не оставалось, кроме как сказать ему правду.
– Дело в том… – немного замявшись, скребу деревянную стойку ногтем, а потом поднимаю взгляд на тренера. – Пару дней назад он спас меня, и мне бы хотелось лично его отблагодарить.
– Спас? – густые брови Тарасова взмывают вверх.
– Да, – вновь ковыряю стойку, потупив взгляд. – За мной увязались два типа, стали приставать, а Ренат появился очень вовремя… Правда, его потом забрала полиция.
– Понятно, – только и говорит тренер. Долго сканирует меня тяжёлым взглядом, а потом выдаёт то, что я не ожидаю услышать: – Я дам тебе его адрес, – тянется за стойку и подхватывает блокнот и ручку. – Сходи к нему, узнай, всё ли в порядке…
– Я? – переспрашиваю, опешив.
– Ну не я же, – хмыкает Тарасов. – Это же тебя он спас.
Склонившись, быстро царапает в блокноте адрес и протягивает мне.
– Он живет недалеко, но сегодня, пожалуй, не ходи.
– Почему?
– Потому что сегодня Рената может не оказаться рядом, если ты вновь влипнешь в неприятности. Сходи утром. К тому же, завтра у тебя выходной.
Дядя Костя был прав. В ближайшие три дня в моих услугах в этом клубе не нуждались. У меня вновь была смена в ночном клубе следующей ночью, а днём я была свободна, но… мне не терпелось отправиться к Ренату прямо сейчас.
– Хорошо, схожу завтра, – вру тренеру, немного покраснев.
Он сканирует меня тяжёлым взглядом, потом делает пару шагов в сторону. Но, замерев возле раздевалки, оборачивается.
– И спроси его, собирается ли он возвращаться сюда? Только аккуратно спроси, ладно?
Я просто киваю, не понимая, почему он не может спросить сам. А когда тренер уходит, сразу вырываю страницу из блокнота и прячу в карман джинсов. Оставшийся вечер могу думать лишь о походе к Ренату домой, нетерпеливо дожидаясь, когда клуб опустеет.
В мои обязанности входит закрыть заведение, и уйти я должна последней. Выключив компьютер и проверив свет, хватаю сумку и иду к выходу. Обернувшись, оглядываю холл, чтобы убедиться, что всё выключила, а когда вновь разворачиваюсь к двери, болезненно во что-то врезаюсь. Ойкнув от испуга, почти падаю на пятую точку, но сильные руки удерживают на месте. Подняв взгляд, встречаюсь с пугающими карими глазами и ойкаю снова.
Ренат Алиев собственной персоной. И, похоже, он узнал меня, потому что его взгляд становится негодующим, а руки тут же отпускают меня, и парень делает шаг в сторону.
На его плече сумка, на голове капюшон, и он тяжело дышит, словно бежал сюда.
– Привет, – говорю приветливо. – Ты опоздал, клуб закрыт, – демонстрирую ему ключ, но он даже не смотрит. – Но ты можешь прийти завтра, – тихо продолжаю, ощущая, как дрожит мой голос под его изучающим взглядом.
– Я пришёл сегодня, – отрубает парень. – И у меня есть ключ. Так что иди домой, мелкая.
Черт, всё-таки узнал.
На кончике языка пощипывают ругательства. Ну или как минимум возражения, потому что я не считаю себя мелкой. Однако Ренат просто отмахивается от меня и стремительно пересекает холл. Потом скрывается за широкими дверями раздевалки, а я остаюсь на месте, не в состоянии хоть на что-то решиться.
Мой рабочий день закончился, и я могу уйти. Вышибалой подрабатывать не собираюсь, да и выставить Рената всё равно не смогу. К тому же, сама собиралась идти к нему… Поэтому вполне могу остаться и дождаться, когда он закончит. Может, и поговорить со мной соблаговолит…
Возвращаюсь к деревянной стойке и бросаю сумку на стул. Швырнув ключи, сразу снимаю ветровку, ощущая странный жар во всём теле.
Прохожусь несколько раз по кругу, обходя холл. Приблизившись к кулеру, пью воду и стараюсь занять свои мысли чем угодно, кроме Рената Алиева, находящегося со мной в одном здании.
Не выходит…
Поэтому бодро иду к дверям раздевалки.
Глава 3
Моя тренировка сразу началась с отработки ударов, потому что размяться я успел, пока бежал сюда. Думал, застану Кристину, поблагодарю её за то, что сделала мне ключ, но наткнулся на эту… мелкую. И, похоже, чертовски напугал её своим появлением. Что было к лучшему, потому что я не планировал вызывать в людях какие-то другие эмоции. Страх всегда был моей стеной от окружающего мира…
Проходит, наверное, не больше получаса, когда руки начинает саднить, костяшки пальцев ноют от плотных бинтов, а кислород вконец заканчивается… Но я с упорством, с каким-то даже мазохизмом бью по груше, отключив боль.
Я хочу быть в форме! Хочу вернуть хотя бы часть своей жизни и готов пойти на многое.
Пот застилает глаза, смахиваю его тыльной стороной кисти, а потом вдруг совершенно отчётливо чувствую взгляд на своей спине. Не оборачиваюсь. Продолжаю херачить по груше и смещаюсь немного, чтобы посмотреть на дверь.
Та слегка приоткрыта. Похоже, мелкая наблюдает за мной, притаившись в раздевалке. В этот зал легко попасть. Достаточно лишь из холла пройти в раздевалку, пересечь душевые – и вот ты уже здесь. Но женскому полу сюда точно нельзя. Это мужской мир. Пропитанный кровью, потом и усталостью. Неужели никто не объяснил ей этого?
Меня начинает злить её навязчивость. Замираю на месте, опускаю руки вниз, наблюдая за дверью, которая тут же закрывается.
– Иди сюда! – говорю громко.
Проходит несколько секунд, прежде чем дверь распахивается, и мелкая неуверенно показывается на пороге.
– Подойди, – вновь прошу её.
Девчонка часто моргает. Даже отсюда вижу застывшее на лице замешательство. Но всё равно идёт ко мне.
– Прости, я не хотела подсматривать… – начинает лепетать. – Я просто… просто хотела…
– Чего хотела? – перебиваю её.
– Поговорить, – отважно заявляет девчонка и скрещивает руки на груди.
Пытается выглядеть бесстрашной, а сама дрожит как осиновый лист.
Окидываю её взглядом от головы до пят. Сегодня она в джинсах и футболке. На ней нет чулок и короткой юбки, и я, слава Богу, не чувствую вожделения, какое испытывают самцы рядом с самками.
– Говори, – хмыкнув, позволяю ей начать.
Разматываю бинты, сдираю их с рук, и пока мелкая собирается с мыслями, ложусь на скамью для пресса. Зажав ноги, начинаю поднимать туловище вверх, но продолжаю смотреть на девчонку.
Она быстро облизывает губы, пытается сфокусировать взгляд на моём лице, но он соскальзывает вниз и сосредотачивается на косых мышцах. Начинает кусать губы. Скрещённые на груди руки теперь обнимают плечи, и девчонка отступает на пару шагов назад. Явно чувствует себя неуютно.
– Я хотела поблагодарить тебя, – наконец произносит тихо, вернув взгляд к моему лицу. – И спросить, почему тебя забрали в полицию?
– Ты уже благодарила, – бросаю сухо, не желая говорить о чём-то ещё.
Перестаю качать пресс, встаю со скамьи и, чтобы не смущать мелкую, подхватываю свою майку. Быстро влетаю в неё и ловлю взгляд девчонки на своих плечах.