Элена Макнамара – Ещё ближе (страница 10)

На одной написано «Бухгалтерия», на второй – «Рекламный отдел». Чуть дальше – «Отдел по найму», юристы. Пара дверей без табличек.

Создаётся впечатление, что штат у Громова просто огроменный. Хотя неудивительно. Ведь у него четыре больщущих клуба с собственными ресторанами.

Я работала на первом этаже, в танцевальной зоне. На втором расположена вип-зона. А на третьем этаже – ресторан, который хорошо звукоизолирован от шумной части клуба. Как-то я болтала с официанткой оттуда, хотела попробовать там поработать. Но она сказала, что без шансов. В ресторане всегда полный штат и берут туда только лучших.

Анализируя всё это, начинаешь лучше понимать, что за человек Павел Громов. Сто процентов педант, учитывая хотя бы порядок на его кухне. Да и во всём доме. Ну и в делах у него тоже порядок. А ещё у Громова бешеная энергетика. Когда он появляется в клубе, все вокруг даже двигаться начинают быстрее, чтобы не отставать от него. Ну или он просто заряжает всех своей энергией.

Павла нет довольно долго. Чтобы не сидеть без дела, я разбираюсь в новом телефоне. Функция перевода звонков пока не подключена. Начальник заявил, что я должна порепетировать. Ведь не всегда будут звонить любовницы. Чаще это будут разные большие шишки, с которыми нужно научиться правильно общаться. Как он выразился: «Нахер послать не получится».

Словно я собиралась кого-то туда посылать…

Я нахожу для себя оптимальный блокнот и скачиваю это приложение. Настраиваю чувствительность экрана на стилус. Новый телефон просто огромный, и на нём можно писать, как ручкой на листке бумаге.

Едва Павел появляется в коридоре, сразу вскакиваю. Вид у босса ужасно довольный, улыбка – на всё лицо.

Мы направляемся к лифту.

– Покупка франшизы отменилась, – говорит он негромко. А я открываю блокнот. – Но я даже рад. Не могу себе представить, что где-то будет вроде как мой клуб, к которому я не буду иметь никакого отношения.

Я знаю, что такое франшиза. Мой отец в своё время построил на этом бизнес. И, вообще-то, клуб был бы не Павла, а лишь его копией. Но я понимаю, что он имеет в виду. Мой босс просто не может не контролировать всё, что ему дорого. Начиная от строительства близнеца «Мун Хауса» до наполнения помещений мебелью и найма персонала.

Дверь лифта открывается, мы заходим в кабину. Прижимаюсь спиной к стенке. Перо стилуса замерло над экраном. Мне не терпится попробовать что-нибудь записать. И я чувствую себя крайне важной.

Павел, погружённый в свои мысли, продолжает размышлять вслух:

– Лучше бы инвесторы нарисовались. Любой мой проект мог бы стать для них золотой жилой…

Он устало потирает лицо.

– Жаль, что в сутках только двадцать четыре часа. Я бы уже давно поставил этот город на уши, будь у меня на десять часов больше.

Улыбнувшись, он переводит на меня взгляд и тут же подходит ближе.

– Что у тебя тут? – заглядывает в пустой экран.

– Жду каких-нибудь указаний, – говорю с важным видом.

Босс улыбается ещё шире.

– Тогда записывай: в шесть вечера едем по магазинам.

Я так и пишу: «18.00 – шопинг».

– А магазины указывать?

– Да пофигу, – небрежно роняет он. – Главное – купить тебе приличную одежду.

В этот момент вдруг замечаю, что его пальцы скользят по моей блузке в районе груди. Подняв взгляд к лицу Громова, я замираю. Снова впадаю в ступор, как это было на кухне, когда он разглядывал мою грудь сквозь мокрую футболку.

Голос Павла становится тише, он какой-то убаюкивающий:

– На тебе будет хорошо смотреться красный. Хотя этот цвет нельзя назвать деловым. Но одно платье красного цвета точно пригодится. Например, для похода в ресторан вечером.

Его пальцы поднимаются к декольте. Невесомо проходятся по коже над ключицей. Я неосознанно начинаю дышать громче и чаще, буквально захлёбываясь.

Чёрт возьми! Что происходит?!

– И ещё туфли… Тонкие шпильки на твоих ногах будут отлично смотреться.

Он прослеживает взглядом за тем, как его пальцы медленно скользят к моему горлу.

– Ещё к платью подойдут украшения. Ювелирка.

Глаза босса поднимаются к моему лицу. Лифт останавливается. Странная томительная атмосфера между нами вмиг рассеивается, и Павел отстраняется, отдёрнув руку.

Выходя из лифта, бросает:

– С платьем – перебор. Но шмотки новые купить нужно.

Когда садимся в машину, он диктует мне весь свой дневной распорядок. И важные встречи, о которых помнит. Также я записываю несколько телефонных номеров, по которым смогу уточнить о некоторых встречах босса.

Голова начинает идти кругом от обилия информации. Но всё же время от времени в мою голову возвращается бесполезный и совершенно лишний вопрос: «Почему босс передумал насчёт платья?»

Красный мне действительно идёт…

***

В этом суматошном дне Громов всё-таки нашёл время для обеда. Мы как раз подъехали к одному из его клубов, и Павел решил, что тут мы и поедим. Оставив меня в ресторане дожидаться наш заказ, сам спустился вниз, чтобы переговорить с администратором.

Босс, как я поняла, каждый день осуществляет объезд своих «владений». Но никто не знает, когда именно он явится, поэтому все находятся в полной готовности весь день.

Сейчас мы не в том клубе, в котором я работала, но он – точная его копия. Правда, меня тут никто не знает, слава Богу. После вчерашнего как-то не тянет общаться со своими бывшими коллегами. Например, с Вадимом. Да и Аня вела себя странно с тем клиентом. А Вика обвинила меня в краже, даже не пытаясь разобраться. Нет, она, конечно, меня не обвиняла прямо… Но и на защиту не встала, когда Громов содрал с меня фартук и сказал ей, чтобы она распределила мои столики по остальным официантам. Вика ведь понимала, что Павел меня увольняет, но стояла и просто молчала.

– Интересно, какие мысли сейчас роятся в твоей светлой головке.

Это Громов. Он появился за столиком совершенно незаметно. Ну или я действительно слишком глубоко задумалась.

Отмахиваюсь.

– Да так…

Громов смотрит на меня очень внимательно. Хоть мы и сидим по разные стороны большого стола, но расстояния между нами словно бы и нет. Будто Павел снова дотрагивается до меня, как сегодня в лифте. Именно так ощущается взгляд его светло-голубых глаз – почти физически.

Повисает молчание. Громов наклоняет голову немного вправо, потом влево, не отрывая от меня взгляда. Смотря прямо в глаза.

– Я… Т-ты… меня немного смущаешь, – говорю едва слышно.

– Почему? – так же тихо.

Подаётся немного вперёд и ставит локти на стол.

– Сейчас дырку во мне просверлишь, – предпочитаю усмехнуться, чтобы рассеять эту томительную, тягучую атмосферу между нами.

Усмешка не помогает. Громов продолжает меня разглядывать с тем же пристальным вниманием.

– На тебя смотрит буквально каждый посетитель мужского пола. Достаточно лишь приглядеться – и ты это заметишь.

Неуверенно смотрю по сторонам. Через два столика от нас сидят двое мужчин и одна девушка. Оба мужчины действительно глядят на меня. Один вроде бы довольно равнодушно. Их спутница явно с ним. А вот второй даже улыбается мне, когда наши взгляды встречаются.

Дежурно улыбнувшись в ответ – так, как я улыбнулась бы, будучи официанткой – перевожу взгляд в другую часть ресторана. Там большая компания. И пара мужчин точно уставилась на меня.

Никогда раньше я такого внимания не замечала. Клянусь! Хотя моя соседка по комнате ещё в день нашего знакомства сказала, что у меня отбоя от кавалеров не будет. Типа я со своей скромностью и какой-то провинциальной чудинкой буду покорять зрелых мужчин. Они не побоятся связываться со мной, потому что я совсем не похожа на светскую львицу. Но при этом выгляжу весьма сексуально.

Это она так сказала… А я смутилась.

– Видишь? – спрашивает Громов. А когда я едва заметно киваю, продолжает: – И я не понимаю, почему тебя беспокоит именно мой взгляд.

– Потому что ты мой начальник? – я лишь предполагаю. Не уверена.

– Да, начальник, – его голос вмиг становится строже. – И так как я твой начальник, между нами ничего, кроме работы не будет, – завершает бесстрастно.

Зачем он это говорит? Словно я давала повод думать иначе. Будто я мечтаю о нём, как о мужчине! Нет, не мечтаю… Ну, может быть, немного… Потому что в Павла Громова не влюбляются только слепые. И это не мои слова. Так думает каждая девушка, которая на него работает.

Наконец нам приносят заказ, и мы молча приступаем к еде. Томительная атмосфера рассеивается и повисает напряжённая нервозность.

Я всё жду, когда начальник вновь заговорит о краже. Или о том, как именно меня подставил Вадим. Чем я занималась, почему отвлеклась, когда сторожила кассу.

Но Громов не говорит об этом ни в ресторане, ни во время объезда остальных клубов. Он даже в мой клуб не заезжает… Сославшись на то, что мы отстаём от графика, и уже шесть вечера. А у нас запланирован шоппинг.