Елена Мачете – Солнечное настроение пасмурной личности (страница 7)

На худой конец – пусть читают отрывки. По-честному!

Потому что у большинства российских граждан после "Войны и мира" стойкая неприязнь к печатному слову в целом. А еще море охотничьих историй, как они писали сочинения, не прочтя ни строчки романа. Или по краткой аннотации. Или скачав в интернете и перефразировав.

А книга вполне достойна чтения и даже перечитывания.

Единственное, чего я до сих пор не понимаю: как задумка романа о декабристах могла трансформироваться именно в ТАКОЙ роман? Да, война 1812 года. Но каковы персонажи! Что этой публикой хотел сказать граф? Что декабрист получился из разгильдяя Пьера? Или мог бы выйти из зануды Болконского? Вообще мимо! Мне так кажется. Роман великолепен как историческое погружение в ту эпоху, но связи с декабристами я так и не смогла увидеть.

Куда ушел Лев?

У вас в кабинете литературы тоже висели на стенах портреты писателей и поэтов?

Те, которым повезло (извитните) умереть молодыми (Пушкин, Лермонтов, Есенин) – еще куда не шло. Но те, которые дяденьки (старички!!!) с бородой, выглядели уныло. Что интересного для ребенка может написать суровый бородач с тоскливым взглядом, типа Достоевского? Правильно. Ничего.

Хуже всего выглядел Лев Толстой. Потому что остальным на вид было по сто лет, а ему все пятьсот!!! Самая длинная, самая клочковатая борода и самое угрюмое лицо.

Если что, умер он в 82 года. Это даже по нынешним временам – солидно.

Что интересно, умер он не дома, как все приличные люди. А на какой-то богом забытой железнодорожной станции Рязанской губернии. Это сейчас все знают про Астапово, а тогда сами ее жители, наверное, обалдели от внезапно свалившейся известности. Как же! У них сам писатель Толстой умер! Философ! Мыслитель! Всемирно известный романист!

Что он делал в том Астапово?

А вот в том-то и дело, что ничего. Проездом был. Сбежал из дома в новую счастливую жизнь. В жизнь, которую считал правильной. Бок о бок с народом. Никогда не поздно идти в народ. Даже в восемьдесят два.

Бросить вот так дом, семью, светские обязанности и махнуть в светлую даль!

Дома, что? Дома жена! Надоела.

Устраивала ему, понимаешь, скандалы и истерики, когда он отказывался от прав на свои произведения. Считала, что глава семьи ухудшает материальное положение детей. Фактически лишает наследства! Истеричка. Приглашали к ней, конечно, психиатра. Но не помогало. Только врач за дверь, как она опять: "Лёва! Я на тебя всю жизнь положила! Что ты творишь! Опомнись!". Дети тоже. Нахлебники. Какое им наследство? Сами пусть идут зарабатывают. Напишут что-нибудь САМИ в конце-концов. Или тогда уж пускай идут с папенькой в народ. Не хотят. Кругом одни иждивенцы и враги. Никто не понимает.

Сбежал. Сел в поезд, поближе к простым людям, в самый дешевый вагон. И рванул по России-матушке.

Правда графу Толстому очень скоро ехать с народом в одном вагоне стало невмоготу. Накурено – дышать нечем. Шумно. Тесно. Неудобно.

Вышел граф в тамбур свежим воздухом подышать. Там его и продуло. Старичок! Простуда, пневмония, безвременная кончина.

А дома, среди врагов, глядишь, еще и пожил бы. Вряд ли написал бы что-то глобальное, но кто его знает.

И вышло, что вышло.

Может Лев Николаевич во время этого своего побега был счастливее, чем всю свою предыдущую жизнь! А может ругал себя в душе последними словами. Кто теперь скажет.

Это я к тому, что новую жизнь начинать все-таки надо вовремя. Хорошо подготовившись. В тепле и комфорте. И не переоценивать своих сил и здоровья.

Колесо сансары

В прекрасных восточных религиях индуизме, буддизме, джайнизме и всяких других сикхизмах сансара – основное, можно сказать краеугольное (!), понятие.

Круговорот души. И ответочка за предыдущее. Настолько предыдущее, что вообще из прошлой жизни.

То есть, вроде бы все справедливо.

Но.

Вот живешь ты сейчас: человек среднестатистически неплохой, родителей уважаешь, закон не нарушаешь, с соседями вежлив, и зверье, как братьев наших меньших, по голове – боже упаси!

Но все плохо! Организм болеет. Денег нет. Любимая уходит к другому. Дети растут разгильдяями и тунеядцами.

Тебе объясняют – карма! Дескать, в той, прошлой, жизни, что-то ты сделал не так! Теперь огребаешь по полной.

А ты про прошлую жизнь – не ухом, не рылом! Ты сейчас, в этой, ведешь себя хорошо. Просто замечательно. А про прошлую и не знаешь ничего, не помнишь. А ты там может был каким-нибудь Гитлером! И тебе еще очень повезло стать просто несчастным человеком, потому что мог вообще выше крысы из канализации не подняться. Но проблема-то в том, что обидно мотать срок совершенно не понимая – за что! А Гитлера ты осуждаешь всеми фибрами души!

Потом. Болеешь, например, но не знаешь – это тебе за прошлую жизнь привалило или ты уже в этой успел подорвать свое хилое здоровье? С работы уволили: это ты такой работник дрянной или старушку через дорогу в прошлой жизни не перевел?

Куча непонимания. И ведро, конечно же, обид.

Живешь, и боишься что-то сделать не так – чтобы себе же, любимому, в следующей жизни проблем не создавать. Или же наоборот! Сгорел сарай, гори и хата! Пропадай все пропадом! Все равно мне не сейчас отвечать, а тому мне, что еще не родился! Пойду убью, украду и попрелюбодействую!

Сложно все с этим колесом.

Слишком неопределенности много.

От того я все никак с религией не определюсь. Что мне лучше: много разных жизней с запятнанной кармой или одна, но сразу набело?

Тяжелая на подъем

Так моя маменька про меня говорила. Это я – тяжелая на подъем была. Потому что больше всего на свете любила зимой и летом лежать на диване с книжкою в лапках. И больше ничего!

Ни гулять, ни в лес по грибы и ягоды, ни в кино. Куда там еще можно было предложить пойти ребенку в закрытом военном городке? На демонстрацию? На проводы русской зимы?

Тоже не хотела.

А вот сейчас (неожиданно!) я стала на подъем очень легкая.

В музей – ура! В театр? С радостью! В парк гулять? Я первая.

За любой кипеж кроме голодовки.

Знаете почему?

Я легка на подъем туда, где мне интересно. Куда я сама хотела бы сходить, где хотела бы побывать. Куда есть возможность и время попасть.

Не разделяя чьи-то чужие интересы. Не навязывая себе культурное развитие. Не в обязаловку и не из-под палки.

Только личной заинтересованностью.

Или пониманием нужности процесса. Например, много хожу пешком я вовсе не из особой любви к ходьбе. А потому что полезно! И даже жизненно необходимо для человека в возрасте. С учетом того, что двигательную активность я вообще-то не слишком люблю.

Мои дети тоже были тяжелы на подъем в рамках моих интересов. Но я им старалась показывать разнообразие, исходя из своих возможностей. Одна поездка на море. Один тур по "Золотому кольцу" и в Питер. Музеи, театры. По разу. Да-да, все было, недовольные лица, ворчание и неявный саботаж.

Но!

Дальше у них была возможность выбирать. Они знали что бывает, кроме компьютерных игр.

Старший довольно долго ходил в бассейн. Между прочим, занимался несколько лет машинной вышивкой! Сейчас ходит на хоккей. В смысле играть, а не только смотреть. Музеи – редко. Театр – никогда.

А младший на удивление к музеям и театрам проникся. Любит посещать новые города.

Оба оказались довольно легкими на подъем там, где им самим интересно. Ради этого готовы выходить из зоны комфорта, довольно далеко и без охраны.

Любой человек активен там, где ему интересно. А там, где скучно и не его – с места не сдвинешь. Или сдвинешь, но сам так умаешься, что лучше и не надо.

Не бывает людей, которые тяжелы на подъем. Просто мы не знаем, что заставляет сильнее биться их сердца.

Любите ли вы планирование так, как люблю его я?

Я всегда обожала планировать! И сейчас, хоть и на пенсии, все равно все планирую. Как минимум на предстоящий день. Иногда даже до конца предстоящих мне дней.

Я познала это сложное искусство в совершенстве. И оно приносит мне радость и моральное удовлетворение.

Вот смотрите.

Можно не планировать вообще ничего.

Лежать и смотреть телевизор. Отдыхать!

Вечером подводишь итоги. Что сделано? Ничего и не сделано! Но вроде бы план даже перевыполнен: ты не только лежал и телевизор смотрел, но у тому же с боку на бок четыре раза перевернулся и доел кастрюльку оливье.

Радости нет!